Клинок Весталки. Голос драконьей крови

Глава 3.1

Из-за портьеры хорошо просматривалось добрая половина таверны и посетители, где на круглых столах стояли короткие столбики свечей которые давали неяркий желтый свет, освещая полукруглое помещение с низкими потолками.
Эльф с белым ежиком волос в темно синем плаще, оживленно жестикулируя рассказывал какую-то историю, собирая вокруг себя разношерстную публику, от гномов до лесных эльфов которые отличались от рассказчика, лишь цветом волос и формой ушей. В отличие от других, они с доброй долей сарказма слушали историю его приключений.
За стойкой стоял оборотень с повязанным фартуком, и рубашке с закатанными рукавами. Он внимательно слушал эльфа, периодически кивая посматривая за посетителями за дальними столиками, не забывая при этом подливать пенные напитки в деревянные кружки. За его спиной нестройными рядами стояли бутылки разнообразных форм и цветов, а между ними примостился странного вида череп животного, с остроконечным рогом.
Вилора лавируя между посетителями и собирая пустые кружки, зашла за стойку и потянула за рукав оборотня. Йера поняла что он точно не медведь, скорее всего росомаха. Об этом говорили его черные бакенбарды переходящие в бороду и типичная пигментация на коже.

Он наклонился вниз к сильфе и так прикрыв ладошкой что-то сказала ему на ухо. Он нахмурился и сразу стал серьезнее, сдвинув брови он хотел было повернуться в ту сторону где они с Руном прятались, но Вилора дернула его за передник и замотала едва головой. По его виду было понятно что ему ничего не остается только как смириться.

Вилора обошла его и достала с полки сыр, вяленое мясо, и что-то еще, что, Йера не увидела, так как учитывая рост сильфы этого было невозможно в принципе, но даже от увиденного у нее свело желудок. Она со всеми этими тревогами совсем забыла и про голод и про простуду.

Прежде чем Вилора вышла из-за стойки, росомаха задержал ее и вложил в маленькую ладонь какой-то мешочек. Сильфа на это только тепло улыбнулась и спустилась в погреб.

— Гаркыш, нет, ты слышал? — отвлек оборотня один из посетителей.

— Да, кому ты это заливаешь эльф? — Это уже предназначалось эльфу рассказчику. — В Жабьих Топях уже лет как сто, не было видно иных. Эти сказки мне рассказывала еще моя бабка, слава ее духу и Богине Лете. А она была уже тогда не в своем уме. Какие иные? Сейчас одна проблема, урожай и война с северянами. Попомните мои слова, хлебнем мы еще крови. Это перемирие им только на руку, а старый пень, даром что дракон, ничего не видит кроме своей молодой жены. Я считаю каждый должен вооружаться как может, — он громко стукнул по столу из-за чего пена с кружки плюхнулась на полированную поверхность стойки.
Чем заслужил недовольный взгляд Гаркыша.

Эльф сделал глоток и промокнув аккуратно салфеткой губы сказал:

— Твоя бабка была, похоже умной? — Он смерил рыжеволосого, носатого гнома надменным взглядом, — Ты можешь гордиться Вуркот, ты совсем на нее не похож.

Гном поперхнулся глотком и стал вмиг пунцовым он бы вцепился в эльфа, но тут вмешалась Вилора.

— Ану-ка не у меня в таверне, Лирий! Вуркот! — Строго сказала она смотря на них снизу вверх тыча пальчиком на дверь, — бить носы это там, за дверью, ясно?

— Прошу простить нас Вилора, — бархатным голосом сказал беловолосый и поцеловал маленькую ручку.

— Ох и лис, — покраснела сильфа забирая ручку, пряча за спиной тяжелый мешочек с провизией.

От внимательного взгляда Лирия ничего не могло укрыться, но он сделал вид что ничего не заметил и сильфа была ему за это благодарна.

— А что слышно по поводу этого странного пожара?

Переключился на другую тему гном. И Йера с Руном напряглись, встречаясь взглядом.

— Это горит дом Гейер. Вы что не слышали? Говорят они прятали у себя человека, — подала голос одна из лесных эльфиек.

— Ба! Арс конечно тот еще упрямый пень, но его братишка же совсем мелкий, бегал тут, пищал что-то возле брата. Беда конечно…

Рун на словах «мелкий» и «пищал» нахмурился сжав кулаки. Йера если бы не была вымотанной прыснула бы со смеха, но она только похлопала Руна по плечу улыбаясь. Он дернул плечом отойдя от портьеры, всем своим видом показывая что его ни капли не задели слова гнома.

— А вот то, что они могли прятать человека, враки это все, вы лучше послушайте что северяне…— сменил тему рыжий гном.

— Наслушались мы уже про твоих северян Вуркот. Ты на этой теме помешался. — подал голос кто то.

— Так ребята, — хлопнул в ладони оборотень, — мы закрываемся, приходите завтра. Нет Воркот, твое «отдам завтра» я уже слышал. Давай выворачивай карманы.

Пока Гарыш отвлекал выпроваживая недовольного гнома, остальные посетители спускаясь с высоких стульев стали расходиться по домам, обсуждая по пути на выход последние тревожные новости.

Вилора появилась перед Руном и Йерой неожиданно, вспорхнув маленькой, встревоженной птичкой. Она сняла со стены факел и повела их за собой освещая длинный переход от таверны к подземному туннелю, который уходил глубоко вниз. Она остановилась протягивая факел Руну.

— Дойдете до развилки и повернете как только появятся меловые стены, там будет люк наверху, он такой старый что открыть тебе с твоей то силой не составит никакого труда. — Ее голос эхом отдавался от сырых стен. — Я тут сложила вам немного еды и питья, на несколько дней должно хватить. — Она вздохнула, — я сделаю все возможное что бы узнать что с Арсом, почему ты сразу не сказал мне?

Силфа выглядела расстроенной, отчего даже ее блестящие, тонкие крылья казалось утратили свой блеск. Перестав переливаться от светло зеленого до золотого желтого.

— Вилора, — он выдохнул, — не передать словами как я тебе благодарен, — Рун наклонился и поцеловал маленькую сильфу в нежную щеку.

— Береги себя мой мальчик, — она погладила его по щеке становясь на цыпочках.

Йера смущенная отступила в тень. Ей было горько наблюдать за такими проявлениями теплоты к Руну. Что о нем есть кому переживать. Что его по своему любят здесь и ждут. Она старалась не думать об Арсе иначе она не сможет сделать ни шага, а Рун и так достаточно рисковал собой из-за нее. Ведь все случившееся отчасти ее вина. Братья рисковали собой из-за нее. А теперь она снова должна бежать, нигде не находя покоя.