Ключи Трёх миров

Глава 6: От тайной стрелы не укроешься

Знай, и прошлую жизнь вдвоём
мы прошли от разлуки к встрече...

Медитация не принесла облегчения. Хун Сянъюнь в замешательстве открыл глаза: что происходит? Жаркие солнечные лучи настойчиво припекали в спину, едва уловимый ветер ласково шевелил макушки цветущих хайтанов и слив мэй, а в пруду благоухали лотосы. Всё, как обычно, в Небесном городе. И в то же время по-другому.

Он до конца не понимал, что его беспокоит: плохо зажившая царапина на левом запястье, оставленная ядовитыми лисьими клыками, или слишком яркое даже для небес солнце? Нечто, неуловимое и непонятное, мешало сосредоточиться на внутренней ци.

Хун Сянъюнь поднялся с досок, покрывающих крутую арку моста, переброшенного через пруд, и, отряхнув с белоснежной мантии несуществующие пылинки, покинул уютный сад дворца Гуанхуэй.

Возвращаться в кабинет не хотелось. Если смертные полагают, что на небесах нет бюрократии, они глубоко ошибаются. Любой из носящих титул бога завален докладами, написанными самым привычным способом — на бумаге. И разбирать их довольно скучно сразу по двум причинам: доклады никогда не заканчиваются, а ещё большинство из них настолько незначительно по содержанию, что докладчикам впору стыдиться собственной глупости.

Хун Сянъюнь слышал на днях, как Нефритовому императору пожаловались на духоту и слишком жаркое солнце. Чего ожидали подданные от Небесного государя, он так и не понял — удалить солнце из Небесного города или вовсе потушить его? Недалёкие младшие небожители, не знающие меры в своих фантазиях!

Незаметно для себя он выбрался за главные ворота дворца Гуанхуэй. Теперь перед ним простиралась широкая улица, выстеленная мраморной крошкой ослепительно-белого цвета. Справа и слева стояли нефритовые дворцы мелких чиновников и небожителей, стыдливо прячущиеся между небольшими садами. В этой части города его дворец был самым крупным строением и символом, указывающим на восток.

Весь же город условно делился на пять кварталов. Крайний запад относился к дворцу Дафэн или, как его иногда называли, Дворцу бурь. Его хозяину и чиновникам доверена охрана Великого барьера Девяти Сфер. Дворец Юньци, принадлежащий немногословному Богу судьбы, занимал самую южную точку. Север был отдан Брачному павильону. Центр — дворцу Шантянь, занимающемуся Небесным судом. Там жил его хуаньтеди, Небесный государь Юй Сяолун.

А всё царство небожителей напоминало многослойные облака, нанизанные на серебристый перст горы Шэньчжиянь — та прокалывала все девять ярусов точно по центру и гордо возвышалась за дворцом Шантянь, впиваясь острыми зубцами в беззащитный небосвод.

Хун Сянъюнь бесцельно шёл по улице, кивком отвечая на поклоны младших небожителей. К его удивлению, бездельников сегодня в городе наблюдалось очень мало. И пока он недоумевал, что же случилось, добрался до небольшого пригорка, за которым улица резко катилась вниз — прямо к дворцу Юньци.

Место обитания Бога судьбы мало чем отличалось от других строений на Девяти сферах: фундамент из жемчужно-белого мрамора, ослепительно снежный нефрит стен и чуть загнутые на углах крыши, выстеленные золотой черепицей.

В Небесном городе, занимавшем верхний ярус, никогда не шли дожди. Но эта чистота всегда выглядела свежей, как и сочная зелень садов — духовная энергия, питающая Девять Сфер, куда важнее любого дождя.

Из такого, напоённого мощной энергией сада, как раз и выглядывали золочёные крыши дворца Юньци. Заслоняясь ладонью от солнца, совсем как простой смертный, Хун Сянъюнь некоторое время наблюдал за суетящимися во внутреннем дворике прислужниками — младшие небожители переносили тяжёлые свитки.

Книги судеб, готовые отправиться в архив, — догадался он.

Согласно слухам, дворец Юньци никогда не спал, а его хозяин был ежечасно озабочен многочисленными людскими судьбами и земными испытаниями для небожителей, каждый из которых мог испробовать на себе все горести жизни простых смертных.

Пора бы и самому заняться делом, а не бродить по городу подобно легкомысленной деве!

Но, когда Хун Сянъюнь собирался развернуться, чтобы отправиться в обратный путь, его внимание привлекла открытая терраса, опоясывающая дворец Юньци по всему периметру. Место рядом с мраморной лестницей, ведущей наверх, казалось знакомым. Наморщив лоб, он пристально всматривался в эту точку, ощущая, как всё тело накрывает противным холодом. Сначала «обледенел» затылок, за ним плечи и спина. Потом пришёл черёд рук и ног, а следом появилось оно, едва уловимое видение.

Хун Сянъюнь видел десятки младших небожителей, выстроенных в ряды перед ступенями. Каждый из них стоял на коленях, боясь поднять голову. А место на террасе, притянувшее взгляд, напоминало око бури — белёсый туман постепенно рассеивался, оголяя центр. Там замер высокий мужчина в мантии из тёмно-синего шёлка, расшитой по рукавам и подолу золотыми нитями. Его голову венчала корона гуань в форме драконьей морды с алыми рубинами вместо глаз.

Дракон щерил пасть, а рубиновые глаза сверкали яростью.

Этот мужчина послал в сторону стоящих на коленях небожителей крупный сгусток энергии, напоминающий снежный ком. Кто-то из прислужников рухнул на плиты и забился в конвульсиях, исходя кровавой пеной.

Хун Сянъюнь тряхнул головой, но видение не желало уходить прочь.

Теперь он рассмотрел небожительницу в мужской мантии из лунного шёлка, стоящую на крыше ближайшей пагоды. У её груди зависла небольшая капля, сильно напоминающая расплавленную ртуть. Капля дрожала, увеличивалась в размерах и тянула во все стороны тонкие щупальца.

Когда одно из них пробило грудину женщины и выбралось ниже лопатки, вытащив наружу кусочек залитой кровью плоти, Хун Сянъюнь болезненно вздрогнул — он узнал в небожительнице Ань Син!

Та вдруг покачнулась и словно белоснежная птица, подбитая стрелой охотника, упала с крыши.

— Уважаемый Бог войны! — кто-то настойчиво звал его, по живому выдирая из видения, и чужой голос приносил боль. — Уважаемый Бог войны!