Клятва, освященная луной

Глава 24

После того, как древо перекрыло собой вход в поселение, став чем-то вроде ворот, угроза прорыва чуждыми на время миновала. Бану пусть и слышали колдовской Зов, но сделать ничего не могли. В какой-то момент, правда, мелодия чуть видоизменилась, и некоторые уже ринулись к невидимым стенам, окружавшим защитой поселения. Но стрела, пущенная Ярисгунном, оборвала Зов и позволила воинам мыслить здраво. Так что, даже лишившись командира в его лице, они продолжили защищать древо, а вместе с ним — и всех тех, кто жили здесь.

Кара с беспокойством поглядывала то на темнеющий лик Иллуни, то на горизонт, на котором, казалось, вот-вот должен был начать заниматься рассвет.

— Что мы будем делать дальше? — тихо спросила она Ярисгунна, который осторожно усадил сестру на пенек позади его гундгара.

— Мы? — переспросил он и повернул голову, окинув ее внимательным взглядом. — У тебя, кажется, были планы, Кара. Клятва, месть, лес чуждых. Не ошибся же? — Кара сглотнула и молча кивнула, не понимая к чему он клонит. — Тогда ты знаешь, что будешь делать дальше, — Ярисгунн пожал плечами и отвернулся.

Кара хлопнула глазами

— Но… — беспомощно протянула, всплеснув руками. — Я даже не знаю, где их лес!

— Это не проблема для тебя. Чуждые еще не ушли. Всего-то надо проследовать за ними. А там, как высокие, темные деревья увидишь — так и внутрь заходи. Не ошибешься.

— Их туман ядовит, — ровно ответила она, стараясь сохранять спокойствие, но получалось с трудом. Безразличие Ярисгунна выводило из себя. — Или ты, побывав на землях людей, узнать об этом так и не удосужился?

Бану повернулся к ней и вскинул белесые брови.

— Откуда ты знаешь, что в княжествах тоже туман чуждых бродит?

Кара сложила руки на груди и хмуро на него посмотрела.

— Я умею слышать, о чем говорят люди, Ярисгунн. И делать правильные выводы.

— Неужели? — насмешливо фыркнул он и поднялся на ноги, чтобы после молча уйти в гундгар.

У Кары вырвался тяжелый вздох. С этим упрямцем просто невозможно разговаривать спокойно!

— Он всегда был таким, — с легкой улыбкой произнесла Ягмуран. Кара дернулась от неожиданности: все это время сестра Ярисгунна дремала, измученная собственным колдовством. Девушка так и сидела с завязанными тряпицей глазами и снимать ее явно не спешила. — Сколько себя помню. И матушка часто говорила, что гордецам жить гораздо сложнее, чем другим. Не сердись на него. Ярис просто…

— Довольно, Ягмуран, — оборвал ее вернувшийся Бану. В его руках Кара увидела широкий плащ и набитую какими-то вещами сумку. — Не стоит ничего объяснять этой бахраас. Такие, как она, понимают все через бычий пузырь и только в том случае, если им это выгодно.

— Твой язык нужно скормить гарбанам, чтобы гадости другим не говорил, — не выдержав зло прошипела Кара. — Я вообще-то помогла Ягмуран!

— Вытащив ее из гундгара?

— Там было опасно! Младшие жрицы собирались сделать с ней что-то.

— И что же?

Выдохнув сквозь зубы, Кара быстро пересказала то, что ей удалось случайно подслушать. На лице Ярисгунна заходили желваки.

— Так, значит, — пробормотал он и вскинул голову, посмотрев на видневшийся чуть в стороне шпиль на гундгаре верховной жрицы. — Нужно забрать камень матери.

— Он уже у нас, — снова улыбнулась Ягмуран. Ее словно не трогало то напряжение, повисшее в воздухе между Ярисгунном и Карой. — И Кара действительно помогла мне уйти. Жрицы приходили к нашему шатру, брат. Сильно сомневаюсь, что они, воспользовавшись тем, что все собрались в Большом круге в ожидании праздника, планировали нанести визит вежливости.

В тоне Ягмуран зазвучали совсем другие нотки, да и говор стал непривычный, с незнакомыми Каре оборотами. Словно чужая душа в ней вновь попыталась взять верх.

— Допустим, — все же смягчился Ярисгунн, бросив задумчивый взгляд на Кару. — Но зачем им это?

Он обращался к сестре, но Кара и тут не утерпела, высказала свое предположение:

— Может, боятся, что Ягмуран займет место вашей матери. Станет новой Верховной жрицей или станет помогать Избранной. И тот, и тот вариант для них значит, что они сами никогда настолько высоко подняться не смогут.

— Чем выше заберутся, тем больнее падать, — хмыкнула Ягмуран. Ее тон изменился окончательно, место девушки заняла чужая душа. — Но, думаю, здесь было простое женское любопытство. Что ты собираешься делать дальше, беловолосый? Нам — мне и твоей Ягмуран — нельзя оставаться здесь.

Ярисгунн пожал плечами.

— Вождь велел мне на рассвете отправляться на границу с лесом чуждых. Тебя я здесь оставить не могу. Значит, отправимся туда вместе.

— Я пойду с вами, — нахмурилась Кара.

Она не спрашивала разрешения у Ярисгунна, а ставила его перед фактом. И Бану это очень не понравилось.

— Исключено. Здесь наши пути расходятся. — отрезал он, на что Кара просто пожала плечами.

Пускай говорит что хочет, а идти следом за ними ей ничто не помешает. А уж возле леса чуждых, глядишь, и изменится что-то в его решении.