Клининг в аду: Литрпг про чистильщика данжей

Глава 1 Запах паленой шерсти

Вонь стояла такая, что алхимический фильтр в ноздрях Глеба забился через три секунды после входа в локацию. Это была не просто тухлятина. Так пахнет обожженная молниями органика, когда ее сначала маринуют в проклятой крови, а потом сверху поливают концентрированной огненной маной из боевых жезлов. Кислый, удушливый чад въедался в поры серого рабочего комбинезона, и ткань жалобно потрескивала, пытаясь компенсировать агрессивную среду.
Глеб остановился на кромке срезанного текстурного шва. Под ногами хрустнул спекшийся в стекловидную массу обрубок кости.
Перед ним лежало «Логово Старшего Вожака» — данж тридцатого уровня, который еще сорок минут назад был гордостью локальной экосистемы. Теперь он напоминал скотобойню, внутри которой взорвали цистерну с напалмом. Клан «Беспощадные» прошел здесь катком. Рагнар не любил аккуратность; он любил цифры урона в логах и скорость прохождения.
Свод пещеры, некогда покрытый редким светящимся мхом, был ободран до голого камня. Следы от площадных заклинаний магов огня оставили на гранитных стенах жирные, оплывшие черные полосы. Кое-где из трещин все еще лениво струился сизый дым, похожий на змей, задохнувшихся в собственном яду.
В левом углу обзора Глеба мягко, но настойчиво замигал грязно-желтый прямоугольник интерфейса.
[Системный квест: Санация локации]
Объект: Логово Старшего Вожака (Данж, Тип: Животный/Магический).
Текущий статус: Засорение критическое (94.2%). Остаточные эманации Хаоса, биологические отходы рейдовой группы, несобранный костный мусор.
Задача: Очистить сектор на 100%.
Ограничение по времени: 4 часа 00 минут.
Внимание: В случае невыполнения норматива локация будет принудительно схлопнута Системой вместе с находящимися внутри объектами без права на респавн имущества.
Глеб вздохнул, поправил лямку тяжелого цилиндрического бака за спиной и потянул из крепления на поясе швабру-поглотитель. Тяжелое удилище из модифицированной темной сосны легло в ладонь привычной тяжестью. На конце инструмента, вместо привычной ветоши, мерцала матовая полусфера собирающего контура — стандартная разработка Департамента Утилизации, способная втягивать сырую материю и переводить ее в сухой остаточный субстрат.
— Четыре часа, — негромко произнес Глеб в пустую пещеру. Голос прозвучал глухо из-за маски-респиратора. — Они управились за пятнадцать минут, оставили после себя три тонны шлака, а мне разгребать это до полуночи. Как всегда.
Он сделал первый шаг, и подошва тяжелого ботинка утонула в вязкой, черно-красной жиже. Это была кровь волков-переростков, смешанная с алхимическим маслом от зелий скорости, которые бойцы Рагнара глушили прямо на ходу, бросая пустые флаконы под ноги. Один такой флакон — из толстого граненого стекла с обломанным горлышком — как раз лежал чуть правее. Глеб навел на него раструб поглотителя и нажал на спусковой крючок под указательным пальцем.
Инструмент тихо, утробно заурчал. Наконечник окутался бледным вакуумным маревом. Осколки стекла с сухим щелчком исчезли в недрах швабры, а на внутреннем щитке шлема побежали строчки технического отчета:
[Объект: Стекло алхимическое, загрязненное. Вес: 120 г. Конвертация: 1.2 единицы базового кремния. Направлено в накопитель].
Методичность успокаивала. Глеб двигался по часовой стрелке, от периферии к центру, строго соблюдая инструкцию, которую сам же для себя и написал еще в бытность работы судебным экспертом в реальном мире. Там, на Земле, спешка при осмотре места происшествия стоила свободы или жизни. Здесь, в Системе, спешка вела к потере процентов эффективности, что для Глеба было почти равносильно физической боли.
Клан топов не заботился о мелочах. Они бежали за сундуком, который респавнился в центре зала после гибели Вожака. По пути их танки сминали волчью гвардию, маги выжигали фланги, а лут-мастер собирал только то, что имело фиолетовый или хотя бы синий маркер редкости. Все остальное — серый хлам, кости, сухожилия, шкуры, разорванные когтями элементы дешевой брони наемников — оставалось гнить.
Швабра двигалась ровно, оставляя за собой полосу относительно чистого, серого известняка. Стены пещеры постепенно теряли свой обгоревший вид; Глеб счищал нагар сантиметр за сантиметром, аккуратно соскабливая его скребком, встроенным в тыльную сторону инструмента. Каждая порция копоти превращалась в «Углеродный концентрат (низшее качество)» и отправлялась в бездонную урну.
Через два часа непрерывной работы Глеб дошел до середины пещеры, где плотность загрязнения достигала пика. Здесь земля была буквально перепахана. Тяжелые щиты воинов Рагнара оставили глубокие борозды в каменном полу, а в центре кратера от взрыва огненного шара лежала туша самого Старшего Вожака.
