Клуб любителей исторической прозы

Последние короли Увелки

Тот запрокинул голову на спинку сидения и не видел, что показал Султан, сопроводив словами:

- Тренировать надо.

А Гулиев надавил пальцем на маленький и приплюснутый носик свой, легко вдавил  его почти полностью.

Гуля остатками платка, смоченного слюной, смывала кровь с Вовкиного лица и разбитых пальцев.

6

У магазина «Спорттовары» Миша Кондратенко попытался «тряхнуть» одного молодчика и напоролся на трёх молодцов.

Сильный удар вмял его в стену.

- За что бьёте, мужики? – Кондрат попытался улыбнуться приветливо и получил пинок в живот.

Когда приступ тошноты миновал, Миша воскликнул:

- Чёрт возьми, так вы же немтыри!

Это звучало, как констатация факта, отнюдь ни как оскорбление. Но ему не поверили. Удары посыпались градом, и Кондратенко застонал – беззвучно, для себя.

Избиение прекратилось, как только Кондрат упал. Но он поднялся, ухмыльнулся разбитыми губами:

- На моём лице изъяны вашего воспитания, парни.

Какое там воспитание! Его ухмылку приняли за издевку над убогими, и вновь били и терзали до тех пор, покуда он снова не упал.

Час спустя, он добрался до общежития ПТУ. В комнате ребята пили пиво и играли в карты. Кондрат подхватил трёхлитровую банку трясущимися руками, приложился разбитыми губами и, морщась, с трудом глотнул. Потом пересёк комнату неверным шагом, как слепой, и рухнул в кровать.

За столом сидели уютно, беспокоиться не хотели, лишь неторопливо сменили тему разговора.

- Ох, и тяжко жить в Союзе без нагана!

- Да-а, будь у Кондрата пистолет, разве приходил бы он домой в синяках?

- Дурачьё! – буркнул Кондратенко из-под подушки. – Как говорят классики - сегодня я, а завтра вы.

- Ну, так ты скажи какую улицу обходить стороной, чтоб фонарь носить в руке, а не под глазом.

- На, полюбуйся, - Баланда протянул карманное зеркальце.

Кондрат схватил его и брякнул о стену. Минуту было тихо.

- Ну вот, разбил моё зеркальце, - посетовал Валерка.

Настроение за столом испортилось. Прокоп бросил карты:

- Рассказывай.

- Немтыри, - скупо буркнул Кондратенко.

- Запомнил? Где теперь их искать?

- А я знаю, - сказал Кондрат. – У них в Мебельном посёлке общага. Они там работают, учатся, живут и плодятся – целая колония убогих.

Баланда подсел на кровать к пострадавшему, потрепал по плечу:

- Немтырей отметелим, ты успокоишься и на радостях купишь мне карманный трельяж.

- Немтырей бить – не в носу ковыряться, - заметил Прокоп.

- Надо всех ребят поднимать, Еве в общагу позвонить.

- Да что Евка, надо всё ЧМЗ подымать. Давай, мальчики, за дело.

Троллейбусы пятого маршрута останавливались на остановке «Мебельная фабрика» через каждые пять минут. Из них выходили группами по десять-двадцать и более человек молодые люди и присоединялись к быстрорастущей толпе. Вскоре она, числом более двухсот, двинулась вглубь квартала и остановилась перед общежитием «Всесоюзного общества глухонемых».