Ключ истмата *ранняя версия*

Как я споткнулся о «средний класс»

Следует признать, что первоначально я, как это и полагается марксистам, скептически относился к идее среднего класса как к таковой. Ну, казалось бы, откуда ему браться, если хорошо известно, что классовое общество обозначается расколом на эксплуататоров и эксплуатируемых. В том же капитализме этот раскол на, соответственно, буржуазию и пролетариат, казалось бы, очевиден. Даже не вдаваясь в ту историческую подробность, что изначально пролетариат был только промышленным, но явно нарастающим. А позже к нему примкнёт также ширящаяся сфера услуг (о её принадлежности к пролетариату, как и вопрос, собственно, его политэкономического определения — и то и то я, по-моему, вполне достаточно осветил в своём предыдущем трактате «Тонизирующий марксизм». К соотв. главам которого потому и отсылаю интересующихся.).

В славноизвестном Манифесте Компартии так и говорится, что: «Наша эпоха, эпоха буржуазии, отличается, однако, тем, что она упростила классовые противоречия: общество всё более и более раскалывается на два большие враждебные лагеря, на два большие, стоящие друг против друга, класса — буржуазию и пролетариат».

В чем же загвоздка, спросите вы? В том, что, как отмечал В. И. Ленин: «Основная и главная тенденция капитализма состоит в вытеснении мелкого производства крупным». И это так и есть, а потому монополизация и концентрация капиталов неизбежна. Грубо говоря, условный список Форбс, наибогатейших, всё пухнет по величине капиталов. А у простых людей, как известно, при капитализме ныне растут разве что долги.

И кстати, что любопытно, в том же самом Манифесте — ещё когда, то есть, — основоположники марксизма сумели верно предвидеть грядущее исчезновение класса мелкой буржуазии (промежуточного, исторически возникающего при переходе от крестьянского феодализма в капитализм): «В тех странах, где развилась современная цивилизация, образовалась — и как дополнительная часть буржуазного общества постоянно вновь образуется — новая мелкая буржуазия, которая колеблется между пролетариатом и буржуазией. Но конкуренция постоянно сталкивает принадлежащих к этому классу лиц в ряды пролетариата, и они начинают уже видеть приближение того момента, когда с развитием крупной промышленности они совершенно исчезнут как самостоятельная часть современного общества и в торговле, промышленности и земледелии будут замещены надзирателями и наемными служащими».

И ведь, по сути, так и происходит — и должно происходить, из-за упомянутой конкуренции, а также концентрации капиталов. Кои «должны делать деньги» (из-за всё той же конкуренции!), а потому требуют эффективного участия в конкурентной борьбе: поглощая всё, что можно, к своей выгоде — в частную собственность. А потому лишая остальных тех же доступных им ранее природных ресурсов к выживанию; на коих и основывалась ведь первоначально крестьянская мелкобуржуазность. Пролетаризуя людей — как и, собственно, предвещали МиЭ.

И вот тут возникает очевидная заковыка даже ещё в чистой теории, вперёд одной сверки с фактами. Если из-за эффективной конкуренции капитал монополизируется, всё увеличиваясь в одних также только всё более немногих руках — как же оные вообще справляются с тем, чтобы сохранять капитализм!?.. Это должно быть попросту-таки невозможно — ведь и против растущей пролетаризующейся, а потому и нищающей массы!

И капиталисты, верхушечная буржуазия, обладающая всем, а потому и не могущая просто физически управлять всем тем, что она подбирает под себя — они находят для сохранения подобающих тому капиталистических порядков выход в том, чтобы подкупать за наличные у них вдоволь средства часть пролетариата. Готовых на то за то большее вознаграждение — выделяющее потому их политэкономически из остального, политэкономически же склонного нищать пролетариата; выступать против последнего, непосредственно организуя и устерегая капитализм.

Кстати, сами МиЭ также отмечали «тот простой факт, что порабощенные и эксплуатируемые были во все времена гораздо многочисленнее поработителей и эксплуататоров» (Энгельс Ф. Анти-Дюринг). Так откуда бы, памятуя про тенденцию к монополизации при капитализме («Закон экономической концентрации, победы крупного производства над мелким, признан и нашей программой» (с) Ленин), — откуда при всём этом рождаться упомянутому выше «большому» классу буржуазии!?..

Нет его как большого численно — и совсем наоборот, из-за концентрации капиталов тяготеет он лишь ко всё большей малочисленности. Откуда и возникает, акцентирую, вопрос: а как же он справляется тогда с сохранением своих порядков!? И ответ, повторю: благодаря содействию, которое ему оказывают выходцы из пролетариата, переходящие на услужение буржуазии. Разумеется, не за просто так, и не за равное с прочими пролетариями вознаграждение (обеспечивающее тех обнищание; ведь прибыли эксплуататоров лишь тем больше, чем ниже зарплаты). Что указанное и выделяет эту прослойку «среднего класса» даже политэкономически. Чего, опять-таки, я уже касался в своем уже упомянутом труде под названием «Тонизирующий марксизм».