Точнее то, что от нее осталось после того, как из нее выдрали квестовое сердце и системный лут. Большой, размером с хорошего тяжеловесного коня, волк лежал на боку. Его шерсть местами выгорела до розовой сморщенной кожи, морда была разворочена ударом двуручного топора, а из разверстого брюха вывалились внутренности, которые уже начали пикселизировать и подергиваться серой дымкой распада.
— Варвары, — тихо констатировал Глеб, останавливаясь над тушей. Он вытащил из-за пояса алхимический секатор — длинные, узкие ножницы с гравировкой в виде рун стабилизации на лезвиях. — Просто варвары. Здесь одной подшерстной шерсти на три золотых, если снимать аккуратно, пока код не поплыл.
Он опустился на одно колено. Комбинезон натянулся на спине. Глеб работал быстро, но без суеты. Секатор мягко заскользил по загривку волка, срезая уцелевшие пласты густого серого меха. Система послушно фиксировала добычу, складывая ее в отдельные ячейки мешка. Для топов это был мусор — они не тратили время на крафт начального уровня. Для Глеба это был материал. Илва из этого меха сделает такие поддоспешники, за которыми потом те же наемники Рагнара будут стоять в очереди через третьи руки.
Когда с мехом было покончено, Глеб принялся за утилизацию костяка. Дело было тяжелым; кости Вожака имели повышенную плотность и сопротивлялись поглотителю. Приходилось вручную надкалывать суставы секатором, ломая структуру связок, чтобы вакуумный контур мог затянуть крупный обломок.
Он работал уже у самого основания шеи зверя, когда наконечник швабры внезапно наткнулся на что-то твердое, издав глухой металлический стук. Контур поглощения захлебнулся, выдав ошибку:
[Внимание! Обнаружен объект с плотностью структуры, превышающей лимит утилизации класса «Ликвидатор». Попытка поглощения заблокирована].
Глеб нахмурился. Он выключил тягу и потянулся рукой в толстой резиновой перчатке в глубь разорванной трахеи волка. Пальцы нащупали что-то горячее и липкое. Материал был твердым, со сглаженными гранями.
Он потянул предмет на себя. Это был небольшой, продолговатый кусок камня или застывшего органического вещества, размером с ладонь. Он не имел четкой формы, но от него исходило слабое, едва заметное глазу пульсирующее багровое свечение. И самое странное — Система не вывела над ним стандартную текстовую табличку с названием и уровнем редкости. Вместо этого в левом углу зрения Глеба, прямо поверх стандартного лога, начали медленно проступать строчки, написанные тусклым, мерцающим шрифтом, который обычно использовался для системных уведомлений во время глобальных технических работ.
[Скрытый лог генерации локации]
Объект: Избыточный остаток первородной матрицы.
Тип: [ДАННЫЕ ЗА СЕКРЕТНЫМИ ПАТЧАМИ]
Текущее состояние: Концентрация сырой энергии Хаоса после критического перегруза урона.
Количество: 1 мл (эссенция первородной ярости).
Примечание: Объект не подлежит стандартному распределению между участниками рейда ввиду отсутствия у последних соответствующих навыков анализа изнанки кода.
Глеб замер, удерживая горячий камень в руке. Его сердце, отвыкшее от резких всплесков адреналина за месяцы монотонной работы, стукнуло чуть быстрее.
Как судебный эксперт, он сразу понял, что держит в руках. Это была улика. Но не улика преступления в обычном понимании, а материальный след того, как Система прячет от игроков свои внутренние шестеренки. Топы пришли, нанесли колоссальный урон, превышающий необходимый порог для убийства босса в несколько раз, и этот избыток энергии свернулся в материальный осадок, который Система просто не успела переварить и убрать в архив. Для обычного бойца этот кусок камня выглядел бы как часть декорации или серый бесполезный шлак. Но для класса «Ликвидатор», чьи инструменты были настроены на поиск любых отклонений от чистоты, этот шлак заговорил.
— Значит, вы видите только то, что вам подсвечивают золотом, — прошептал Глеб, аккуратно опуская багровую эссенцию в глубокий, экранированный внутренний карман комбинезона, минуя общий мешок утилизации. — А самое интересное остается в грязи.
Он поднялся, чувствуя, как внутри просыпается стаза старого, почти забытого азарта. Это было похоже на поиск микрочастиц пороха на рукаве подозреваемого, который клялся, что никогда не держал в руках оружие.
Таймер квеста показывал, что осталось чуть больше полутора часов. Глеб заставил себя успокоиться и вернулся к работе. Нельзя оставлять хвосты. Если Модераторы или автоматический аудит Системы зафиксируют, что локация очищена не полностью, начнется проверка. А проверка — это последнее, что нужно человеку, который только что присвоил себе кусок сырого кода.
