Книга 1. Тайна зачарованной земли

Таволга

Машина свернула на просёлочную дорогу, вдоль обочин кудрявились кусты ольхи, боярышника, за которыми плотной стеной темнела тайга. В открытое окно автомобиля струился запах цветущих луговых трав.  Пропетляв по ухабистой дороге, они добрались до окраины. Деревня стояла на высоком берегу реки, вплотную к ней подступала тайга.  Света в домах не было –  спать здесь ложились рано и вставали с петухами. Джип остановился у большого добротного дома, купленного Кимом почти сорок лет назад. Андерс пошёл отпирать ворота. Ким, отомкнув дверь, ведущую на просторную веранду, осторожно взял на руки спящую Полину и унёс в спальню. Она спала глубоким сном и не слышала, как её уложили в кровать. Янычар обошел комнату,  убедился, что с хозяйкой всё в порядке и вышел во двор. Мужчины долго ещё сидели на веранде, пили чай с вареньем из лесной малины, чутко прислушиваясь к долетавшим из леса звукам. Мирного покоя деревеньки ничто не нарушало, только иногда доносился писк испуганной пичуги, да где-то далеко глухо ухал филин.

— Сегодня никто не придет, — сказал Ким. — Иди спать, первую половину сторожить буду я, на рассвете разбужу тебя.

Андерс согласно кивнул и пошёл в комнату, где хозяин бросил ему на диван простыни и подушку. 

Тщательно выстроив защиту от незваных гостей, Ким присел на крылечке. Его глаза, видевшие в темноте так же хорошо, как и днём, ловили каждое движение. Он ждал. Сами стражи не придут, а разведчиков могут отправить. Страж Воздуха теперь не страшен, он уже присягнул на верность Полине. Огненный прятаться не будет, пойдёт на конфликт, постарается запугать, как в случае с поджогом дома. Близость реки Нерчи делала самым опасным врагом стража Воды. Но Сангия на открытое столкновение не пойдёт – слишком много врагов – два боевых мага и с ними древние амулеты. Но какую-нибудь мелкую пакость устроить может. Однако ночь прошла спокойно. Ким дождался, когда небо посветлеет. Не стал будить Андерса, решил, что в случае чего, Янычар успеет поднять всех и прикорнул  на стареньком диване на веранде. 

***

Полине снилась поляна, покрытая шёлковой зелёной травой, усеянной крупными белыми ромашками, синими колокольчиками, алыми саранками, весело качающими под лёгким ветерком кудрявыми головками. Она лежала, раскинув руки на мягкой траве, глядя в бездонную синеву неба. Солнце прикрывало белое сдобное облако. Весёлый лучик нетерпеливо выглянул из-за пушистой преграды и скользнул по глазам. Полина отвернулась от назойливого озорника, но он упорно не хотел оставлять её в покое. 

Она приоткрыла глаза. Штора на окне была сдвинута и в лицо светило ласковое июньское солнышко. 

Легко соскочив с постели, Полина с удовольствием прошлась босыми ногами по прохладному чистому полу, распахнула створки окна и выглянула во двор, там было пусто, даже Янычара не видно.

Она умылась у рукомойника холодной, ключевой водой и пошла на кухню. В холодильнике стояла запотевшая банка с молоком и сметана. «Побалую я  мужчин блинами», — решила она. Вскоре аромат печёного теста приятно щекотал ноздри.

— Доброе утро, раненько поднялась, помощь нужна? — заглянул на кухню Ким.

— Доброе утро! Куда это вы спозаранку все разбежались? — приветливо улыбнувшись, спросила Полина.

– На Нерчу ходили, лодку проверяли. Андерс сейчас искупается и придет. Давно ты меня своей стряпней не баловала, – Ким взял с блюда горячий блин.

– Не хватай со стола! Завтракать скоро будем. Лучше самовар разожги, – бдительно хлопнув его по спине полотенцем, строго приказала Полина. 

Весело напевая, Ким поставил на стол мёд, сметану и пошёл в погреб за вареньем. 

На веранде было солнечно. От росшего под окном куста черёмухи, распустившей белые серёжки, шел горько-сладкий, пьянящий аромат. — Хорошо здесь, — вздохнула полной грудью Полина. — В городе черёмуха уже  отцвела, а здесь вон как серёжки развесила.

— У нас за хребтом холоднее, вот и цветёт всё позже, чем на западе края. Совсем редко ездить к нам стала, всё забыла, — укорил её Ким.

— Некогда было, работы много.

***

Помыв после завтрака посуду, Полина решила пройтись по деревне. День был удивительно хорош. Деревенька как будто встряхнулась после долгой холодной зимы. В каждом палисаднике, словно окутанная белым облаком, цвела черёмуха. Зелёная трава по обочинам дороги была сплошь усыпана жёлтыми солнышками одуванчиков. Улица тянулась вдоль высокого берега, Полину неудержимо потянуло к Нерче – реке своего детства. Она свернула на круто спускающуюся к воде тропинку. Река была на прибыли, сверкая на солнце она стремительно неслась вдаль. Волны с шорохом накатывали на берег, выплескивая подхваченный где-то в пути мусор. Полина присела на камень, опустив руки в прохладную воду. Приятный холодок рыбкой скользнул по венам, смыл переживания последнего месяца, прояснил мозг. Всё происшедшее показалось ей каким-то незначительным, не требующим тех усилий, что она потратила. Через некоторое время, очнувшись от очарования, она провела ладонью по затуманившимся глазам. 

— Хорошо-то как здесь, Господи!

***

Вечером парились в бане. Пили чай с мёдом. По темноте пришла соседка баба Стёша. От угощения отказалась. Позвала Кима на крылечко. Они долго о чём-то вполголоса, сердито говорили, потом та   ушла, сердито  хлопнув на прощание калиткой.