Ключ к Эверленду. Хроники Вигора

Глава 10

Я отодвигаю ворот платья, который в мгновение кажется слишком давящим. Эжени внимательно наблюдает за моей реакцией. Ко мне стрелой приходит мысль, что вот она: девушка, которая расскажет мне всё о городе. Думаю, что мой покровитель не случайно отправил меня сюда. Даже если Эжени могла не оказаться на месте, я в любом случае обнаружила бы следы её пребывания и выяснила, кто их оставил. Значит ли это, что ей можно верить?

— Значит, смею думать, ваш отец хотел этого разговора, — начинаю очередной танец по минному полю.

— Вероятно, хотел. — Девушка продолжает всматриваться в меня своими рыбьими глазами.

— Что ж, тогда меняю правду на правду, согласны?

— Ты можешь обращаться ко мне без официоза, — снисходит Эжени. — Отцу я верю безоговорочно. Из-за него ты здесь?

Я киваю. В конце концов, пострадают его интересы, не мои.

— Для чего ты приехала сюда, Лия? — взгляд бесцветных глаз фокусируется на моём лице.

— Я ищу некоторые абстрактные вещи, — раздражённо выпаливаю я.

— Я не знаю ни что это, ни каковы его характеристики, это буквально "пойди туда, не знаю куда, принеси мне то, не знаю что!"

Видимо, я носила в себе это слишком долго, но почему доверилась именно Эжени? Её образ кажется мне настолько безобидным? Думаю, что так, ведь я совсем не планировала откровенничать. И всё же вижу на её лице самое настоящее сочувствие. Ко мне или к отцу?

— Ох, мне жаль! Но поверь, отец не стал бы секретничать просто так.

— Почему он не живёт в Вигоре?

Эжени поджимает губы, я ожидаю, что начнутся новые недомолвки, но решение девушка принимает на зависть быстро.

— Он уехал из-за мамы. Когда я родилась, они не были в браке.

Наклоняюсь ближе к девице, не допуская даже намёка на то, чтобы сорваться с этой беседы.

— Он хороший человек, Лия. Расскажи мне всё, что он сказал, и я постараюсь помочь.

Я откидываюсь в кресло, рассуждая, давить на девушку или нет. Их семейные драмы мне безразличны, но тайны королевы города кажутся мне значимыми в моём расследовании.

— Почему Ле-Клерк? Монархия — атавизм, но у вас она скорее... м-м-м... религиозная?

— Всё так, — с готовностью подтверждает наследница рода. — Власть передаётся от матери к дочери со светлой головой.

— Имеется в виду какой-то обряд?

— Вовсе нет. Править должна блондинка, — совершенно серьёзно вещает Эжени.

Но это же сюр! Нельзя выбрать цвет волос младенца, нельзя выбрать пол. Что за цирк у них творится? Видимо, эмоции слишком красочно отражены на моём лице, и блондинка продолжает:

— У местных есть поверье, что Ле-Клерк — посланники бога. Дела Вигора до тех пор в порядке, пока во главе стоит светловолосая женщина Ле-Клерк. Предвестники надвигающейся беды — это рождение сыновей Ле-Клерк либо рождение детей с тёмными волосами.

— И ты веришь в это? — я не могу удержаться от вопроса.

— Разумеется, — блондинка и не думает сомневаться. — Всё правда до последнего слова.

— А где можно прочитать полную версию поверья, или легенда передаётся на словах? — Кажется, я начинаю понимать, в каком направлении мне искать.

— Писание было, но безвозвратно утеряно. Не все коренные жители остались, возможно, кто-то из покинувших город прихватил с собой и книгу.

— Ты видела её? — Я загораюсь азартом.

— Нет, никогда. Но моя мама говорила, что читала её.

Беседу прерывают слишком громкие крики городских мальчишек, играющих в маленьком дворике под окнами в петанк. Эжени вырывается из моих лапок и отводит взгляд.

— Лия, мне жаль, но я должна идти, я непростительно задержалась здесь.

— Это ничего, Эжени. — Она вскакивает с кресла, и я поднимаюсь за ней. — Но нам нужно поговорить. Полноценно поговорить, ведь твой отец сказал, что времени на поиски у нас мало.

Лицо девушки словно искажается от скорби. Она так скучает по отцу или понимает, что случилось что-то серьёзное?

— Когда мы можем встретиться снова? — Задаю самый важный вопрос.

— Я приду завтра. Между фортепиано и уроками китайского у меня будет два часа времени. Встретимся в два часа дня.

Я киваю и отправляюсь к двери. Оставаться наедине с девушкой теперь кажется неловким. «Интересная вырисовывается картинка», — думаю я, направляясь к дому Леруа. Моя милашка Софи должна знать про Ле-Клерк, и теперь я знаю, какие вопросы задавать. Прохожу между рыночными рядами и внезапно чувствую хват чуть выше локтя. Эдмонд.

— Лия, так можно и споткнуться, — беззлобно бросает мне викарий.

Он отпускает мою руку, но теперь шагает рядом со мной. Похоже, он хочет что-то сказать.

— Откуда ты идёшь? — старается звучать беззаботно Эдмонд.

— Это что, допрос? — слишком резко отвечаю я.

Я задумываюсь о том, почему он не в церкви, ведь ещё слишком рано, чтобы закончить службы.

— Я шёл за тобой от одного неприметного квартала, в интересных местах ты ищешь вдохновение, Лия.

По спине пробегает холодок. Я слышу в этой фразе и угрозу, и предупреждение. Но больше всего меня пугает, что я слышу в его словах удовлетворение от собственной власти. Эдмонд не стал скрывать, что наблюдал за мной, наоборот, сообщил об этом. Мне хочется уйти, но, кажется, теперь не получится.

— Я хочу пригласить тебя домой, Лия. Мне кажется, нам есть о чём поговорить.

Я не успеваю даже слово вставить, как он продолжает:

— Сейчас.

— Ты поэтому из церкви слинял? — ускоряю шаг в такт разогнавшемуся сердцу.

— Ты ещё не поняла, Лия? — В его голосе звучит что-то злое. Нет, это не мелочное зло, а самое настоящее, и мне хочется бежать. Но он придвигается ближе ко мне и наклоняется к уху. — Я делаю то, что захочу, — шёпотом обжигают шею слова.

— Я не пойду к тебе домой. С чего мне соглашаться? — говорю твёрдо, стараясь не выдать страха.

— Потому что я отвечу на некоторые твои вопросы. Только сегодня я отвечу на них честно, Лия.

Это чёртова ловушка. В прямом смысле. Под стук адреналина в ушах не замечаю, как мы уже на знакомой мне тенистой улице. Мы что, бегом бежали? Мне хочется отказать, но согласиться хочется ещё больше. И вот мы уже на знакомом мне крыльце, я наблюдаю, как твёрдая мужская рука поворачивает ключ в замочной скважине.