Ключи от той двери

Мин-Хо

Бэл сладко потянулась и широко зевнула. Пахло свежими булочками и ароматным кофе.

Неужели бабушка вдохновилась приготовить завтрак?

Ой! Но ведь она не у бабушки!
События вчерашнего дня пёстрой вереницей образов пронеслись перед глазами. Бэл резко села.
Комната, в которой она проснулась, занимала половину мансарды дома и была довольно просторной. Бабушка жила в многоквартирном доме, и там у девочки была крохотная комнатка, в которой едва помещались узкая койка и шкаф. Тут же место было предостаточно, однако кроме большого тюфяка, застеленного льняными простынями и заваленного кучей подушек, на котором она спала, и скромного коврика у выхода на лестницу в полу, в комнате ничего не было.
А ещё почти всю стену с одной стороны занимало большое окно, которое выходило в сад.
— Бэл! — послышался снизу голос госпожи Хëн, — Я знаю, что ты проснулась. Иди завтракать. Тебе ещё за вещами идти!
Просить дважды не пришлось — с кухни пахло просто упопомрачительно.
Лестница вела в длинный коридор, на другом конце которого виделась ещё одна, такая-же. Очевидно она вела во вторую половину мансарды. В самом коридоре Бэл насчитала пять дверей, одна из которых привела её на кухню.
Надо же, а снаружи домик казался совсем небольшим.
Тётушка разливала чай, за столом сидел незнакомый высокий парень лет шестнадцати на вид.
— Доброе утро, тётушка! Доброе утро, господин! Простите, не знала, что у нас гости, — Бэл вежливо поклонилась парню.
— Салют, — ответил парень.
— Мин-Хо, что за манеры? — тётушка поставила перед ним чашку чая и указала на стул напротив, — садись, милая.
Парень никак не среагировал на оговорку госпожи Хён, а Бэл сначала чуть не рассмеялась, а затем немного испугалась за здоровье тётушки, назвавшей гостя именем кота.
У парня была ничем непримечательная внешность для здешних мест, если не считать волосы темного пепельного оттенка, да, пожалуй, слишком круглые глаза.
— Что? — поднял брови парень, устав от того, что его долго рассматривают.
— Ничего, прости, — потупилась Бэл, — я — Бэл. А тебя как зовут?
— Мин-Хо. Знакомились уже.
— Прости, что?
Парень закатил глаза, а затем быстро превратился в большого серого кота и обратно.
Бэл взвизгнула, шарахнулась в сторону и очутилась на полу вместе с перевернувшимся стулом.
Тётушка всплеснула руками и бросилась её поднимать.
— Цела?
— Ц-цела.
— Ах ты негодник! Да что же за дурь то такая? — она бросилась с полотенцем на спрыгнувшего со стула парня, — Да кто ж так неподготовленного человека пугает?
— Ай! Ой, — за что, матушка? Ой, — парень уварачивался от ударов полотенцем, а потом снова обратился котом, — мяяяяяяяуууууу!
Это тётушка изловила его за шкирку и встряхнула как следует.
Бэл сама не заметила, когда оказалась снова сидящей на полу и ошарашено смотрела на происходящее.
— М-матушка?
— Приёмная! Приютила на свою голову кота облезлого!
— Ничего я не облезлый, — парень досадливо шипя потер шею, которую тëтушка выпустила из рук только после его очередного перевоплощения, а потом ткнул пальцем в сторону Бэл, — и вообще она — ведьма. Пора привыкать, что мир вокруг не таков, как она привыкла. Ай!
Это госпожа Хён отвесила ему затрещину уже ладонью.
Потом посмотрела на него и вздохнула.
— Тьфу, окаянный! Опять глаза капать. А зелье то — тю-тю, — тëтушка кинула в парня полотенцем и ушла, что-то ворча под нос.
Глаза его и впрямь стали нечеловеческими — жёлтыми, с вертикальным зрачком.
Он помог Бэл подняться и стал хозяйничать на кухне сам. Налил чая себе и Бэл. Тот чай, что наливала тётушка, теперь темной лужей блестел на полу. Поставил перед Бэл, вернувшейся на своё место, плетëную корзинку с булочками, затем принёс тряпку и протёр пол. После этого сел обратно.
— Ты руки не вымыл.
— Коты лапы вылизывают, знаешь? — саркастически ответил парень, но со своего места встал и руки помыл.
— Угу. Ты кто?
— Мин-Хо. Уже знакомились.
— Нет, — ответила Бэл, задумчиво мешая сахар ложечкой и не поднимая глаз, — ну... Оборотень там, бакенеко?
— Скажешь, тоже, бакенеко, — насмешливо фыркнул Мин-Хо, — ну пусть будет оборотень. А вообще я дух. Или фей. Или эльф, как говорят на западе. Мелкое божество, словом.
— И что ты делаешь тут, у тëтушки Хён в доме?
— Живу. Так получилось.
— Угу. Понятно, что ничего не понятно.
— Знаешь, иногда мир следует воспринимать наоборот. Тогда все станет ясно.
— Ты специально меня путаешь? – Бэл, наконец, подняла на него глаза, – может, объяснишь нормально?
— Долгая история, — вздохнул парень, — если захочешь, я тебе когда-нибудь расскажу. А пока — ешь и идëм. Нам ещё вещи твои перевезти надо.

В гостиной Мин-Хо пошарил на полке со всякой всячиной и выудил один из бутыльков. Капнул себе в глаза, зашипел, заморгал, запрыгал.

— Шшш-щщиплет!

— Я думала, капель не осталось.

— Это другие, их действия хватит ровно на два часа. Потом придется еще капать. Того зелья хватает, пока снова не обернусь котом, — парень посмотрел в зеркало у двери на глаза, ставшие снова человеческими, — и оно не жжёт. Идём!

Они двинулись вверх по улице, и прохожие, казалось, вовсе их не замечают.

Бэл открыла двери квартиры своим ключом. Пока собирали вещи, пришла и сама бабушка.

— Бэл, девочка моя! — кинулась она обнимать внучку, — я так удивилась, получив вчера вестника от сестры Хён.

— Доброго здравия, тëтя Виен! — решил поздороваться парень, которого, казалось, до того бабушка Бэл не видела.

— Ой, Джи Мэн Хо, мой дорогой племянник, как хорошо, что и ты тут! Поможешь Бэл с вещами, — бабушка ошарашенно хлопнула ресницами.

— Мэн Хо? Отважный тигр? – Бэл хихикнула.

— Цыц, колокольчик! — сверкнул глазами оборотень.

— Бэл, милая, ты не против, если я не буду сообщать твоей матушке, что ты переехала к Хён? Не хочу её беспокоить. Она не в курсе о некоторых... эм, — замялась бабушка, — особенностях нашего рода.