Клятва полуночи Том 1

Тайна I

Всё тайное, всегда становиться явным.

…

Библиотека обволакивала меня, как старый сон, который не отпускает. Светильники над головой покачивались, их золотой свет дрожал на стеллажах, отбрасывая длинные тени, которые казались живыми. Я сидела за широким столом у окна, заваленным книгами, чьи кожаные переплёты пахли пылью и чем-то сладковатым, как застарелая смола. За окном утренний свет давно сменился серым сумраком полудня, но я не замечала, как время ускользает. Часы где-то в глубине зала тикали, но их звук был далёким, словно из другого мира.

Я искала что-то — ответ, намёк, хоть крупицу правды о метке змеи, что я каждый день рисовала на запястье, или о поместье, которое дышало, как живое существо. Книги... Их страницы, пожелтевшие и хрупкие, о древних ритуалах, о проклятиях, о богах, которых никто уже не помнит, но ни одна не говорила прямо. Я листала очередной фолиант, его текст был испещрён символами, похожими на те, что я видела на алтаре в саду, но они ускользали от понимания, как вода сквозь пальцы. Моя голова гудела, мысли путались, но я упрямо тянулась к следующей книге, словно надеялась, что она раскроет всё.

«Что я вообще ищу?» — подумала я, откидываясь на спинку стула. Веки отяжелели, но я мотнула головой, прогоняя сонливость. Взгляд упал на запястье, где чернила метки змеи начали бледнеть, проступая пятнами, как старая краска. Я нахмурилась. Если кто-то заметит, что она ненастоящая, весь мой план рухнет. На столе, среди разбросанных бумаг и свечей, стояла маленькая чернильница, её стекло поблёскивало в свете лампы. Я не знала, чья она, но это не имело значения. Я взяла тонкую кисть, лежавшую рядом, и аккуратно подновила линии змеи, проводя по коже плавные изгибы. Чернила были холодными, их запах отдавал железом и чем-то горьким, но рисунок снова стал чётким, почти живым. Я смотрела на него, чувствуя, как сердце бьётся чуть быстрее — не от страха, а от странного предчувствия, будто я только что повторила чей-то ритуал, не понимая его смысла.

Я вернулась к книгам. Часы тикали, тени удлинялись, а я всё глубже погружалась в тексты, которые обещали больше, чем давали. Одна книга рассказывала о древних клятвах, связанных с кровью и землёй, но ничего о змеях. Другая описывала алтари, подобные тому, что я видела в саду, но их назначение оставалось загадкой. Я переворачивала страницы, мои пальцы оставляли следы в пыли, а в голове крутился голос старухи из сада: «Ты не первая и не последняя… всё повторяется…» Что она имела в виду? И почему её слова звучали как предупреждение, от которого я не могла отмахнуться?

Время текло незаметно. Я не чувствовала, как часы складывались в вечность, как свет за окном становился глуше, а воздух в библиотеке — тяжелее. Мои глаза слипались, но я заставляла себя читать дальше, цепляясь за каждое слово, которое могло бы дать хоть малейший намёк. Я потянулась к очередной книге — тонкой, в переплёте из чёрной кожи, почти невесомой. Она лежала в стороне, будто кто-то нарочно спрятал её среди более массивных томов. На обложке не было названия, только выдавленный символ — змея, свернувшаяся в кольцо, точь-в-точь как метка на моём запястье.

Я замерла, чувствуя, как кровь прилила к вискам. Это не могло быть совпадением. Я открыла книгу, но страницы были пустыми — ни текста, ни рисунков, только пожелтевшая бумага, пахнущая сыростью. Но между последними страницами что-то хрустнуло. Я осторожно раздвинула листы и нашла конверт. Старый, потрёпанный, с восковой печатью, на которой была та же змея, что и на обложке. Мои пальцы дрожали, когда я сломала печать. Внутри — ничего. Пустота. Только гладкая внутренняя сторона конверта, чуть пожелтевшая от времени.

Я сидела, глядя на пустой конверт, и в голове кружились вопросы. Почему он пуст? Кто его оставил? И почему змея, такая же, как моя метка? Я провела пальцем по восковой печати, её края были неровными, словно кто-то сломал её до меня, а потом запечатал снова. Мысли путались, усталость накатывала волнами. Я откинулась на стуле, положив голову на руки, и не заметила, как веки сомкнулись.

Сон пришёл незаметно. Я видела сад, но он был другим — тёмным, с розами, которые светились, как угли, и алтарём, чьи узоры двигались, как живые. Старуха стояла там, её глаза горели красным, и она шептала: «Беги… беги…» Я хотела спросить, от чего, но голос не слушался. А потом я почувствовала чьё-то присутствие за спиной — не старуху, не Вальтериона, не Дармона. Кассильвар? Его запах — смола и лилии — коснулся меня, и я обернулась, но там была только тень.

Я проснулась от звука. Тихий скрип, словно кто-то ступил на деревянную лестницу в глубине библиотеки. Моя голова лежала на столе, щека прижалась к раскрытой книге, а пустой конверт всё ещё был зажат в руке. Светильники потускнели, и библиотека казалась темнее, чем раньше. Я выпрямилась, сердце стучало, но не от страха — от ожидания. Кто-то был здесь? Или это просто старый дом играл со мной, как сад?

Я посмотрела на конверт. Его пустота казалась насмешкой, но змея на печати смотрела на меня, как живая. Я сунула конверт в карман платья и встала, чувствуя, как усталость тянет плечи вниз. Но что-то внутри — упрямство, любопытство, может быть, надежда — заставило меня шагнуть к стеллажам. Если ответы есть, они здесь. И я найду их, даже если это будет стоить мне ещё одной ночи без сна.

Тёмные стеллажи в дальнем углу библиотеки манили, их тени сливались с полумраком, как будто скрывали что-то, чего не касался свет. Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как половицы под ногами слегка прогибаются, издавая еле слышный скрип. Воздух здесь был гуще, пах старым деревом и чем-то металлическим. Я протянула руку к одной из книг, её корешок был потёртым, без надписей, но что-то в ней казалось важным. Мои пальцы почти коснулись кожи переплёта, когда чья-то рука резко схватила моё запястье.