Ключи от той двери

Мурра

Тëтушка и впрямь стояла возле приоткрытой калитки, уперев руки в бока. Вид у неё при этом был более чем воинственный.
— Где вас носит? Поезд через полчаса!
— Ну откроешь портал в недалекое прошлое, — беспечно пожал плечами Мин-Хо, — ой! А драться то зачем?
— Я на тебя сейчас необоротное заклятие наложу, — глаза госпожи Хëн сузились до двух злых щелочек, — так и поедешь — котом. До Инчхона и обратно. В корзине.
— Зачем? — оборотень, на всякий случай, попятился.
— А затем, мой дорогой сын, что котам штаны не к чему. А ты свои, наверняка, собрать не успел. Да и купить то, что я тебе велела — тоже.
— Всё я купил. И собрал. — Мин-Хо сделал ещё маленький шажок назад.
Бэл инстинктивно схватила его за локоть, словно боясь, что тот убежит.

Парень дернулся и зашипел, совсем по котовьи.
Госпожа Хён хмыкнула, и, развернувшись, первая пошла в дом.

********

Мимо окон поезда пролетела очередная деревушка. Потом показался поворот автострады, заводские трубы вдали и разбросанные тут и там пригородные домишки.

Отвернувшись от окна, Бэл вздохнула. Несмотря на попытки бабушки и оборотня разговорить еë, она промолчала почти всю дорогу. В конце-концов, кот, видя, что девочка не в настроении, отстал сам. А на бабушку Виен шикнула тëтушка и велела "оставить ребенка в покое".

Бэл боялась. Нет, не совета.

Бэл боялась — реакции мамы, её непонимания, и, от чего-то, словно чувствовала себя виноватой перед ней. А ещё Бэл безумно хотела увидеть отца, но не знала — получится ли. Отец часто ездил по делам в другие города. Кажется, его постоянное отсутствие, и стало причиной того, что их маленький мирок рухнул.

Мама, хотя бы, иногда звонила — разузнать, как у Бэл дела. А отец прислал письмо всего лишь раз, и, словно забыл о дочери.

Бэл в очередной раз тяжело вздохнула, отгоняя мрачные мысли.
— Эй, не кисни! — подсевший к ней Мин-Хо толкнул девочку плечем, — вот приедем в Инчхон, с советом разберëмся и сбежим от взрослых. Я одно место знаю, там такое мороженное — лапки оближешь, — парень блаженно закатил глаза и причмокнул.
— Чего это ты такой заботливый? — всё-таки улыбнулась Бэл.
— Да у меня от твоего кислого лица уже скулы сводит, — насмешливо фыркнул тот, — зелëный лимон — и тот слаще.

Город встретил гулом машин и нагромождением улиц. Мин-Хо предложил поехать на метро, госпожа Хён в ответ лишь хмыкнула, а бабушка запричитала, что ни в жизни не полезет в этот филиал ада, и вообще, лучше бы ей оставаться дома, раз уж дорогому племяннику совсем не жаль свою бедную тëтушку и её больного сердца.

Бэл взирала на бабушку с удивлением — вот уж открытие то, что та боится метро.

В этот момент к ним подошел высокий смуглый господин в красном длинном махровом халате поверх строгого делового костюма. Подошел, и глубоко поклонился тëтушке. Остальные, казалось, не видят ни его самого, ни его странного наряда. Оборотень тоже вытаращился на странного человека, а вот бабушка Виен, казалось, не видит его, так же, как и остальные вокруг.
— Здравствуй, Мурра, да продлятся твои дни.
— Здраствуй, о сиятельная Джи Хëн, словно луч солнца озарил мою жизнь твоим приездом.
— Давай без официоза. Это мой сын, Мин-Хо, моя сестра, Виен, и моя племянница, Бэл, наследница дара нашего рода, я тебе рассказывала.
— Рад знакомству, — снова поклонился Мурра.
— Здравствуйте! — ответила Бэл и поклонилась в ответ.
— Что это? — оторопело пробормотала бабушка Виен, наконец увидевшая странного встречающего.
— Это что? Джинн? — глаза Мин-Хо стали до неприличия круглыми.

— Ой, это что, фейри? — словно передразнивая его выкатил глаза джинн, а затем расхохотался таким низким и гулким смехом, что Бэл почудилось, словно под ней задрожал пол.
— Простите, — стушевался Мин-Хо, — никогда не видел джиннов.
И Мурра расхохотался вновь.

Теперь во всем вокзале от его смеха зазвенели стекла, люди стали оглядываться, а некоторые — запаниковали, испугавшись землятресения.
— Ой друг, — хлопнул он Мин-Хо по спине так, что тот едва устоял, — вернемся к этой беседе лет через двадцать.
Он сделал пасс рукой, затем галантно подставил локоть госпоже Хëн, и, продолжая посмеиваться, повел еë куда-то. А Мин-Хо, Бэл и бабушка Виен остались на месте, разглядывая их шествие.

А посмотреть было на что — люди расступались перед ними, но, словно бы специально отворачивались, что бы не заметить происходящее. Следом за этой парочкой сами по себе плыли чемоданы и сумки.
— Пошли! — Бэл отмерла первой, дернула бабушку за рукав, а кота легонько пихнула локтем в бок.
— Да уж, — озадаченный Мин-Хо почесал затылок и послушно двинулся следом.
— Вы что, знакомы с... этим, — Бэл невежливо ткнула пальцем в сторону джинна, который активно жестикулируя, рассказывал что-то своей спутнице.
— Похоже на то, — хмыкнул оборотень, — только я не помню.
Они шли в молчании некоторое время.

Бэл разглядывала спину госпожи Хëн, и что то в ней неуловимо менялось.
— Мин-Хо, а что с тëтушкой? — наконец не выдержав, спросила она у оборотня полушопотом, — что-то изменилось. Походка, что ли...
— Угу. Точно не знаю, но, кажется, догадываюсь — что, – тон оборотня сделался ироничным, а затем он хмыкнул.
Они дошли до небольшого автобуса с темными стеклами.

Мин-Хо присвистнул от удивления, а тëтушка обернулась и глянула на него хмуро.
— Ох, сестрица, никак не привыкну к твоим штучкам, — схватилась за сердце Виен.
Оборотень снова хмыкнул.

А Бэл просто удивленно разглядывала свою старшую родственницу. А удивляться было чему: теперь госпожа Джи Хён выглядела не как старуха, но и не была похожа на юную девушку.

Перед Бэл стояла красивая, ухоженная женщина среднего возраста.
— После меня разглядывать будете. А сейчас — марш по местам. Нам ещё через весь город пилить до гостинницы, а потом — ехать к твоей непутевой дочери, — кивнула она в сторону Виен, всё ещё демонстративно державшейся за сердце.