Клуб любителей прозы в жанре "нон-фикшен"

Лето приключений

Всё разгадали, отослали, ждали фотоаппарат. Но вмешался случай.

Может от охотничьего костра или случайно брошенного окурка прибрежная трава у канала загорелась. Огонь перекинулся на заросли рогоз. Сильный западный ветер языки пламени до небес поднял и погнал в сторону посёлка.

Мы были в школе, а народ собрался за околицей. Судачат, чёрт с ним, болотом – нехай всё сгорит, но пламя надо не пустить к сеновалам и в посёлок. Вооружились лопатами, вызвали пожарных. Трактор подогнали – на пути огня, вдоль берега межу вспахали. Добро своё спасли и отстояли. А «Пенитель Моря» сгорел, так и не достигнув берегов Северного океана.

«Весёлый Роджер» зимой ешё висел, цепляясь одним уголком за столб. Мы под ним прошли с отцом на лыжную прогулку. А весной его не стало – должно быть, ветром унесло.

Нет флага, сожжён фрегат, распалось «береговое братство».

Бабье лето вместе с теплом вернуло романтические настроения, неутолённую жажду открытий и приключений. А тут Гошка припёрся, рублём перед носом машет:

- Антоха, ты говорил, что поп сокровища под землю спрятал. Поехали в Петровку, клад искать?

В одну сторону рубля, пожалуй, хватит. А обратно?

Мама как раз сдобы напекла. Я пустился на хитрость:

- Вкусная! Вот бы бабе с дедом отвезти.

Мама встрепенулась:

- Как? Кто поедет? На чём?

- Я. В выходные. На автобусе.

Мама посмотрела на меня с сомнением:

- Может, Люсю послать?

Сестра переживала непоступление в институт – её сейчас лучше не трогать.

- А, ладно! – достала рубль.

И вот мы с Гашиком в автобусе. За окном желтеют под солнцем убранные поля. Леса серебрятся нахлынувшей паутиной. Никогда не видели? Это удивительное зрелище! Её и летом столько не бывает. А осенью, в тёплые деньки, пауки, будто сговорившись, садятся за свои станки и ткут, ткут, ткут - пускают по ветру плоды своего труда. Всю землю покрывает тонкая, невесомая, блестящая на солнце нить.

Я Гошке:

- Пушкина помнишь: «будь одна из вас ткачиха, а другая повариха….» После разоблачения коварства превратилась ткачиха в паучиху….

Другу моему не до пустословия, сидит, хмурится, кривится: шибко клад понадобился – видать, припёрло.

Баба с дедом нам обрадовались. Егор Иванович за топор и в стайку. Лишил жизни петуха, а Дарья Логовна - перьев. И вот он уже в кастрюле кипящую ванну принимает. Перекусив, в ожидании более плотного угощения, вышли погулять.

- Пойдём к церкви, - приятель тянет.

- Так мы уже были там.

Проходили мимо, добираясь с автобусной остановки.

Гошке неймётся. Гошка носом чует закопанное богатство. Встал на полпути от церкви до поповского дома, потопал ногой, прислушался.

- Смотри, - говорю, - следы трактора, а вот машины. Если они не провалились, чего ты-то добиваешься?