Огни Академии медленно гасли.
В центральной оранжерее алхимии, где днем кипят зелья и растут странные травы,
ночью царил покой.
Только лёгкое свечение люмослизи на потолке
и аромат мяты, розмарина и чего-то древнего.
Мирослав пришёл, как Василиса просила — без мантии, без посоха. Только он.
Она стояла у деревянного стола, где мерцали зелья,
и смотрела на стеклянный купол над ними, за которым — звёзды.
— Спасибо, что пришёл, — тихо сказала она.
Он кивнул.
— Ты… странная. С тех пор, как мы вернулись.
Я чувствую: ты будто говоришь со мной — и в то же время… не до конца.
Она обернулась.
Глаза ясные, но в них — непроизнесённые слова.
— Я хочу… — она вздохнула. — …сказать тебе то, что не могу сказать прямо.
Потому что… за этим смотрят.
Он нахмурился.
— Кто?
— Неважно. Просто… послушай.
Если ты однажды почувствуешь, что всё вокруг предательски молчит — найди меня.
Если тебе предложат слишком лёгкий путь — усомнись.
Если я скажу что-то, что не похоже на меня — вспомни этот разговор.
Он замер.
— Ты… в опасности?
Она улыбнулась грустно:
— Я — в сети. Как и ты. Только ты — её сердце,
а я… возможно, должна стать твоими глазами.
Но я не позволю им сделать меня орудием.
Мирослав подошёл ближе. Говорил шёпотом:
— Ты мне нужна. Не как наблюдатель. Не как спасение. Просто — как ты.
— Тогда… помни. Я с тобой. Даже если когда-нибудь придётся лгать.
Я буду врать… чтобы однажды сказать правду.
---
Молчание
Они стояли рядом.
Он коснулся её пальцев — неуверенно.
Она не отняла руку.
И в это короткое, хрупкое мгновение
два сердца были в одной точке.
До того, как снова начнётся буря.
Отредактировано: 28.07.2025