Клуб любителей научной фантастики

Путь к созиданию

Люба бросила на меня взгляд, преисполненный жалости, замешанный на презрении.

- Я вызову тебе флаер. Что это?

Увидела на мониторе карту Марса.

- Очаги активности торнадо.

Люба вскинула брови – просвети.

- Идёт война – стихии бьются с теми, кто возомнил себя покорителями природы. Поверхность уже отвоёвана. Торнадо стерегут входы в убежища, чтобы не выпустить на поверхность планеты её прежних хозяев. Найди нашего Ипполита.

Люба села за компьютер, зашелестела клавиатурой.

- Судя по всему…. Судя по всему…. Это капище, где гранитные столбы.

- Один нюанс. Природа торнадо позволяет ему жить практически вечно. Но в этой жизни есть периоды активной и пассивной жизни. По-другому – время буйств и время отдыха.  Очень может быть, капище – это место отдыха, где солнце даёт ему новые силы.

- Откуда осведомлённость? – Люба удивлена.

Откуда? Да меня Билли только что просветил. Но разве скажешь.

Среди ночи космолёт снялся с места стоянки. Люба за пульт управления – что происходит? Я спросонья:

- Что там, милая?

- Мы на орбите. Аварийный взлёт.

Утром стала ясна его причина. Наша прежняя стоянка была завалена обломками гранитных колон.

- Боже святы! - Люба присвистнула от удивления. – Это какую ж надо силу иметь?

- Это какую надо ярость являть. 

- Нервный кадр, - согласилась жена.

На месте вырванных «с корнями» колон обнажилась гранитная плита искусственного происхождения, которая сразу заинтересовала нас.

- Вход в убежище?

- Очень может быть. Но как её поднять?

Остаток дня Люба просидела за компьютером, общаясь с Землёй.

На ночь поднялись за пределы атмосферы – от греха. И вот настал новый день – день Великого наступления на марсианские стихии. Впрочем, загнул. Никто ни на кого не нападал. Волею людей Земли, под Любиным руководством в атмосфере Марса был создан искусственный торнадо. Его задача – очистить обнажившуюся на месте древнего капища гранитную плиту от песка, щебня, обломков.

- Поучим Ипполита земным манерам? – сверкнула Люба белозубой улыбкой.

Вот он явился – тонкий, гибкий, подвижный. Легко перемахнул через канал в гранитных берегах, закружился на капище, набирая силу. Под его напором в воздух взвились тысячи тонн песка и щебня, колоны и их обломки.  Всё это кружилось и вертелось в гигантской, до самых небес, воронке. Вот она качнулась, двинулась в сторону. Ослабла и осыпалась курганом.  Пыль осела, и гранитная плита, отполированная до зеркального блеска, обнажилась во всю величину. Лежала под углом к горизонтальной поверхности, напоминая крышку тоннеля.

Мы наблюдали за всем происходящим на экране монитора.

- Наш черёд, - Люба усадила флаер на плиту.

После несложных манипуляций они составили одно целое, и антигравитационное поле, включённое на летательном аппарате, сделало тысячетонную плиту легче пушинки.

- Ну, с Богом!

Флаер с плитой поднялся вертикально,  а опустился в стороне. На освобождённом месте зиял провал. Мы покинули «тарелку» и подлетели к его краю.

- Гладышев, это вход в иной мир?

Вход в иной мир ступеней не имел, но горизонтальная поверхность с небольшим уклоном  тоннеля вполне проходима. Вертикальные стены без опасных трещин, и потолок безупречен. Чувствовалось – строили на века.