Клуб любителей исторической прозы

Убийство Стюры Гашиной

- Простите, если чем обидел. Спасибо за угощение. Скажу только на прощание, ваш отказ от сотрудничества можно истолковать двояко - либо вы не хотите вернуть мужа домой, либо я вам не симпатичен.

- Вот именно - не симпатичны.

- Вы со всеми мужчинами так или бывают исключения?

- Бывают исключения для особо непонятливых.

Майоров не понял намёк:

- А я под исключение не дотягиваю?

- Дотянитесь, если не поспешите.

Тут адвокат разглядел за её стройными лодыжками приваленный к стене топор. Вопросительно ткнул в него пальцем и, получив утвердительный кивок хозяйки, поспешил покинуть дом.

 Топор этот появился в прихожей в день суда. Вернувшись из района без мужа, но с твёрдой уверенностью дождаться его в чистоте и целомудрии, Стюра поклялась, но не на кресте, а на топоре. Ни один мужчина, по её зароку, не переступит порог дома прежде, чем вернётся Николай.

От кавалеров ещё можно было отбиться - от кого-то острым словом, от иного топором. Но что делать с собой? Душа требовала общения, участия, а тело - ласки. 

На третьем году затворничества у Стюры начались видения. В полудрёме или полусне будто возникает и течёт ей в уши чей-то нежный шёпот, чья-то рука ласкает груди. Будто мышка пушистая вдруг пробежит по ноге от колена вверх, и обдаст жарким дыханием низ живота. Будто во сне всё это и в то же время наяву. А порой так явно ощущается, что до смерти пугается Стюра:

- Кто здесь?

Отвечает пустой дом вздохами, скрипами, шорохами и шепотками. Решила женщина, что завелась в доме какая-то нечисть – о таком ещё бабки в детстве говорили. Только с их рассказов, должна она шнырять по углам да шкафам. А эта бестия всё норовит к хозяйке в постель забраться, потискать, пощекотать изнывающее по мужской ласке тело.

Страшно Стюре верить в это и обидно, будто обворовывают её тайком. Лежит, не дышит, хочет подстеречь охальника. Вот будто край одеяла поднялся – пахнуло на ногу свежестью. Протянула Стюра руку одеяло одёрнуть и уронила её. Потолок юлой завертелся перед глазами. Она прикрыла их и уснула.

А одеяло, помешкав, и, правда, завернулось. Тяжкий вздох послышался в спальне. Зашуршала, сминаясь, сорочка. Звуки поцелуев можно расслышать.

От лёгких прикосновений всё тело женщины покрылось гусиной кожей. А может, зябнет без одеяла? Но постепенно кожа смягчается, розовеет, только дыхание начинает сбиваться, и лицо хмуреет. Должно быть, сон недобрый снится. Тело всё напрягается, приходит в движение. Голова мечется по подушке, тонет в волосах. Слабый стон несколько раз подряд прорывается в полуоткрытый рот.

 Опытным глазом взглянуть, удивительное дело - женщина в оргазме! Только никого с ней рядом нет….

Стюра проснулась внезапно. Огнём горит тело, а одеяло на полу. Показалось, будто кто-то отстранился во тьму.

- Коля! – вскрикнула женщина в испуге.

Так было однажды. Так стало повторяться каждую ночь. Засыпая, Стюра спрашивала тьму:

- Где ты?

Просыпаясь:

- Кто ты?

И однажды ясно услышала незнакомый мужской голос:

- Не бойся, я с тобой.

Кровь застыла в её жилах. Тяжёлым прерывистым вздохом задавила она готовый сорваться с губ истерический крик: