Ключ от чужой жизни

Глава восьмая

Алина

Я проснулась от звука, будто кто-то бесцеремонно ходил по моей квартире. В первый момент сердце вздрогнуло: резкий, глупый страх, что я опять где-то, где не должна быть. Но быстро осознала, что это просто Варя проснулась раньше меня и теперь что-то делает в своей комнате.

Когда я вышла в коридор, то через прикрытую дверь в детскую на третьем этаже услышала ее бормотание — видимо, девочка читала вслух себе же. Я улыбнулась. Вчерашний вечер был настолько спокойным, что я, кажется, впервые за долгое время уснула сразу и спала всю ночь… хотелось бы сказать «‎как убитая», но в моей ситуации это было бы слишком иронично. Поэтому просто — спала всю ночь и встала сильно позже обычного.

Полина оказалась яркой и теплой. Такой, с кем можно сидеть на кухне до поздней ночи с бокалом вина (пока что безалкогольного — на период восстановления после аварии) или обсуждать всякую ерунду, пока режешь салат. Я удивлялась себе — настолько легко мне было общаться с незнакомым человеком, как будто на самом деле знаю ее очень давно. Словно я — это действительно Лена, просто слегка потерянная после шторма.

В итоге я так увлеклась вчерашним общением и расслабилась после него, что только чудо спасло меня от того, чтобы не проспать все на свете. Максим не стал бы меня будить, он ведь всегда был вежлив до кончиков пальцев, даже в доме, где все принадлежало ему. Нарушать чей-то отдых — не в его правилах.

На кухне пахло кофе. Панель на кофемашине мигала, как будто просила к себе немного внимания.

— Доброе утро, — сказала я, проходя босиком по прохладному полу.

Максим повернулся, улыбнулся, и взгляд его чуть скользнул вниз, к моей майке. Я быстро потянула ее вниз, прикрывая полоску живота между ней и шортами, осознав, как выгляжу — как будто я здесь слишком дома.

— Мы тут уже позавтракали, — сказал он. — Но если хочешь, я подогрею. Или налью кофе.

— Я сама. Спасибо.

Варя уже успела спуститься и теперь сидела за столом с бананом в одной руке и раскраской в другой. Лицо было серьезным, как у миниатюрного бухгалтера.

— Ты сегодня бодрая, — заметила я, наклоняясь к ней.

— У нас сегодня семейный день! — гордо сказала она, и Максим засмеялся.

— Почти. На самом деле, — он повернулся ко мне, — я хочу забрать ее погулять. Ты ведь говорила, что Полина обещала заглянуть?

— Говорила, — кивнула я. — Это… будет хорошо.

— Вот и отлично. У вас будет время поболтать без нас. Ну и я давно обещал Варьке батутный центр.

— Ура! — Варя подпрыгнула, разлив немного сока, который стоял рядом. — Папа, только не забудь носки с антискользяшками!

Я тоже рассмеялась и решила, что мне определенно нужна взрослая версия носков «‎с антискользяшками».

Я не торопилась приводить себя в порядок. После завтрака вымыла чашки, еще раз кофемашину, даже занесла Варину пижаму в стирку, но все делала вяло и неторопливо, максимально расслабленно. Не было той привычной тревоги, которая подгоняла с самого утра, требовала быть на высоте, соответствовать, не споткнуться.

Сегодня я не боялась.

Полина пришла чуть позже полудня и хотя позвонила заранее, зашла в дом без церемоний с букетом смешных подсолнухов и коробкой печенья в руках.

— Надеюсь, ты теперь не стала вдруг бояться углеводов, а то я зря притащила, — с порога сказала она, вручая мне угощение.

— Пока не стала, — усмехнулась я, открывая ей дверь. — Проходи.

Полина будто действительно не ждала от меня ничего сверхъестественного. Не требовала, чтобы я была прежней, не проверяла на соответствие, не тыкала прошлым. Она просто сидела, закинув ногу на ногу, и рассказывала, как однажды поссорилась с навигатором на съезде с трассы.

Я слушала и ловила себя на том, что мне… хорошо. Хорошо от того, как естественно мы сидим на кухне. Хорошо от ее яркости, дерзости, живости. Хорошо, что она не выспрашивает, не напрашивается на исповедь. Комфортно, душевно, легко — я бы могла подобрать еще десяток-другой эпитетов, но и всех их не хватило бы для того, чтобы описать то, как у меня получалось выдохнуть и быть собой (пусть и какой-то новой версией себя) в присутствии этой девушки.

— Мне нравится заново знакомиться с тобой, — вдруг сказала она. — Старая Лена тоже была классной, но у новой, кажется, есть шанс стать круче.

Я посмотрела на нее внимательнее, обдумывая смысл сказанного:

— Думаешь?

— Уверена. Во-первых, ты не закатила глаза на мои подсолнухи, а раньше бы сделала вид, что все земное тебе чуждо. Во-вторых, ты слушаешь. Твоим вниманием обычно было непросто завладеть.

Я хотела что-то ответить, но не успела — Полина притянула к себе коробку печенья, вскрыла и предложила мне одну штучку. В этот момент я поняла: она не ждет ничего. Она просто готова быть рядом. С Максимом у меня почему-то такого чувства не возникало, постоянно хотелось становиться лучше, правильнее, соответствовать ожиданиям. Может, стоило тоже попробовать расслабиться и быть честной с ним и с собой, как это получалось с Полиной?

Полина хлопнула себя по коленям, будто что-то вспомнила:

— Стоп. А альбомы? Я же обещала, что мы посмотрим альбомы.