Ключи от той двери

Про родственные взаимоотношения

Бэл проснулась от того, что ей на лоб шлепнулось что-то холодное и жёсткое.
— Да лаааадно, — протянула она, снимая с лица очередной ключ, — и за что это мне?
— Дай поспать Маиси, — сонно пробормотала Суи, — петухи ещё не пропели.
— Они и не пропоют. Нет тут петухов. Ой, Суи, ты заговорила на понятном языке, это так здорово!
А? — Суи подскочила на своей лежанке и сонно заозиралась по сторонам.
Затем её уши горестно прижались к голове.

События вчерашнего дня больше походили на дурной сон, и Суи надеялась, что так же, как и дурной сон, всё произошедшее растворится вместе с рассветом. Глаза защипало, а по щекам поползло что-то горячее.
— Эй! Эй! Да не реви ты, – принялась утешать её Бэл, – вот вернётся тётушка Хён и мы обязательно придумаем, как вернуть тебя домой.
— Угу, – всхлипнула лисица.
— Завтракать будешь?
— Угу.

Когда они спустились вниз по лестнице, на кухне уже хозяйничал Мин-Хо, помешивая суп одной рукой и при этом умудряясь держать во второй малышку Хоа.
— Дай мне! — Суи требовательно протянула руки.
— Поварежку или ребёнка? – вопросительно склонил голову на бок Мин-Хо.
— Как управлятся с твоим очагом, я не знаю. Зато знаю, как с ребëнком, — младенец перекочевал к Суи на руки, — ты ж моя хорошая, кто у нас тут такой славный? Кто такой славный?
— У тебя есть младшие братья или сестры? — спросила Бэл, глядя на Суи и разулыбавшуюся Хоа у неё на руках.
— Двенадцать младших, – ответила та, – и пятеро старших.
— Ого, – удивилась Бэл, – а сколько тебе лет?
— Одинадцать.
— А. Почти как мне. Ничего себе. Я думала, гораздо младше. Так, погоди... — Бэл начала что-то прикидывать в уме, загибая пальцы.
— Кицунэ взлослеют медленнее людей, – ответила Суи.
— Лучше спроси, сколько жён и наложниц у её отца, – хмыкнул Мин-Хо, глядя на Бэл, у которой явно не сходились колличество лет и колличество детей в семье Суи.
— Трое. Моя мама — старшая.
— Аааа. Вот оно что, — Бэл почувствовала, как вспыхнули её щеки. Тут до неё что-то дошло и она перевела ошарашенный взгляд на оборотня, — а у тебя, Мин-Хо... Дети были? Ну, в прошлой жизни.
— Понятия не имею, — пожал плечами тот, — я помню прошлые жизни примерно до того возраста, в котором нахожусь сейчас. Плюс-минус пара лет. Так что, извини. Точно не скажу.
— А. Ммм...
— Ты сегодня само красноречие, – усмехнулся оборотень.
— Ага. А на меня тут ключ упал, — Бэл достала ключик из кармана, — ещё один.
— Есть ключ, жди двери. Ну или беды. Хотя в твоём случае, скорее всего, всё вместе, — оборотень вздохнул.
— Почему ты так решил?
— Сделал выводы. Из практики.
— Суи, а кто такая Маиси? – перевела тему Бэл.
— Одна из моих старших сестёр. Мы, обычно, спим с ней в одной комнате. С ней и еще двумя сестрами. Но по утрам вечно всех она будит. Кстати ваша младшая уснула, – лисица кивнула на малышку, мирно посапывающую у неё на руках, – куда её?
— Идëм, покажу, — и Бэл повела Суи в спальню Хоа.
Когда они дошли по коридору до комнаты малышки, Бэл открыла двери и пропустила Суи вперëд.

Та восхищено заозиралась.
— Ого, красиво тут.
— Да, Хен Хо расстарался. Это наш сонджу. Кстати, если хочешь, можно попросить его сделать тебе кровать, или даже – целую комнату, пока ты у нас в гостях.
— Благодарю за заботу, — Суи аккуратно положила спящую малышку, а затем церемонно поклонилась Бэл, — но я не хочу кого-либо затруднять.
— Ну... Ладно, — пожала плечами Бэл.
— А это, — Суи кивнула головой в сторону кроватки, — твоя сестра?
— Нет.
— Его? — лисица выразительно вздернула брови, — Кстати, он тебе кто, брат?
— Нет. Хоа найденыш, пока её мама больна, девочка живёт у нас. Долгая история. А Мин-Хо получается, мне дядя. Его усыновила сестра моей бабушки, тётушка Хëн. Она ведьма. А в нашей линии дар угас. Только у меня внезапно проявился, и вот, тётушка забрала меня к себе, – путанно объяснила Бэл.
— Дар в линии угас? — личико кицунэ вытянулось от удивления, — разве так бывает? У ведьмы всегда рождается ведьма. Слабее или сильнее. Вот сын чаще всего родится пустым. Но у девочки всегда есть дар.
— Видимо, не всегда, – покачала головой Бэл, – по крайней мере — теперь.
— Чуднó, – задумчиво произнесла Суи.
— Как уж есть, – подала плечами Бэл.
— А какой твой дар? – заинтересовалась лисица.
— Открывать двери. В разные места. И, кажется, в разные миры. А ещё — вкладывать искру души в неживое так, что бы оно оживало.
— Покажешь?
— Ну, — Бэл замялась, — двери нет, не рискну. А вот бабочку — вполне.
Они тихонько вышли сначала из комнаты, а потом из дома.Только — не на задний двор, а в полисадник перед калиткой. Бэл осмотрела лисицу и нахмурилась — та была босиком, и в своëм вчерашнем наряде.

Во первых, вещи были грязные. Во вторых в них она выглядела, как ряженая с карнавала.
— Надо тебя переодеть. Так в город не выйдешь. Хотя тут вряд-ли кто увидит.
— Что!? — лисица вспыхнула, — в такой срамоте, как на тебе, я и шагу не ступлю.
— Ну знаешь ли... — О обиделась Бэл.
— Ладно, давай, показывай своих бабочек.
Бэл вздохнула, затем достала бумажного мотылька из кармана.

Закрыть глаза. Вдох-выдох. Тут ей вспомнились слова оборотня, и она поняла простую вещь — каждый раз, когда она творила бабочку, она входила именно в то самое, нужное состояние. Что если поймать его, нырнуть, как ныряют в теплую ласковую воду в жаркий день?

Мир растворился, мысли остановились, время исчезло, тело стало большим и легким, словно воздушный шар.

А внутри жарко полыхало пламя её дара. Не искра. Целый костëр.

Затем Бэл захотела, что бы мотылек стал вестником, таким, каких отправляла бабушке тëтушка Хëн.

"Милый мотылëк, передай бабушке, что бы она нашла и принесла мои старые вещи, которые я носила в семь лет."

Открыть ладони.

Бабочка, ставшая живой, вспархивает и улетает прочь. Бэл глядит ей вслед удивлëнно, Суи — с восторгом.