Клуб любителей исторической прозы

Убийство Стюры Гашиной

- Ошибаешься, - Голос зазвучал ближе, добрее, мягче, – если женщина нравится, Дух обладает ею, но обычно не открывается. Если ты всё ещё боишься меня, я буду любить тебя так, что ты и не почувствуешь моего присутствия.

- Нет уж! Дудки! – Стюра откинула одеяло, закрыла глаза, напряглась всем телом и тут же расслабила его. – Иди ко мне.

Луна выплыла из-за крыши сарая. Проникнув в спальню через тюль на окнах, её свет нарисовал два серебристо-белых прямоугольника на полу и придал всему в комнате такой же серебристый оттенок. Красивая обнажённая женщина спала, разметавшись в кровати, и тихо постанывала во сне….

4

Николай скупо писал из своего заточения. Но однажды порадовал - срок будет заканчивать на «химии», а там разрешены побывки по выходным.

Квартира была тщательно прибрана и жарко натоплена. Хозяйка поджидала дорого мужа, который наконец-то должен появиться на пороге своего дома. Снова и снова она бросала взгляд на часы, радуясь мысли, что с каждой минутой приближается время их встречи. Взялась за шитьё, что всегда действовало на неё успокаивающе.

Вот, наконец, к дому подъехал автомобиль, хлопнула дверца, под окнами послышались шаги, затем на крыльце затопали, отряхивая снег. Стюра отложила в сторону своё рукоделие, поднялась с кресла и направилась к двери, чтобы встретить мужа поцелуем.

- Здравствуй, дорогой!

- Привет, - ответил он, как говорил всегда, возвращаясь с работы.

Она взяла его телогрейку и повесила на вешалку. Потом он ел, как обычно, а Стюра сидела напротив. Для неё такие минуты были самыми счастливыми в прежней жизни. Ей нравилось сидеть рядом и после долгих дневных часов разлуки просто ощущать его близость, просто греться в лучах мужниного внимания и тепла, исходившего от него.

Он ел и рассказывал о своей тюремной жизни. Говорил о вещах страшных и жестоких и ни разу не взволновал голоса, только на лбу у него выступили капельки пота. Слеза скользнула по его худой щеке. А Стюра понимала, что ей остается, только молча слушать, что все слова утешения тут бесполезны.

После его рассказа наступило молчание. Молчание из разряда тех, что давят на душу. Молчание, от которого кажется, что кто-то рядом умер.

Наконец он спросил:

- Ну, а как ты тут без меня? Ждёшь? Честно?

Слова его были просты, но голос утратил уверенность. Она молчала, не смотрела на него, а слёзы одна за другой катились без препятствий по её щекам.

- Вижу. Верю. И никогда не сомневался.

Он нежно обнял её и привлёк. Её губы слегка дрогнули. Она хотела рассказать мужу о своей жизни, о своих бедах и горестях, но не успела. Дикая мужская страсть, копившаяся годами, прорвалась в нём. Он набросился на неё насильником, потащил к кровати, на ходу срывая одежду.

Она пыталась отвечать на его грубые ласки, но не успевала за его действиями. Потом просто лежала, закусив губу, пытаясь ощутить хоть толику удовольствия. Потом просто лежала рядом со спящим мужем, прощая его за грубость и утешая себя тем, что ему было хорошо. 

Новый день не задался с утра. За окном завьюжило, разыгралась настоящая пурга, и к полудню напрочь замело, забило снегом. Не пришёл из райцентра утренний автобус, не пробился и дневной.

Николай запаниковал - опаздывать из побывки ему никак нельзя.

- Сходи в МТМ, попроси ребят на тракторе подбросить: трактор-то пройдёт, - советовала жена.