Клевер пятилистник

Клевер пятилистник 9.3

- При определенных обстоятельствах… возможно все. - Барон закашлялся и вернувшаяся с водой Тоя оказалась как никогда вовремя. Глядя на то, как она поит раненного, я сжала клевер пятилистник в ладони, заставляя себя успокоиться и не паниковать. Все, что было возможно мной уже сделано, все, что будет возможно сделается потом.

- Что-нибудь придумаем. В любом случае сейчас вам предписан покой и неподвижность. Если позволите, я сообщу о вашем состоянии во дворец, - предложила с заминкой, совершенно не зная, кому могу написать без опаски. Когда Герих был в столице, я напрямую писала ему, в его отсутствие обращалась к барону Авери, и сейчас, пожалуй, наступил тот уникальный случай, когда и принц, и его правая рука оказались не способны помочь. Первый по причине своего отсутствия в столице, второй по состоянию здоровья.

- Напишите лорду… Брэю, - подсказал барон, понимая мое замешательство.

- Так и сделаем. А сейчас оставлю вас в заботливых руках Дарида и Тои.

Я вышла из спальни ощущая легкую растерянность.

 Ранее, после допросов, устроенных мне главным королевским следователем, я не желала ни видеть его, ни слышать, ни вспоминать. Однако, события последних дней притупили мои воспоминания и полностью лишили кошмаров. Я не дрогнула услышав имя лорда, уверенной рукой написала лорду пару строк и, передав записку лакею, спокойно сообщила какому лорду она должна быть вручена.

Испуганная дрожь более не наполняла меня при упоминании следователя Брэя, и это окрыляло. Заставляло пружинить мой шаг, кружиться, почти танцевать, но… Стоило свернуть от лестницы в холл, как все мое воодушевление смело, в какой-то мере даже смяло.

Дом был украшен.

Впервые с момента похорон.

Матушка постаралась создать впечатление благополучной семьи не лишившейся разом всех своих богатств, достоинства и королевского доверия. В вазах еще пустых вчера, сегодня стояли цветы, конечно, не те, что гость дарил под другими своими именами. На подносе для писем высилась горка карточек с прошлогодними приглашениями на праздники. В гостиной самая красивая горничная в самом лучшем своем платье подавала дорогой чай. Делала она это аккуратно, стараясь не задеть высокие кремовые шапки пирожных, что готовились во дворце.

Гость и матушка расположились за столиком с видом на парк, где трезвый Самюэль увлеченно скакал на взятом в прокат белом коне. Желая показать степень своих умений, он не жалел ни коня, ни газона, чью ухоженность мы более не могли себе позволить. Помимо прочего в гостиной играла музыка, которую способна исполнить гувернантка, но мадам Дега решила гостя впечатлить и вместе с лошадью арендовала музыкальную шкатулку размером с небольшой сундук.

Подсчет непомерных трат мозг произвел без моего согласия, окончательная цифра уже завтра заставит тщательно пересмотреть наш семейный бюджет. Но мадам Дега не представляла никаких осложнений в нашем будущем. Она видела его исключительно в светлых красках, отчего и взгляд ее и голос были полны непередаваемого счастья.

- Мой мальчик… Самюэль прекрасный молодой человек! Умный, смелый, сильный. И столь заинтересован в культуре Тарии, - самозабвенно рассказывала она ариваском, единственном языке стран старой империи, который считала приятным на слух. Язык степей тарийский она называла грубым, скудоумным, рубленным, бездушным, как и потомственных убийц, что говорят на нем. Однако здесь и сейчас эта неприязнь ей не мешала. Отнюдь. Казалось, она мечтала отправить сына на земли тарийцев. Самых великодушных, нравственно возвышенных, удивительно проницательных жителей континента и, возможно, мира.

– Он был бы рад увидеть все наяву. Прикоснуться к величию вашего королевства…

- В самом деле? – вопросил маг сиплым голосом, при этом взгляд его скользил по столу точь-в-точь как вчерашней ночью. От чайника к заварнику, от заварника к чашке, затем на горничную Фрэю застывшую у стола и снова на чайник исходящий паром. – Как интересно.

- Несомненно, - поддержала мама, мягкими движениями разделяя пирожное на части так, чтобы ни в коем случае не испачкать губ в процессе поедания. - Он очень привержен идее погружения в основы бытия…

- Настолько привержен, что знает наш язык? Я не заметил этого при встрече.

- Он не смеет осквернять ваш язык своим произношением. Самюэль считает, что первым делом нужно выехать за пределы Ратии, - еще не намек, но близко к нему.

- И потому замучил коня, - с самым серьезным видом поинтересовался гость и облизал губы как это делают испытывающие жажду. Фрэйя незамедлительно подошла, чтобы подлить ему кипятка и едва не ошпарила мага, когда мама произнесла:

- Мой дорогой мальчик тренируется каждый день.

- Я заметил, - сказал гость, вовремя убрав колено от струи, - что он у вас очень дорогой. Лучшие седло и уздечка, лучший костюм для верховой езды, и баснословно дорогой конь. Которого не жаль и загонять.

- Н-но… - торопливым движением руки она выслала испуганную горничную прочь. Задумалась.

В то время как мадам Дега искала оправдание чрезмерному расточительству, маг трижды сглотнул и, пренебрегая правилами гостеприимства, сам потянулся за чайником.

- Но он граф! – раздалось уверенно и громко.

- А я был уверен, титул принадлежит вашей дочери.

Чайник оказался пуст, гость нахмурился, но матушка не заметила его расстройства, в отличие от меня. Отправляясь на кухню за полным кувшином холодной воды, я отдала распоряжение принести еще один кувшин через минуту-другую и пропустила большую часть сбивчивых аргументов мадам Дега. Уже на подступах к гостиной я услышала:

- …так что, можно сказать, это временная передача. Самюэль окончил лучшую академию столицы, хотел пойти по стопам отца. - Чистая ложь, в основе своей Самюэля интересовали скачки, выпивка и возможность попасть в бар капитанов, но никак не дипломатия. – Его цель жизни продолжить укрепление дружественных связей с соседними королевствами. И посещение Тарии одна из первостепенных его задач!