Клуб любителей научной фантастики

Путь к себе

- Характеристику на тебя затребовали, Гладышев, из Минюста. Носом чую – условно досрочное. Так бывает при судебной ошибке, чтоб кафтан не запачкать. Что писать-то – усердно трудишься, режим не нарушаешь, а? Карцер за что? Правое дело? Напишу, напишу, как надо – небеспохлёбся. Неужто мы не понимаем? Восстановишься в университете, академиком станешь – меня вспомнишь.

Нормальный майорик.

На мне гражданская одежда. Последний и напрасный шмон – Кудиярова грамотка надёжно спрятана в куске мыла. Гремят за спиной стальные двери.

Свобода!

В кармане справка об освобождении и немного денег – мой скудный заработок. До Москвы добраться хватит.

- Билли, ну что, финита ля комедия?

- Ты о чём?

- Студента пора отпускать – пусть наукой занимается, а в Н-ск поеду я, в своём естестве.

- Что-то новенькое.

- Ну, не его это судьба. Зачем парня тянуть в преступный мир?

- Сам-то не боишься?

- Знаешь, Билли, вот втискиваюсь в чужие тела и ощущение, как не в своей тарелке. Вроде бы Лёшка Гладышев - да не тот. И Зазеркалье будто фильтрованное - не чувствую я его, как нашу реальность, словно в кино играю. Хочу потрогать собственными руками - так ли оно ирреально, как ты всё долдонишь….

…. Очнулся заполночь на диване флаера, и первая мысль:

- Отправил двойника в Москву?

Билли:

- За меня не переживай – дело своё туго знаю. И в Москву отправил и об арбузной семечке надоумил – будет из опыта результат, а из парня толк. Ты о себе побеспокойся – точно знаешь, чего хочешь? И понимаешь, куда лезешь? Криминал, он, брат, своими законами живёт – понятиями называют. А ну, как попадёшь в жернова, и затрещат твои косточки, и мозг воспалится от несправедливости и жестокости людской.

- Хочешь закончить фразу: «…. да поздно будет»?

- Хочу сказать: нужен тебе такой негативный опыт?

- Поднять Россию из дерьма и не запачкаться?

- Что-то слышится родное….

- Да пусть будет. Пусть. Этот эксперимент я посвящаю своей законной жене – Любови Александровне Гладышевой, женщине и президенту.

- Э, да ты, видать, настроился…. Нельзя, Создатель, к творческим изыскам относиться с таким надрывом – помни, у науки масса тупиковых путей.

- В этом плане как раз спокоен – ты же рядом. Только сейчас покури – дай слезу пустить прощальную.

Снял оптимизатор и вышел в духоту тропической ночи.

Безлунно и безоблачно. Над головою Южный Крест.

На западе горит багряный Марс – земной поклон, торнадо Ипполит.

На востоке звёздочка Венеры пылает ненавистью к Земле. Но пройдут годы – тысячи, миллионы лет – и дикий охотник, плод от плоти моей, проложит первую тропу в девственных зарослях прекрасной планеты.

Весь звёздный калейдоскоп отразился в лагуне – а говорили, нет края у вселенной.

Песок хранит зной ушедшего дня и высиживает черепашьи потомства.

Штиль. Пальмы поникли тёмными гривами – с ветрами спорить веселей.

Пахнет морем. Хотя скептики утверждают, что это запах йода.

Таков мой мир, прекрасный и неповторимый. Мир звуков и запахов, красок и чувств, любви и утрат. Мир укрощённых стихий и счастливых людей, где правит всеобщий Разум.

Здесь родился, жил, творил и стал теперь никому ненужным. Я выложился весь, и дальнейшее существование превратилось в бессмыслицу. К чему бессмертие, если нет перспектив? Ухмылка судьбы!

Зазеркалье – вот спасение. По крайней мере, есть там проблемы и ситуации достойные внимания и участия. Нашего с тобой участия, Билли.

Так вздохнём последний раз полной грудью восхитительный аромат тропической ночи и вперёд – в криминальные жернова России.

Да сбудутся мечты Билли и Алекса!

Вернулся в «тарелку», сел в кресло пилота, нацепил оптимизатор.

- Объявляем курс?

- Объявляй, - это Билли.

- Да ты его и так знаешь – Зазеркалье, Россия, город Н-ск.

И флаер совершил прыжок через время и пространство.