Клятва для воссоединения

Глава 7

- Влади! - В квартиру влетел растрепанный Тимур.

- Ты нас напугал. Что случилось? - От его вида у меня сразу побежали мурашки по всему телу.

- Котята, идите, Пожалуйста, в комнату, я скоро приду и почитаю Вам, - девочки тихо ушли и также тихо закрыли дверь в свою комнату, - Влади, я должен уехать на неопределенное количество времени.

- Что? Куда? Зачем? Почему?

- Нас отправляют тушить леса в Якутии.

- Чтоооооо??? - Там же этих лесов нескончаемое количество. Они горят так, что из космоса видно. - Тимур… но как же?

- Это приказ, Влади. У нас даже добровольцев собирают. Остаются неаттестованные работники и женщины.

- Но… Тимур… Это же опасно… А что мне делать?

- Ты остаешься дома, с детьми. Карточки, явки, пароли, документы - все это у тебя есть.

- Да зачем мне все это? - Ком встал в горле, что не вздохнуть - не выдохнуть.

- Милая моя, - он обнял меня крепко так, как обнимал меня всегда, что я не знала ни страха, ни забот, - все будет хорошо! Мы со всем справимся. Но сейчас так надо.

- Тимур, я одна не справлюсь…

- Как это не справишься? Еще как справишься, чтобы я там не волновался за тебя и за детей. Девочка моя, - хаотичные поцелуи сыпались на мое лицо, будто смывая мои слезы со щек, - я буду скучать и ждать нашей встречи. Я люблю тебя, Влади! Влюбился, как мальчишка, в тот момент, когда Туфелия зарядила мне в третий глаз. Влюбился так, что когда ты предложила пожениться, я не раздумывая, побежал использовать этот шанс. Я люблю тебя так сильно, что каждый день, сидя на работе, думаю только о встрече с тобой. Люблю тебя, - его голос немного сорвался, в уголках глаз собрались слезы, - люблю тебя так, что мое сердце сейчас разрывается на кусочки от мысли, что мне нужно уехать от тебя, детей, нашего дома. Люблю тебя так, что готов умереть, лишь бы ты была жива. Влади…

- Тимур, - я крепко сжимала его в своих объятиях и плакала на его красивую форму с шевроном «Шамаев Т.Р.», - пообещай мне! Нет! Поклянись мне, что будешь себя беречь и вернешься ко мне, к нам. А когда вернешься, я больше тебя никуда не отпущу.

- Клянусь, Влади, клянусь, - и вновь его жадные хаотичные поцелуи сыпались на мое лицо, шею и плечи.

Тимур рассказал девочкам о командировке, читал им сказку, а после долго стоял и смотрел на них, запоминая каждое родимое пятно и детский запах волос.

Мне было страшно… И я с нечеловеческим усилием помогала собирать ему вещи в дорогу. Положила в нагрудный карман старую иконку Матроны, которую мне отдала перед смертью Мама. Как будто чувствовала, что должна отдать ее.

- Влади, - мы стояли в спальне, оба смотря на дорожную сумку, как на чужеродный предмет, которого здесь быть не должно, - пора тебе ездить уже на машине. И до работы добираться быстрее, и детей будешь вовремя в лагерь отправлять, не заворачивая во все дворы и парки по пути. Бояться-то нечего, ты хорошо водишь.

- Хорошо, буду пробовать!

- Иди ко мне…

Эта ночь была быстрой, мы не успели надышаться друг другом, не успели запомнить все жизненно важные точки. В 5:00 дверь за Тимуром закрылась, а дыра в моей душе открылась…

***

Связь с Тимуром была очень редкая. Раз в неделю и буквально пять минут. Сначала, разговаривали с ним наперебой девочки, а на оставшуюся минуту говорила я. Говорила ему, как скучаю и как люблю.

Жизнь превратилась в туман, и я себя ругала за то, что позволила сама себе так глубоко врасти в человека, что сейчас не видела ни себя, ни других. Иногда я встречалась с женами сослуживцев Тимура, мы поддерживали друг друга, украдкой смаргивая свои женские горькие слезы.

Дети не отвлекали. На работе я могла перепутать количество заказанных пирожных или даже сами пирожные. Правда, все всё понимали и не давили на меня, за что я была коллегам очень благодарна.

Жаркий июнь сменился дождливым июлем. Когда пошел ливень, я была так счастлива, надеялась, что он поможет потушить пожары в Якутии, но как оказалось, там ливней не было. Там была только жара. Жара и огонь. Новости я старалась не смотреть, чтобы не впасть в еще большее уныние и страх.

Была обычная пятница, обычный вечер, в котором мы с девочками ели домашнее мороженое и смотрели документальный фильм про океан. И был необычно громкий стук в дверь.

И мне так не хотелось открывать ее, потому что я чувствовала, что это не Тимур.

Громкий стук снова повторился.

- Влада, давай я открою? - Алина встала с пола, держа в руках креманку.

- Не нужно, солнышко, я сама.

К двери шла, как баран на заклание, медленно, еле переставляя свои конечности. Так же медленно поворачивала замок и медленно отпускала ручка.