Он прошелся по краям кратера, засасывая мелкие брызги крови, которые разлетелись на расстояние до двадцати метров от места гибели Вожака. Каждая капля, каждый пиксель некротической ткани были учтены и убраны. Прогресс-бар квеста медленно, но верно полз вверх: 85%... 90%... 95%...
Пещера менялась. Исчезла удушливая гарь, стены приобрели естественный серый оттенок дикого камня, воздух стал прозрачным и холодным, каким он и должен быть в подземных локациях до того, как туда вваливается толпа вооруженных людей.
Оставался последний сектор — глубокая яма в дальней части пещеры, куда волки обычно сбрасывали остатки своей добычи. Рагнар и его люди туда даже не заглядывали; зачем лезть в мусорную яму, если босс уже мертв, а лут распределен?
Глеб подошел к краю ямы, подсвечивая себе налобным фонарем. Внутри лежали старые кости лесных оленей, куски подгнившего дерева и... что-то желтое, ярко блеснувшее в луче диода.
Он спустился вниз по скользким камням, стараясь не греметь инструментами. Швабра была выключена. Глеб наклонился и раздвинул секатором кучу сухих ребер.
На дне, полуприсыпанный землей и волчьим пометом, лежал перстень. Массивный, из тяжелого желтого золота, с крупным, необработанным рубином, внутри которого словно застыла капля темной, почти черной крови.
Глеб протянул руку, взял кольцо и поднял его к глазам.
И снова — тишина в интерфейсе. Никаких цифр, никаких требований к уровню, никаких бонусов к силе или магии. Но Глеб видел, как вокруг золотого ободка едва заметно дрожит воздух, словно от сильного жара. Это кольцо не было частью стандартного дропа Вожака. Оно принадлежало кому-то из нападавших.
Он вспомнил видеозапись последнего рейда «Беспощадных», которую крутили на экранах в центральном хабе для привлечения рекрутов. Рагнар всегда шел впереди, его багровый доспех сиял, а на правой перчатке всегда красовались три тяжелых перстня.
Глеб перевернул кольцо. На внутренней стороне ободка была выбита мелкая, грубая гравировка в виде оскаленной волчьей морды — личное клеймо Рагнара Беспощадного.
— Как же ты его проглядел, лидер? — тихо пробормотал Глеб.
Ответ пришел сам собой, когда он внимательнее присмотрелся к текстуре камня. Кольцо не просто упало. Оно было скрыто системным сбоем. Лог добычи рейда закрылся в тот момент, когда Вожак испустил дух, а этот предмет, судя по всему, соскользнул с пальца Рагнара во время финального, слишком размашистого удара топора. Система посчитала раунд оконченным и перевела все оставшиеся на земле предметы в категорию «Интерьер/Мусор». Для всех игроков клана кольцо стало невидимым, частью ландшафта, которую невозможно поднять через стандартную команду сбора.
Но для Ликвидатора ландшафт был рабочей поверхностью.
В этот момент пещера содрогнулась. Низкий, гудящий звук покатился по сводам, и с потолка посыпалась мелкая каменная крошка.
[Внимание! До закрытия локации осталось 10 минут. Текущий уровень очистки: 99.8%].
Глеб быстро сунул перстень в тот же внутренний карман, где лежал багровый камень, вылез из ямы и вскинул швабру. Оставалось заделать последние следы своего присутствия. Он активировал режим финишной полировки, прошелся контуром по краю ямы, собирая осыпавшуюся землю, и замер.
Перед глазами вспыхнуло финальное зеленое уведомление:
[Квест «Санация локации» успешно завершен]
Эффективность: 100%.
Оценка Департамента: Отлично. Нарушений экосистемы не обнаружено.
Награда: 450 единиц опыта, 12 серебряных монет (перечислено на счет).
Дополнительно: Получен статус «Чистый след» для данной локации (время респавна монстров сокращено на 5%).
Глеб не стал дожидаться, пока Система начнет процесс принудительного переноса. Он развернулся и быстрым шагом пошел к мерцающему синевой выходному порталу в начале пещеры. Сзади него данж затихал, превращаясь в безупречную, чистую и пустую коробку из серого камня, готовую к приходу следующей группы смертников.
Через секунду реальность изменилась. Вместо вони паленой шерсти в лицо ударил холодный, сырой воздух Центрального Хаба — огромного, вечно бурлящего города-распределителя, построенного внутри гигантского кратера. С неба сеялась мелкая, водяная пыль. Неоновые вывески лавок старьевщиков и оружейных магазинов отражались в грязных лужах на мостовой.
Глеб поправил воротник комбинезона, поглубже нахлобучил капюшон и пошел по узкому переулку в сторону Нижнего Рынка, где у старого котельного завода была небольшая мастерская Илвы. На ходу он скользнул взглядом по правому углу обзора, где висел его личный статус.
Там, среди серых, невзрачных характеристик уборщика, горела крошечная, едва заметная точка, которой там раньше не было. Система вела свой, скрытый подсчет, и Глеб точно знал, что сегодняшняя уборка была только началом большой утилизации.