Клятва, освященная луной

Глава 17

Младшие жрицы незаметно ушли, оставив Кару в смятении. Что ей делать? Как поступить? Бежать искать Ярисгунна, чтобы рассказать о ненароком подслушанном разговоре? Но ведь он даже говорить с ней не станет теперь. И не говоря уже о том, что его сперва найти надо.

Кара вскинула голову и посмотрела на Большой круг. Воины племени присоединились к празднику, их высокие беловолосые фигуры смешались, не позволяя ей увидеть одного конкретного Бану. Пока оббежит всех в Круге, пока отыщет Ярисгунна, с его сестрой уже случится беда. Кара всерьез опасалась, что младшие жрицы не станут дожидаться речи вождя, чтобы сотворить задуманное. Что и говорить, Ягмуран, должно быть, еще слишком слаба, чтобы сопротивляться. Шутка ли, столько лет проспать без всякого движения? Так и руки-ноги слушаться перестанут.

Нет-нет, нельзя медлить, нельзя ждать. Действовать нужно прямо сейчас.

Пользуясь тем, что в тенях ей куда проще скрыться, чем беловосым Бану, Кара прокралась к гундгару матери Ярисгунна. Благодаря тому, что та в прошлом была Избранной жрицей Иллуни, ее шатер заметно отличался от других. Кара догадывалась, что и это вызывало зависть младших жриц, одной из которых когда-то являлась и Старая Ярва.

Кара замерла рядом с пологом, который до наступления холодов заменял дверь, и напряженно прислушалась к тишине внутри. Ни голосов, ни дыхания. Сердце подпрыгнуло в груди. Неужели опоздала?

Осторожно приоткрыв плотную ткань, она скользнула в гундгар и снова замерла. Темнота казалась осязаемой, плотной настолько, что можно было коснуться, стоило только протянуть руку. Но больше всего Кару напугало не это.

Возле стены напротив входа она увидела два крохотных алых огонька.

Хрипло охнув, Кара отшатнулась, упираясь спиной в остов гундгара. Это же… бохлуранг! Откуда в шатре Ягмуран взялся злой дух? И что он сделает с ней, Карой, за то, что вторглась в его владения?

— Не бойся, — сквозь шум крови в ушах и гулкое биение сердца Кара различила тихий голос. — Я не причиню тебе вреда.

От Большого круга раздались громкие крики радости — к племени вышел их вождь. Кара же не могла оторвать взгляда от огоньков чужих глаз. Ей казалось, что смотрят они прямо ей в душу.

— Кто ты? — Кара нашла в себе силы задать этот вопрос.

— Я… Ягмуран, — обреченно прошептала та. Алые точки на мгновение пропали и снова появились. — Ты та чужачка, о которой так много говорят снаружи?

— Возможно, — осторожно произнесла Кара и вскинула голову, посмотрев на купол шатра. Иллуни скрыла свой лик, но свет огней от Большого круга могут немного осветить помещение шатра, чтобы она могла пройти дальше. — Почему ты здесь?

— А где мне еще быть? — вопросила Ягмуран. В ее голосе Кара так явно различила грусть, что ей невольно стало ее жаль. — Зря ты сюда пришла. Вождь узнает об этом. И племя уже не примет…

— Значит, все равно ничего не изменится, — пожала плечами Кара и осторожно шагнула в сторону — туда, где находилась веревка, с помощью которой приоткрывалась заслонка в гундгаре жрицы. Тусклый свет тут же проник внутрь шатра, заставив Ягмуран тихо вскрикнуть от неожиданности. Кара же задала вопрос, на который и так знала ответ. Но была бы рада ошибиться. — Ты сможешь идти?

— Что? Куда? — Ягмуран распахнула красные глаза и с недоумением на нее посмотрела.

Кара заметила, что та уже не лежала, а сидела, опершись спиной о стену. Прикусив губу, она задумалась: это Ярисгунн помог ей или же Ягмуран смогла подняться сама? Все же злой дух, что алыми отблесками отражается в ее глазах, сил прибавить должен был даже в обессиленном длительной болезнью теле.

— Я слышала кое-что… — начала говорить Кара. — Тебе нельзя оставаться здесь.

— Но мой брат, — нахмурилась Ягмуран. — Я не могу никуда уйти без него. Нужно сказать обо всем Ярисгунну!

— На это нет времени, — мотнула головой Кара. Заплетенные мелкие косички ударили по плечу, зазвенели тонкие бусины. — Они вот-вот будут здесь.

— Кто? — выдохнула та. Ее голос осип, выдавая волнение и даже страх.

— младшие жрицы. Они сказали, что… — начала объяснять Кара, но осеклась.

Рядом с гундгаром зазвучали знакомые голоса.

— Здесь она лежит. Идем, скорее. Пока все заняты речью вождя, никто не обратит на нас внимания!