Клянусь тебя вернуть

Глава 6

Лана

В субботу, накануне праздника, еду к маме. Нужно помочь по дому, закупиться продуктами. Ей нельзя носить тяжелое. А на все мои уговоры, покупать продукты в интернете, ответ один:

Неть! Там несвежее.

Как ребенок, честное слово!

Если к Озону она быстро привыкла, то вот от Ленты ее не оторвать, скидки, живой товар, живое общение с кассиршами (иногда слишком живое и громкое).

В Ленте перебираю картошку, складываю в пакет – самое мое любимое занятие – копаться в грязи. Но хорошая картошка – залог семейного счастья.

Поэтому терплю.

Затем следую по всем отделам, накидываю в тележку всё подряд, согласно маминого списка, закачанного в телефон. Не забываю следить за акционными ценниками, чтобы не огрести чуть позже.

На кассе выгружаю пять огромных пакетов из телеги, беру по два пакета в руки, пятый – в зубы, тащу к соседнему дому, радуясь короткому расстоянию, отсчитываю каждый шаг.

-Привет! – кричу с порога.

-Здравствуй дорогая, - мама целует теплыми губами в щеку.

Садимся на светлой кухне в десять квадратов, пьём чай.

-Света, ты плохо выглядишь! Процедуры посещала? – мама осматривает мое осунувшееся после бессонной ночи лицо.

-Мама, конечно, я посетила косметолога. Завтра банкет, на котором тридцать человек, голодных и заинтересованных, будут разглядывать меня под микроскопом.

-Упс! – смеется мама, разливая чай по чашкам с цветочками.

-Что?

-Не похоже, что посещала. Корни темные! Как ты могла! Женщина всегда должна следить за собой!

-Даже если ей хреново? – гневно восклицаю я. – Даже если полная безысходность?

Мама сдвигает светлые брови, отодвигает чашку, приказывает:

-Светлана Андреевна, докладывайте, что случилось.

Мама – пенсионерка, руководитель на пенсии. Но начальник в ней так и не уснул! Едва видит жертву, как вцепляется в нее когтями и зубами, пытается дать совет, перевоспитать.

Всё на радость просящему или (не)просящему! Всё во благо!

Распускаю низкий хвост, тереблю светлые обесцвеченные волосы. Несколько прядей падают на юбку.

-Выпадают? – удивляется мама, поправляя густую шевелюру, выкрашенную профессиональной краской.

-Да, - нервно растягиваю на синей юбке выпавший светлый волос.

-Нервы?

-Не думаю! – уверенно шиплю я.

Разговор о волосах явно раздражает. Терплю.

- Сменила марку перекиси. Что-то пошло не так, - сообщаю я, разжевывая проблему.

Мама щурит зеленые глаза:

-Доченька, может, тебе снова в салоне краситься, а то останешься лысая.

-В салоне? – гневно вскипаю я. – Да с ними быстрее облысеешь! В последний раз мастер с пудрой переборщила.

-Ладно, Бог с ним с салоном! – сдается мама. - С твоими нервами, лучше делать всё самой, чтобы ненароком людей не покусала. Что случилось?

-Игорь, - тихо шепчу я, давясь собственным ядом.

-Что сказал или сделал? - мама недоверчиво смотрит вглубь меня.

Всегда знала, что между этими двумя идеальные отношения. Зять обожает тещу.

Априори, у них двоих во всём виновата я.

Бог с ними! Всё равно расскажу.

-Я поговорила с ним начистоту! Он не согласен на молодую сперму, чужие эмбрионы.

-Что? – опешила мама.

-Игорь предлагает другое решение – взять ребеночка из детского дома.

Мама прослезилась:

-Мой золотой зять. Всегда говорила, что у него большое сердце!

-Мама! – ору я на нее, - Я хочу сама родить! – вдогонку кидаю: - Ты ничего не понимаешь! У тебя же есть дети!

Она опускает глаза в пол, замолкает.

Господи, прости! Понимаю, что ляпнула лишнего.

Мамочка! Не хотела тебя обидеть. – Из глаз текут слезы, как я могла такое сказать матери, потерявшей десять лет назад сына в аварии... и мужа.

Бросаюсь на шею матери:

-Пойми меня правильно. Мне нужно самой забеременеть, выносить, родить. Даже если у ребенка будут чужие гены, не важно! Ребенок-то будет только моим, когда родится.

Мама наконец открывает рот:

-Ради этого ты разведешься и разрушишь свою жизнь?

-Не знаю! Честно, не знаю. Я в полном эмоциональном раздрае. Игорь не идет на переговоры, замкнулся.

- Обманешь его?

- Что? – прихожу в шок.

- Даже в голову не приходило, обмануть родного мужа.

- Что тогда?

Дерзко молчу. Нечего ответить.