Клуб путешественников

37. Ночная экскурсия

Аврелиан не обманул – когда компания подошла к назначенному месту в темноте, он отворил им совершенно незаметную снаружи калитку – не знать о ней, так и не увидишь никогда. И огласил правило – идти осторожно, фонариками не пользоваться, всё, что будет нужно и возможно, они увидят и так.

И они увидели. Подсвеченные колонны храмов выделялись на фоне ночи как-то особенно рельефно, и вокруг них происходила какая-то жизнь. Были это тени, или что-то другое – никто не взялся доискиваться, но – люди спешили по своим делам. Они были одеты, как статуи из соседнего музея Капитолия – в туники и тоги, а дамы – в столы и паллы. Останавливались, беседовали друг с другом, и шли дальше.

Иногда даже как будто доносились какие-то звуки – стук молотков, перебранка, призывные крики торговцев, размеренная речь чиновника, громко читающего что-то, выступление какого-то, очевидно, политика, который ругательски ругал своего соперника и призывал на ближайших выборах магистратов голосовать за него. И сами здания как будто стали выше – и целыми.

Никто не мог сказать, сколько времени они провели, заблудившись между реальностями. Но вдруг возникший Аврелиан сказал, что их срок завершается, и если они не хотят остаться здесь навсегда, то им следует поспешить.

При всём уважении к месту оставаться там навсегда никто не пожелал. Тогда Аврелиан предложил оставить небольшие подношения – у кого есть, и отправляться. Все тут же принялись судорожно искать и находить – кто монетку, кто конфетку, а Мишь оторвала от блузки атласный бантик. Всё это было оставлено в условленном месте, после чего Аврелиан проводил компанию к выходу.

Его благодарили, но он только пожал плечами (если вы, конечно, можете представить ежа, который пожимает плечами).

А когда потом шли домой – под впечатлением от увиденного, то обратили внимание на рекламу – ночная экскурсия по Форуму Цезаря, визуализация при помощи мультимедиа, и что-то там ещё, и группа людей в наушниках шла мимо, и они явно что-то слушали и смотрели.

А нам-то повезло – выразила всеобщую мысль Паулина.

И с ней никто не стал спорить.