Клятва, освященная луной

Глава 16

До Большого круга Кара дойти не успела. Следуя за Васой на некотором отдалении, она все прокручивала в голове слова шамана. И судя по всему, выбора у нее особо-то и не было. Не ей с духами спорить пытаться, да и клятва… Бохлуранги, привлеченные запахом смерти, за язык тогда потянули, не иначе!

Но теперь содеянного не воротишь, слово данное обратно не заберешь. Придется делать то, что обещала Ирванни. Кара сомневалась, что в действительности старой жрице нужно было отмщение… Видать, в тот миг в нем нуждалась она сама — лишившаяся едва зародившихся корней и всякого будущего. Теперь же… Что ждет ее дальше? Одним духам ведомо. Они-то и направляют Кару прочь из Великой степи. Может, в этом и есть их план?

Кара замерла, обдумывая эту неожиданную мысль.

Васа замедлилась, заметив, что она остановилась. А после и вовсе подошла ближе.

— Идем в Круг, Кара, — позвала она.

Кара подняла взгляд и увидела, что та смотрит на нее с беспокойством. С светло-серых глазах застыло и еще какое-то чувство, которое она не сразу смогла распознать. Сочувствие? Жалость?

— Есть ли смысл в этом? — с горечью спросила ее Кара. — Для чего мне входить в круг племени, частью которого мне никогда не стать?

Васа отвела взгляд. Кара поняла, что что-то из того, что сказал ей шаман, та смогла услышать. Впрочем, не удивительно. За гундгарами было достаточно тихо, а все охотники обладали чутким слухом.

— Ты иди, — сказала Кара, грустно улыбнувшись. — Я приду чуть позже. Когда вождь скажет свою речь.

— Ты… — Васа растерянно посмотрела на нее. Быстро обернулась на Круг, проверяя не вышел ли Ярваргунн. — Разве ты не хотела после исполнения клятвы вернуться, чтобы служить Избранной жрице?

— Хотела, — кивнула Кара. — Но духи решили иначе. Спасибо тебе за помощь, Васа.

Воительница коротко выдохнула, прижала большой палец и среднему, формируя круг, и коснулась лба Кары.

— Пусть Иллуни освещает твой путь после захода солнца, — тихо сказала она, — Небо направляет мысли, а ветра уносят все печали… Духи всегда с тобой.

— Спасибо, — улыбнулась Кара, чувствуя, как глаза начало пощипывать.

Васа выпрямилась, кивнула коротко и, развернувшись на пятках, ушла, не став оборачиваться. И хорошо. Оглядываться назад — дурной знак.

Кара вздохнула, сжала кулаки. Как же страшно было делать шаг прочь из поселения Бану. Ничего о большом мире за пределами Великой степи она не знала. Не ведала даже, какие люди там живут, чем дышат, о чем говорят. Как можно идти туда без всякого волнения в душе?

— Сейчас ведь вождь придет, глупая, — Кара вздрогнула, услышав чей-то близкий шепот. Метнувшись в тень у гундгара, она замерла, напряженно прислушиваясь к происходящему. — Если речь пропустим, нас потом изгонят на потеху злым духам. И никакая защита Старой Ярвы не поможет!

— А ты что же, хочешь, чтобы дочь вождя ее заменила? Или не слышала, как другие ждрицы про нее говорили? Не Ягмуран это больше! Иллуни отворачивает свой лик. Посмотри сама! — Кара нахмурилась и перевела взгляд на небо. То и правда заволокли тучи, пряча небесное светило. — И это тогда, когда вождь Ярваргунн хочет сообщить об этом всем. Событие-то какое! Сын вернулся, дочь проснулась. Но не все так просто… Духи гневаются.

— Да помолчи ты! — шикнула на нее сердито другая. Все три женских голоса Каре были смутно знакомы. Может, это те самые младшие жрицы, которые цеплялись к ней после разговора со Старой Ярвой? — Бохлуранги тебя за язык тянут что ли? Не кличь беду, ветра все слышат!

— Она права, Итса. Нехорошо это все, неправильно. И знак дурной, что Иллуни отвернулась от племени.

— И что вы обе предлагаете?

— Нужно выкрасть Ягмуран, пока она еще слаба. И унести подальше от стоянки. Сейчас ночь, никто не увидит. А брат ее, Ярисгунн, сейчас празднует вовсю. Не до сестры ему будет. А там глядишь, и зверье голодное за своим придет. Или чуждые. С рассветом же, я слышала, вглубь Великой степи отправимся. В суматохе не заметят пропажу. Потом уже поздно будет…

Кара замерла, сглотнула пересохшим горлом. До нее вдруг дошла отчаянная мысль, что только что-то духи позволили услышать ей что-то очень, очень важное.