Ключ от преисподней

4

....Меня разбудил звонок телефона. Голова трещала, словно, там поселились неугомонные работяги гномы. И эти мерзопакостные создания стучали по моей голове так активно, будто это была особо прочная горная порода, содержащая алмазы.

Все ещё не до конца уверенная, что звонят именно мне, рукой нашарила под подушкой телефон (чертова привычка класть его под ухо). Извлечённый на божий свет аппарат с удвоенной силой возвестил о желании некоторых настойчивых со мной пообщаться. По скайпу. Я застонала, возвращаясь в мир живых, но не особо разумных, раз ответила на звонок, не смотря на активные знаки подруги не делать этого.

Всё-таки скайп – это вещь! А на телефоне - вещь вдвойне - поняла я, как только узрела перекошенную физиономию директора. Тяжело застонав: "Не дал выспаться, Злодеюка! Пойду хоть чайник поставлю", Наташка встала с кровати.

- Аэрэлия Сергеевна, - обманчиво мягким голосом начал он, но, когда понял, что не видит моего изображения, уже более жёстче продолжил. - А объясните-ка мне, почему я вас не вижу.

- Ну, что я могу вам сказать, кроме того, что программа, установленная на моем телефоне, не позволяет вам, к счастью, иметь удовольствие лицезреть меня.

Наташка рядом хрюкнула, плюхаясь снова на кровать. Показала мне большой палец, мол оценила мои речевые перлы и так держать, зажала рот рукой и затряслась от смеха.

- Аэрэлия Сергеевна, потрудитесь-ка мне объяснить, где вы провели эту ночь?

По вытянутой физиономии подруги поняла, не одной мне такая формулировка вопроса показалась странной.

- К чему такие вопросы, Андрей Васильевич? - под активное Наташкино кивание, уточнила я.

- Ну, как вам сказать - мужчина скрутил, лежащий рядом с ним, ни в чем не повинный листок бумаги, а я не произвольно сглотнула, потому как поняла, чью именно шею на месте этого злосчастного листка представил мой директор. - Просто вся администрация гостиницы сбилась с ног, разыскивая некую пьяную девицу, заселившуюся к ним в 5 утра. - Я посмотрела на подругу, которая до сих пор зажимала рот, дабы не ржать в голос. А Андрей Васильевич, продолжая добивать меня и мою память, уже рвал скрученный листок бумаги на мелкие кусочки. - Так вот, эта девица, в компании такой же пьяной подруги заказали три литра довольно-таки крепкого алкоголя, и, закрыв комнату изнутри, просто исчезли, умудрившись оставить после себя полный разгром.

После услышанного, мои глаза грозили полностью вылезти из орбиты, а брови прочно срослись с волосяным покровом головы. Неужели, это всё я? Перевела взгляд на Наташку, та с таким же недоумением смотрела на меня.

- Андрей Васильевич, - с трудом выдавила из себя – три литра на вусмерть пьяную меня даже в компании такой же пьяной подруги, как-то это не вяжется. Вы не находите? И вообще, я приличная девушка, и просто не могла так нажраться.

- Я тоже так думал. – И, о чем это он? О том, что не могу так нажраться или, что я приличная девушка? - Но они предоставили мне фото и видеоотчет вашего эпического заселения.

Ауч! - я хлопнула себя ладонью по лбу. - Я больше не хочу играть главную роль в ужасах "Пьяные в городе", вот уж действительно эпическое заселение. Такую пьянь администрация гостиницы запомнит надолго. Тут простым извинением не обойдёшься. А может это не я? Всё-таки исчезать из запертой изнутри комнаты… ну, я же не фокусник, в конце-то концов.

- Кстати, а напомните мне, на каком этаже находится сия комната?

Но директор только рыкнул, и связь оборвалась. Я посмотрела на подругу, которая больше не таясь ржала в полный голос.

- Сильна ты, Васнецова, так достать мужика, это что-то. Уважаю. - Сквозь смех произнесла эта поганка. Я только застонала от признания моих подвигов. - А когда это мы с тобой умудрились заселиться в гостиницу? Кстати, где она вообще находится? - Я лишь пожала плечами. - Ну, и ладно. Потом разберёмся. Пошли чай пить, лягушка-путешественница.

Мы заглянули в детскую, удостовериться, что разговор на повышенных тонах и дикий Наташкин ржачь не разбудили ребёнка, вихрастая макушка которого едва торчала из-под одеяла, и потопали на кухню завтракать. Или, судя по времени, обедать.

Мы уже пили чай, когда повторился звонок из преисподней - снова звонил директор.

- О, Васнецова, какие у вас там интересные моменты, а я и не в курсе, - язва Наташка не упустила возможность подколоть меня. - Бери трубку, хочу послушать вторую часть марлезонского балета.

Собрав нервы в кулак, и пригрозив подруге всевозможными карами, ответила на звонок.

- Слушаю вас, Андрей Васильевич.

Мужик видимо успокоился, потому как выглядел более адекватным и вокруг него не было в клочья разорванных бумаг. На столе сияла первозданная чистота.

- Я бы все же хотел узнать, где вы остановились, Аэрэлия?

- Андрей Васильевич, мы же вроде уже решили, что это моё личное дело.

- Я несу за вас ответственность, как за своего сотрудника, Аэрэлия Сергеевна - снова начал повышать голос директор.

- Андрей Васильевич, а давайте так, вы несёте за меня ответственность только тогда, когда я на рабочем месте и по дороге до этого самого места, включая обратную дорогу до дома. Но вот в моё свободное время нести ответственность за себя я буду сама. - Чего мне стоило не поднять голос, знает только моё чувство самосохранения.

- Аэрэлия Сергеевна, я должен знать.

- Мне предоставить вам письменный отчёт или достаточно устного посыла? - Я тоже умею хамить.

- Эля, вы просто не понимаете, я же забочусь о вашей безопасности. Вы мне глубоко симпатичны.

Вот это поворот во второй части балета. Я открывала и закрывала рот, пытаясь собрать свои разлетевшиеся мысли. Однако...

- Андрей Васильевич, вы, конечно, неотразимый мужчина, но просто поверьте, в моей жизни вы, ну никак не отражаетесь. От слова совсем.

Сказала и даже зажмурилась, от того негатива, который появился в его глазах. Зря я так с ним, наверно, но не прельщает он меня как мужчина. Не прель-ща-ет и все тут. Как говорится ничего не поделаешь. Вот такая се ля ви.