Ключ из лимонной цедры

ГЛАВА 14. ПЛАТИНОВЫЕ ПАЛОЧКИ С КУНЖУТОМ

Машина Воробейко плавно причалила к бордюру у табачной лавки «Пяти углов» без четверти час, когда солнце превратило город в раскаленную сковороду. Мои ноги, несколько часов находившиеся в ловушке из лаковой кожи и шпилек, протестующе заныли. Я с облегчением стянула туфли и встала босыми ногами на горячий асфальт. Марк вышел следом, выразительно посмотрел на меня, поправил свой твидовый пиджак и молча зашагал к «Буку и Прянику». Его спина выражала предельное неодобрение, адресованное, как мне казалось, всему миру и особенно длине моей юбке.

В кафе пахло свежемолотыми кофейными зернами и ванилью. Взгляд Лены, стоявшей за стойкой, скользнул по моему лицу, затем вниз, к босым ногам и сжатым в руке туфлям. Она улыбнулась и едва заметно кивнула в сторону кухни.

Холодная вода смыла с лица маскировку: тушь, подводку, тональный крем, румяна. Я натянула старые джинсы, любимую майку с потускневшим принтом кофейной чашки, засунула ноги в кроксы и вздохнула с облегчением.

Выйдя в зал, я увидела, что Марк уже восседал за большим дубовым столом у окна, разглядывая чайную чашку с таким сосредоточенным видом, будто на ее дне таилась разгадка всех секретов. Напротив него, забравшись на стул с ногами, сидела Соня в растянутой футболке с надписью «Главный по печенькам» и леопардовых лосинах. На одной ее ноге красовался носок в синюю полоску, на другой – ядовито-розовый. Моя подруга с аппетитом грызла хлебные палочки, посыпанные кунжутом.

– Что-то наши шпионы вернулись из логова зла недовольными, – протянула Соня, с хрустом откусывая кусочек палочки. – Марк тут уже пятнадцать минут хмурится, и ты тоже какая-то потерянная. Рассказывайте кратко, но с чувством: покупателем оказался Воробейко?

Я положила на стол платиновую карту фитнес-клуба «Антарес».

– Да, вот и подарочек мне вручил.

– Воробейко болтун и позер, – хмыкнул Марк, оторвавшись от созерцания чашки. – Но он явно не убийца и не заказчик.

– Откуда такая уверенность? – Соня перестала жевать. – Он вам поклялся на клубной карте, что ни при чем?

– Практически, – усмехнулась я. – Воробейко даже не пытался что-то скрывать, а просто… рассказывал. Словно мы пришли не ради продажи трубки, а за сплетнями, которые он с готовностью выложил.

Соня недоумевающе подняла брови, тряхнув высоко собранным хвостом своих разноцветных волос.

– Представь себе человека, – начал Марк, – который считает, что весь мир – его личный театр, а он в нем и режиссер, и главный герой, и сценарист.

– С челкой, – добавила я, – с очень смешной, тщательно уложенной челкой как у первоклашки.

– Он помешан на собственном имидже мудрого патриарха, держащего все под контролем, – кивнул Марк. – И поэтому не смог удержаться, чтобы не рассказать о том, как контролирует своих подчиненных.

– Он сам все выложил про Ветрова и Коршунова, – продолжила я. – Про их ссору, про деньги, которые те не поделили. Ветров разозлился и хотел поставить на место выскочку-бизнесмена, а он, Воробейко, его, дескать, вовремя одернул. Мол, не дело это для членов респектабельного клуба.

– Если бы он был замешан в убийстве, – подытожил Марк, отхлебывая остывший чай, – то не стал бы болтать и тем более хвастаться тем, что все знает и все держит в руках. Воробейко сдал нам Ветрова со всеми потрохами просто потому, что хотел показать, насколько он всеведущий, всемогущий и справедливый.

Соня слушала, широко раскрыв глаза, забыв про хлебные палочки.

– Получается, он просто пустой балабол? А Ветров, напротив, тот еще фрукт?

– Теперь Ветров тот, у кого был мотив, – поправил Марк. – Обида, злость, желание отмстить Коршунову. Воробейко лишь подтвердил то, о чем мы подозревали.

– И как он… на вас смотрел? – с невинным видом спросила Соня, переведя взгляд с Марка на меня. – Особенно на нашу Алису в ее боевом раскрасе и мини-юбке?

Марк слегка закашлялся в кулак и отодвинул чашку.

– Он смотрел на нее как коллекционер на любопытный лот, – произнес он, стараясь говорить максимально нейтрально. – Оценивающе, без особого интереса, но с пометкой «недурно».

– Надо же, любопытный лот, – протянула Соня, и в ее голосе зазвенели знакомые нотки любительницы подначек. – Марк, а ты там в какой роли выступал? Молчаливого телохранителя? Или же твой твидовый пиджак произвел такое впечатление, что тебя приняли за эксперта по… фумофилии? Или как там правильно?

– Я был дилером, нашедшим ценный коллекционный предмет, – сухо парировал Марк. – Но да, внимание Воробейко было сосредоточено не на мне.

– Бедняжка! – фыркнула Соня. – Всю встречу вынужден был наблюдать, как на твою… партнершу по бизнесу смотрят томные глаза олигарха с прической школьника. Ревность – страшная сила.

– Соня, хватит, – я попыталась ее остановить, видя, как у Марка начинает дергаться кадык.

– Какая еще ревность? – голос Марка дрогнул. – Ты не выспалась сегодня, Соня? Очень агрессивно себя ведешь. Мы тут говорим о деле, и о том, как выйти на Ветрова.

– Через нее, – торопливо произнесла я, переводя тему и ткнув пальцем в платиновую карту. – По сути, Воробейк вручил мне ключ от всех своих фитнес-клубов. Ветров – глава безопасности сети «Антарес», значит, он периодически там появляется. Я начну ходить в разные клубы сети, в тренажерный зал, в бассейн. Подружусь с сотрудниками, порасспрашиваю…