Ключ к Эверленду. Хроники Вигора

Глава 17

Его рука тёплая и сухая. Эдмонд ведёт меня к своему дому, но затем мы спускаемся к склону, где меня застал ворчун Тремле. Воспоминания не из приятных, но теперь кажется, будто это случилось в прошлой жизни.

— Куда мы? — Наконец любопытство побеждает меня.

— Туда, где мы сможем увидеть чудо.

Мы крадёмся вниз в сторону виноградников словно школьники. Настроение Эдмонда заразительно, тревоги покидают моё сердце, уступая место авантюризму. Виноградники огромные и чопорно-аккуратные. Лозы, похожие друг на друга словно близнецы, обрушивают свою тяжесть на столбики-опоры. Аромат винограда кружит голову своей сладостью, и мне кажется, я слышу шорох от спелой бусинки-виноградины, которая наполнилась соком настолько, что под собственной тяжестью рухнула вниз.

К моему удивлению Эдмонд подходит к центральным воротам виноградников и открывает замок.

— К Фанже? Ты шутишь?

— Почему нет? Мы ведь с ключами заходим.

— Они меня терпеть не могут.

— Ты не с ними, со мной, поэтому заходи не как воришка, а как почётная гостья. — Он слегка сжимает мою ладонь в знак поддержки.

Моё любопытство и игривое настроение Эдмонда подначивают меня переступить эту черту. Жаль, что уже темно, но попасть сюда при свете дня — желание, увы, несбыточное. Мы идём за руку между стройных рядов лоз, и я всё чаще оттягиваю ворот своего джемпера. Эдмонд расстегнул замок на куртке и идёт с такой блаженной улыбкой на лице, что у меня самой на душе становится чуточку теплее. Внезапно он останавливается, подходит вплотную и поддевает край моего джемпера.

— Это здесь не нужно.

Поднимаю руки, позволяя ему снять одежду. Я должна была замёрзнуть вечером уходящего лета, это против логики, но мне комфортно в футболке. Викарий стоит напротив, и я кожей чувствую его хитрую улыбку. Он ждёт вопросов. И я хотела бы ему подыграть, однако слишком многое пришлось пережить.

— Эдмонд... — Начинаю я, но он шагает ко мне и накрывает мои губы своими.

Поцелуй нежный, он словно хочет задать им другой тон беседы.

— Не сейчас, Лия. Ответы будут, но давай настроимся на Вигор. Неужели тебе не хочется прочувствовать его? Я наблюдал за тобой на городской площади, встречал на улицах, и я видел, как ты вглядываешься в глаза города.

— Ты должен был быть в церкви днём.

— У меня проблемы с дисциплиной, — безразлично пожимает плечами мой горе-священник.

Я поступаю эгоистично, но сегодня я выбираю себя. Должно быть в этом дне хоть что-то приятное, и я не собираюсь лишаться столь ценного дара, как свидание с любимым мужчиной.

— Я не чувствую холода, но теплиц тут нет.

— Верно, — Эдмонд наконец-то доволен мной.

Мы стоим в обнимку среди винограда Фанже, трудно представить лица мадам и Виолы, застань они нас сейчас.

— Подаришь мне свой амулет? — Мне хочется подразнить его.

Эдмонд лезет в карман и достаёт медальон. Он дорог ему настолько, что оказался в кармане куртки, которую я вижу на нём впервые.

Мужчина смотрит на украшение, что смиренно ждёт своей судьбы на его ладони, сжимает руку в кулак и кладёт ценный дар в мою ладонь.

— Так просто? — Искренне удивляюсь я.

— Ты уже забрала у меня что-то куда ценнее, хоть медальон и не дешёвка. Я не против, чтобы он был у тебя, но помни, подвеска важна для меня.

Украшение очень лёгкое, кажется, что оно сделано из алюминия, словно нет в нём двух крупных сверкающих камней. В прошлый раз медальон был тяжелее? Эдмонд тянет меня за руку в сторону винограда. Я кладу подарок в карман джинсов и следую за ним. Я ожидаю, что мы будем есть виноград с куста, но викарий умеет удивлять. Он садится на колени перед кустом и тянет меня вниз. Скептически оцениваю его действия, но повинуюсь. Не успеваю даже отреагировать, как слышу:

— Положи обе ладони.

— Это... но как?

Земля под моими руками влажная и тёплая. Я запускаю пальцы в почву, мне не показалось — земля действительно прогрета.

Эдмонд закрывает глаза и погружает ладони глубже.

Должна признать, это очень приятное ощущение. Земля принимает нас, как однажды примет окончательно.

— У них искусственно созданный подогрев снизу? — пытаюсь дать объяснение феномену я.

Эдмонд лишь отрицательно качает головой.

— У них — юридическое право на святые земли, амбиции и жажда власти.

— А я думала, они твои любимцы.

— У меня здесь только один любимый человек, Лия.

— Хочешь меня смутить?

— Не знал, что это так легко, — он отряхивает руки, берётся за мою руку выше локтя и тянет меня на себя. Так я оказываюсь лежащей у него на коленях.

Я смотрю на звёзды, что сияют над виноградниками, на редкие облака, что пробегают надо мной, и на самое красивое лицо во вселенной. Эдмонд откинулся на вытянутые руки и наблюдает за звёздами тоже. Нам тепло и спокойно. Мне хочется изобразить нас, таких по-глупому счастливых, полулежащих на земле и улыбающихся друг другу.

— Идём в дом?

Он помогает мне подняться, и я в процессе прихватываю несколько жирных виноградин, ведь он мне их так и не предложил. Отправляю в рот немытыми: а что? Место-то святое. Мне кажется, что его улыбка становится ехиднее. Ну и ладно, пусть знает, что если мне не дать — я возьму сама. Мы идём вглубь сада, наверное, Эдмонд хочет пройти его весь, но вскоре на горизонте появляется небольшой домик.

— Это точно лишнее, — поддаюсь нервозности я, пока мужчина отпирает замок. — Эдмонд, мне здесь не место.

Вместо этого он приобнимает меня за плечи и подталкивает ко входу. Мы внутри, и он зажигает освещение. Я теряю дар речи. С порога видно гостиную, в которой на массивном деревянном столе разместились вазы с цветами и угощениями. Мы моем руки и отправляемся в эпицентр зрительного восторга. Разумеется, среди угощений стоят серебряные блюда с самыми разнообразными сортами винограда. Я кидаю косой взгляд на Эдмонда, и он тихо, по-доброму смеётся..

— Пойдём, выберешь вино, которое мы сегодня будем пробовать?