Книга 3. Пленники Пути (черновик)

Глава 8. Наследие

Немерк проснулся под многоголосый смех. Он открыл глаза, но тьма едва-едва стала светлее.

– Потом, конечно, Калин узнал, кто это сделал, – давясь смехом, рассказывал Мирак. – Но когда он всё понял, даже не обиделся. Напротив, потом и сам пару раз устраивал подобный трюк.

– Это Калин-то? – раздался голос Ниалы.

– А ты что думала, он только и может, что ходить с угрюмым видом? – ещё больше развеселился Мирак. – Ты просто его давно не видела. Мы с ним однажды поспорили, кто позже напьётся. Так половина таверн в Терраде тогда озолотилась.

– На летар не действует выпивка?

Немерк нахмурился. Он не знал этот голос.

– Скажем так – при желании, мы можем её почти не замечать, – ответил Мирак.

– А на что поспорили? – поинтересовалась Ниала.

– Никогда не угадаешь! – заявил Мирак.

– И пытаться не буду, – фыркнула Ниала. – Говори уж, раз взялся рассказывать.

– Они поспорили, кто кому будет прислуживать за ужином, – сказал Немерк.

– Ну вот, всё испортил, – протянул Мирак. – С пробуждением, новорождённый.

– Какой ещё новорождённый?

Немерк сел, повертел головой. Там, откуда доносились голоса, тьма была чуть светлее.

– Ну как же, – хохотнул Мирак. – Для тебя каждый день как первый. Опять ничего не помнишь?

– Кто ещё с нами?

– Карин Тол, караванщик. И силт ло Тарин, его охранник.

– Просто Тарин? – уточнил Немерк. – Не с Запада?

– Уроженец пустыни, – раздался ещё один новый голос.

– А почему только одно имя? – Никто не ответил. – Я жду ответа.

– Я навлёк позор на свой род, – тихо ответил Тарин.

– Я принесу еды, – сказал Карин Тол и поднялся.

– Давай сразу закончил с неприятной частью. – Мирак подошёл к Немерку и сел перед ним. – Как зрение?

– Ты закрыл от меня костёр? – спросил тот.

– Отлично! Скажи ещё, что ты помнишь вчерашний… Ну да, не помнишь, раз спросил, кто ещё с нами. Ну хоть что-то вспомнил?

– Помню, как на меня напали в таверне. С арбалетами и силт ло. – Немерк ощупал следы от болтов на животе. Шрамы ещё не прошли. – И какие-то отрывки из того, как мы шли по пустыне после.

– А подробности нападения? – Немерк не сразу признал в говорившем Хилена.

– Ты…

– Да, я Хилен, и сжёг свои чувства, когда спасал нас в Берт Лет. Ты помнишь, кто говорил, когда ты висел на стене?

– Не хотелось бы огорчать тебя, Немерк, но, хоть ты этого и не помнишь, ты обещал Хилену всё рассказать, когда вспомнишь, – сказала Ниала.

– Нет, – покачал головой Немерк. – Ещё не вспомнил.

– Время ужинать. – Карин Тол вернулся и разложил на песке тряпичный тюк.

Разговор ненадолго стих.

Немерк сел поближе к остальным, и один съел за пятерых, под насмешки Мирака.

– Кажется, пора решить один вопрос, – сказал Карин Тол, заворачивая остатки еды. – Мы договорились, что я вам даю еду, а вы – безопасность до Маск Рада.

– Просто охраняем тебя, – вставил Мирак.

– Хорошо, пусть так. И будь вы обычной четвёркой путников, никаких проблем не возникло бы. Но ваш раненый товарищ один ест как мы все.

– Еды не хватит? – спросила Ниала.

Карин Тол развёл руками.

– Я надеялся, мы будем двигаться быстрее, или что аппетит вашего товарища не продлится долго. Но ошибся дважды.

– Насколько всё плохо? – спросил Немерк.

– До Маск Рада около дюжины дней пути. Еды хватит хорошо если на пять дней. Мы можем…

– Урезать еду не будем, – перебил Немерк. – Маск Рад слишком близко, а я ещё не восстановился. Ниале и Мираку так же могут понадобиться все силы.

– Я слишком мало ем, чтобы это имело значение, – подал голос Хилен. – И если что, сам смогу себя прокормить.

– А если меньше есть станем только я и Тарин, – сказал Карин Тол, – большого смысла в этом не будет.

– А верблюды? – спросил Немерк. – Кажется, их около десятка. С ними мы точно дотянем…

– Нет! Мы не можем бросить груз здесь!

Немерк повернулся на голос Тарина.

– Это ещё почему?

Ему не ответили.

– Карин Тол, что ты везёшь? – спросила Ниала.

– Я же вам говорил – камни, – тихо ответил караванщик. – Вы сами видели.

– Мы заглянули всего в пару шкатулок, – сказал Мирак. Он встал и направился к ближайшему верблюду. – И поскольку среди груза не было ничего съедобного, и плетений мы не почувствовали, не стали проверять дальше.

Летар разорвал верёвки на тюке, размотал ткань и уставился на… камень.

– Ты издеваешься что ли? – Мирак повернулся к Карин Толу.

– Что там? – спросил Немерк.

– Песчаник. Здоровенный такой кусок, больше головы. Хм, он обтёсанный. Что это, караванщик?

 – Именно то, чем выглядит, – ответил тот.

– Он совершенно точно не выглядит как то, из-за чего мы не станем убивать верблюдов.

– Это основание моего дома, – сказал Тарин.

– Маловат домик. – Мирак окинул взглядом верблюдов. – Тут и на одну стену не наберётся.

– Это не первый наш поход.

– И вы всё время таскаете камни?

– Это связано с твоим позором, да? – спросила Ниала.

Тарин склонил голову.

– Я вас очень прошу – не трогайте верблюдов. Мой долг почти оплачен. Осталось немного.

– Рассказывай. – Мирак замотал камень обратно в ткань. – Не всё же мне одному веселить нас вечерами.

Летар вернулся к костру. Тепла от него не было, горел он исключительно благодаря плетению Хилена, но настраивал на нужную атмосферу.

– Вы не почувствовали плетения, но оно в них есть. Прежде, чем решиться на подобную глупость, я нанял силт ло, гораздо способнее меня, и он подтвердил – камни пронизывает плетение. Но это не обычное плетение, они – амулет.

– Амулет – целый дом? – уточнил Хилен.

Тарин кивнул.

– Мы жили в нём много поколений, и жили неплохо. В семье рассказывали легенду, что наш далёкий предок пробудился, защищая дом, и так превратил его в амулет. Никто в неё до конца не верил, но мы всегда считали себя немного удачливее остальных. Когда я был ребёнком, тоже относился к ней с недоверием, а потому, едва подвернулась возможность – нанялся охранником к торговцам. Тогда я ещё не стал силт ло, и работал практически за еду, но очень хотел путешествовать.