Клятва Арвиинца

Глава 33 Лечение

Тим не знал, что разбудило его.

Чуть приоткрыл веки – он лежал на спине. Над ним – плотная крона, переплетенные ветви, мягкий полумрак, очень тихо. Пахло сыростью. В голове никаких мыслей, только созерцание.

Неожиданно в нос ударил резкий противный запах дарнесана. Он буквально выдернул Тима из расслабленного покоя. Потом прорвалась боль – руки, ноги, все тело ныло и будто скрежетало. Еще и под шеей лежало что-то твердое и неприятно кололось.

Тим хотел было отодвинуться, но не смог даже пошевелиться. Он сразу все вспомнил – туман, бабочки.

Что происходит? Где он? Где Лила?

Тим стрельнул вокруг глазами – единственным, что его слушалось. Кроме деревьев, ничего не видно.

Ладно, по крайней мере, он еще дышит.

Вскоре раздались чьи-то шаги. Все ближе… Лила!

Тим с облегчением выдохнул – она жива!

Та радостно всплеснула руками:

– Очнулся? Молодец какой! Знаешь что? Я тебя, пожалуй, посажу.

Она зашла со стороны его головы, ухватила за подмышки и потащила. Через минуту Тим оказался прислоненным к широкому пню.

Рядом тлел небольшой костер, чуть разгоняя сумрак, из подвешенного над пламенем котелка струился пар.

– Вот так-то лучше. Ну, ты и тяжелый увалень, – Лила вытерла со лба пот. – Теперь давай, лекарство попьем. Наконец-то не через соломинку.

Она поднесла чашку. И легко коснулась его губ чашкой, и Тим неожиданно почувствовал – совсем не вкус, не запах… А тепло её пальцев. Что-то в нём дрогнуло – еле заметно. Он тут же отмахнулся от этого ощущения, списав всё на слабость после отравления.

Рот не слушался, но Лила сама, потихоньку, чуть не по каплям, начала вливать в него вонючую жидкость. Пахло ужасно – Тим с детства терпеть не мог дарнесан.

Наконец пытка закончилась, но Лила вновь наполнила чашку:

– Сейчас вернусь – пойду Лануша напою.

Сердце Тима бешено забилось – Лануш! Где он? Как он?

Лила рассмеялась:

– Ты такой смешной! Как кукла, глазенками хлопаешь. Да жив, жив твой Лануш. Покусали его, конечно, побольше. Но ничего, оклемается. Главное, дарнесан почаще пить. И не морщись ты так. Ты уже морщишься? Ай да Лила, ай да молодец!

Она, напевая, умчалась куда-то за спину Тима.

Возвратилась Лила минут через десять, медленно поставила пустую посуду. Потом обернулась, подошла к Тиму и присела на коленки напротив него – и в ее глазах вдруг заплясали веселые искорки. Она ухватила его за щеки и потянула в стороны:

– Тимон… совсем худой, тебе надо отъесться чуток.

Тим сказать ничего не мог, но попытался придать взгляду побольше сарказма. Лила это только рассмешило – теперь она ухватила его за волосы:

– Огненный оранж. Роскошный! эх, мне бы такой цвет. Слушай, ты совсем зарос, давай, я тебя постригу?

Она метнулась к своему мешку, принесла маленькие ножнички и защелкала ими перед лицом Тима:

– Ну-с, молодой человек, какую прическу желаете?

Лила чуть задумалась, но уже через пару секунд ее лицо просияло от восторга:

– Я побрею тебя налысо, но оставлю оранжевые пряди. Это будет потрясающе! Где-то тут лежал твой нож. Интересно, он хорошо бреет?

Тим обреченно смотрел на нее.

В конце концов брить его Лила не захотела, зато подергала за уши, нос, взлохматила ему брови. Наконец, наигравшись, присела рядом и похлопала Тима по плечу:

– Не боись. Просто я тут уже четвертый день с ума схожу. Одна… поговорить не с кем… повсюду застывшие трупы… дивная кампания!

– Ладно, займусь делом, – она легко вскочила и куда-то умчалась.

Лила вернулась минут через пять с пучком метеры, уселась напротив Тима, и он в очередной раз принялся наблюдать за ее художеством.

Тим попытался открыть рот, произнести хоть слово – нет, язык не слушался совершенно. А ему столько всего хотелось порасспросить!

К счастью, Лила сама принялась рассказывать.

– Тебя я быстро вывезла, и сразу за Ланушем. А его тележка не выдержала, развалилась на полпути. Пришлось волоком, факел уронила, тут же бабочки налетели, покусали. Правда, немного их было. В общем, пока мы к ручью притащились, у меня все уже одеревенело. Я там прямо в воду и свалилась. Хорошо еще, лицом кверху, да там мелко оказалось. А то бы так и захлебнулась.

Лила подняла голову к Тиму:

– Но сознание не потеряла, видимо, не хватило яда. Лежу такая, на деревья любуюсь, цветочки вокруг – красота! Вдруг бах – шаги! Ужас как страшно! Глянула, а это олениха с олененком. Представляешь? В этих краях они еще водятся! Олененок такой хорошенький, глазки, мордочка… прелесть. Потаращились на меня да убежали.

Лила дорисовала последнюю линию и поднялась. Подойдя к костру, помешала отвар.

– А через пару часов руки снова зашевелились, потом и ноги. Наверно, холодная вода помогла. Прогулялась я немного, в себя пришла, поляну эту присмотрела. И уже четвертые сутки отпаиваю вас, – она широко зевнула. – Все бы ничего, только скучно очень… и кушать хочется.