Клятва Арвиинца

Глава 9 Клятва

«В аптеках резко подорожали эликсиры мэтра Тири – весть об его очередном недомогании всколыхнула Ангвуд», «Эпоха магии заканчивается», «Семнадцать престарелых», «Мэтр Карунтам уже месяц не поднимается с постели», «Почему у волшебников нет учеников?», «Как изменится мир без магии?», «Кто защитит Саантару?», «Равнение на Лариб?»

Из заголовков газет Саантары.

Тим с трудом разлепил глаза, тело ломило от ночевки на полу. Голова гудела, мысли путались, он долго не мог вспомнить, где находится и что произошло. Но постепенно сознание прояснилось, и воспоминания вернулись, навалившись тяжелой волной.

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь заросшее плющом окно, наполняли комнату ярким, радостным светом с зеленным оттенком. Помещение совсем небольшое и видимо единственное в этой старой избушке. Деревянные стены потемнели от времени, на потолке – разводы от сырости, но пол довольно крепкий, по крайней мере сыростью и холодом снизу не тянуло.

У противоположной стены приютилась единственная кровать, на которую утром они уложили раненую.

Сейчас возле нее, спиной к Тиму, стояла Лила – ее густые каштановые пряди струились ниже плеч. Чуть наклонившись, она поила женщину каким-то отваром – в нос шибанул резкий аромат незнакомых трав.

Тим скосил глаза по сторонам – справа трухлявая дверь на улицу, слева, у окна – скособоченный стол, за которым чаевничали Лануш и их новый вчерашний попутчик – старик Хаби.

Похоже, последний приметил, что Тим шевельнулся:

– Очнулся наконец, герой! – старик заулыбался во весь рот. – Ну ты и здоров поспать, герой! Полдень уж минул.

Тренькнула оброненная Лила ложка.

– И вам доброго, – зевая и потягиваясь, Тим сел.

– Вставай уже, – Лануш отхлебнул из кружки, – идем перекусим. Лила, сейчас все остынет.

Тим лениво поднялся – он еще никак не мог победить зевоту. Только он хотел шагнуть к столу, как девушка вдруг так резко развернулась, что Тим невольно замер.

Похоже, Лила успела почистить перышки – умылась, причесалась, и казалась сейчас довольно миленькой – белая кожа, аккуратный носик, алые губки.

Пристально глядя на Тима, она неожиданно шагнула прямо к нему – он заметил, как ее щеки чуть порозовели.

– Я хотела, – похоже, она сильно волновалась, говорила сбивчиво, с запинками, – выразить вам… вчера… это было невероятно… мою благодарность.

Лануш тихонько прыснул в кулак, дед тоже заулыбался.

Лила еще больше смутилась, сильней покраснела, но потом решительно протянула руку.

Тим удивленно вскинул брови, несколько обескураженно оглянулся на старика и Лануша, затем снова на девушку… и растерянно пожал ее ладонь.

Он не привык к такому вниманию и смутился, почувствовав странную теплоту внутри.

Постой, а что у нее с глазами? Только тут, вблизи, Тим заметил, что они странноватые. Он всмотрелся еще пристальнее, даже чуть наклонился к девице… Ого! Двуцветные! Верхние половинки радужки – ярко-синие, а нижние – карие.

– Ух ты… у тебя два цвета. Это… красиво! – Тим подозрительно прищурился. – Но ты точно человек?

Та сразу вспыхнула и сердито вырвала руку:

– Очень смешно! – и отвернулась к раненой.

Довольно лыбясь своей шутке, Тим плюхнулся на табуретку. Он глотнул было чая, но сразу отодвинул кружку: уже остыло – и повернулся к деду:

– Дед, подскажи, как нам выбраться на Эшгарский тракт?

– Так ить… тут такое… постой-ка…

Тим сразу насторожился – ему совсем не понравилась интонация, с какой старик произнес это. Опять запахло проблемой.

Дед меж тем выставил ногу и закатал штанину, обнажая жутко распухшее колено:

– Вишь, как раздуло-то, – скривился он, – итить я не могу, а Лила позарез нужно до Захарии. Пособите, робята…

– Да вроде она не маленькая, – Тим недовольно обернулся к девице, – сама, что ль, не доберешься? Ходить-то умеешь?

– Так-то оно так, сынок… но Мелисса…

Тим почувствовал раздражение – дедовские недомолвки начинали выводить его из себя:

– Что Мелисса?

Старик открыл было рот, но в этот момент Лила так резко развернулась к ним, что все трое поневоле повернули к ней головы:

– Мелисса умирает, вот что! – ее голос зазвенел как металл, – хотя, конечно, вам-то какое до этого дело?!

Тим поморщился. Это еще что такое? Пока он думал, что ответить, встрял Лануш:

– Точно, – пробубнил он, жуя краюшку хлеба, – какое нам до нее дело? Подумаешь, всю ночь тащили ее на своем горбу…

Тим усмехнулся – молодец, старина, в самую точку! И злорадно зыркнул на Лила – выкусила, малявка? Та нервно дернула плечом, сжала губы и отвернулась.

– Худо ей, сынок, – примирительно прошамкал дедок, обращаясь к Тиму, – совсем худо. А Захария знатная лекарка и живет недалече, всего день пути. Она бы помогла…