Клятва для воссоединения

Глава 13

За окном улица была окрашена красно-розовым закатом, на небе были редкие облака, похожие на сахарную вату и вокруг звуки жизни: пение птиц, голоса людей, песни в прибрежных кафе. Закрыла дверь в кафе, поправила на подоконнике, напоследок, фиалки, выпрямила табличку с названием кафе. Это мой ритуал, что я где-то могу контролировать все.

- Владиииии….

Этот голос и мое имя, которым меня называл только один человек. И мое сердце рухнуло в самый низ, изменив свой ритм. Ноги вросли в землю, по спине и рукам побежали мурашки.

- Влади, - с легкой хрипотцой он повторил мое имя снова.

Поворачиваться было страшно и тяжело. Что если это мой бред? Или мое бессознательное снова взяло надо мной верх. Хочет, чтобы я продолжала страдать дальше, натягивая неискреннюю улыбку на мое лицо. Что если…?

На мои плечи опустились горячие руки, которые я бы узнала из тысячи. Я помню, как они гладили меня по волосам, как обнимали, как чувственно скользили по телу. Его лоб прислонился к моему затылку и он громко вдохнул, вспоминая аромат моих волос.

- Владиии… я сдержал свою клятву…

Мой всхлип и громкий звук моего бьющегося сердца заставил его развернуть меня, крепко прижав к своей груди. Я крепко держалась за его футболку, вдыхая неповторимый аромат его тела. Тот, который я помнила. Морозно-цитрусовый, а сейчас еще и с ароматом соли. Его руки гладили по волосам, по плечам и рукам.

- Я верила, что там не ты… Я верила, что ты выполнишь свою клятву…

- Тшшш, любимая, прости, что так долго…

Руки схватили мое лицо, а губы нетерпеливо покрывали все хаотичными поцелуями. Также он целовал меня перед долгим расставанием. А сейчас он целует меня перед долгим воссоединением, потому что я его больше от себя не отпущу.

Конечно, я все заметила… его обожженную правую руку, часть пострадавшей шеи и ключницы, его частый перенос веса на левую сторону. Ежик волос и большой шрам за ухом. Я все заметила. Но ничего из этого меня ни оттолкнуло, а только сильнее ускорило мой пульс. Он вернулся ко мне. К своей семье. В свой отчим дом.

Он прошел тяжелый путь, за который я ему благодарна.

- Тимур…

- Влади…

- Я так тебя люблю…

- Я очень сильно тебя люблю…

***

На кухню я заходила первая. Мои красные глаза и мой распухший нос напугали всех. И когда все бросились ко мне, Тимур появился у меня за спиной, заставив взрослых замереть, а маленьких обезьянок с визгом прыгнуть на папу-горилла.

- Папа!

- Папочка!

- Папа Тимур!

Я не сказала Тимуру, что мои сестры стали его называть «Папой», а меня иногда зовут «мамой Владой» или «вторая мама».

Рустам и Алия не могли долго выпустить из объятий своего старшего сына. Балагура и весельчака. Рыцаря без страха и упрека.

Наш вечерний сад вновь заполонили звуки оживленной беседы, потрескивающие угли в мангале, песня Меладзе из приемника, беготня девочек по саду с Тором и громкое тарахтение Лейлы, что сидела у меня на коленях.

- Я не помнил ничего, - сказал вдруг Тимур, - как маленький ребенок. Все было как чистый лист. Несколько месяцев лежал в больнице, в какой-то деревне, где меня выхаживал врач и местный шаман. Память приходила постепенно. Сначала вспомнил Леву. Он вытолкнул меня из-под горящего дерева. Его баллон с кислород взорвался моментально от огня, а меня пробила щепка, прямо в бедро. Я полз и полз до реки, которая меня, видимо, унесла к деревне. Транспортировать меня не получалось, лечили как могли. Зимой я вспомнил все, но не мог вернуться в таком состоянии. Прости, Влади, я не мог прийти к тебе в состоянии, когда за мной еще нужен был уход по перетаскиванию моего тела. В апреле я связался с Лыковым, который быстро организовал мой возврат домой. А дома Вас не было. Я думал…, - он посмотрел в небо, будто прося стереть его слезы, - думал, что ты уже нашла себе кого-то, забрала детей и уехала. Квартиру нашу продала. Там были какие-то люди. А ребята все потом рассказали. Мне пришлось еще остаться на реабилитацию, которую организовал Юрий Петрович. Я попросил, чтобы тебе ничего не говорили. Я должен к тебе был прийти сам, не боясь, что ты меня таким не примешь.

Я села к нему на колени и просто обняла. Крепко-крепко, чтобы он почувствовал всю мою любовь, грусть, тоску по нему. Чтобы знал, КАК я ЕГО ждала. Как верила, что он вернется, как смотрела сны про него, думая вначале, что это кто-то другой.

- Теперь семья в сборе, мои дорогие дети, - сказал Рустам, обнимая Алию.