Книга 3. Пленники Пути (черновик)

Глава 12. Посох

Немерк проснулся и некоторое время лежал с закрытыми глазами, вслушиваясь в очередной рассказ Мирака. Калин часто отправлял того на разведку, и историй у летара собралось порядочно. Немерк и сам не был уверен, что знал их все.

Он открыл глаза и увидел крошечные расплывчатые точки над головой. Повернул голову влево, посмотрел на расплывающиеся очертания песчаных дюн. Затем направо, на их собратьев.

Немерк сел и огляделся. Привал у костра выглядел в точности, как и вчера. Немерк это помнил. Как и их спутников.

Мирак бросал на него быстрые взгляды, но рассказа не прерывал. Ниала, кажется, тоже заметила пробуждение товарища и как бы невзначай села иначе, чтобы в случае чего было удобно вскочить на ноги. Один Хилен остался сидеть неподвижно, скрестив ноги и закрыв глаза.

Немерк это заметил и поначалу не понял, в чём дело. Потом покопался в памяти, запустил руку под рубашку и провёл ладонью по животу. “Убить Тарина” наполовину затянулось, но оставалось разборчивым. Тарин – это, кажется, силт ло?

Наконец его копошения услышали остальные.

– Не желаете отужинать? – спросил Карин Тол, поднимая миску с ужином. Тарин повернул голову и Немерк уставился в его глаза. Мало что удалось разглядеть из-за яркого костра, пляшущего справа от силт ло, но напряжение ощущалось в воздухе.

– День настал, да? – спросил Тарин. – Ты же помнишь, о чём я говорю?

Немерк помолчал, размышляя, стоит ли рассказывать о возвращающейся памяти.

– Настал, – сказал Немерк. Вчерашний разговор вспоминался не весь, но суть летар вспомнил. – Ты выбрал?

– Из чего мне выбирать? – скривился Тарин. – Умереть и всё бросить тут или просто бросить? Я даже и не знаю, что же мне выбрать.

– Так я могу помочь.

Немерк медленно встал, внимательно прислушиваясь к собственным ощущениям и разминая затёкшие конечности. Голова восстанавливается дольше всего, но раз тело начало набирать прежнюю форму, дело подходит к концу.

– Оставишь метку. Никто твои камни не украдёт.

Немерк прикрыл глаза и по коже забегали мурашки. Он почувствовал нити, что змеились вокруг. Так вот почему Мирак и Ниала держатся настороже. Они тоже это чувствуют.

– Какую метку? Это пустыня. Мне что, столб в милю высотой поставить?

– Мы можем договориться, – тихо произнёс Карин Тол, не особо надеясь, что к нему прислушаются.

– Немерк, ты помнишь наш уговор? – спросил Хилен. Силт ло не переменил позы, разве что голову немного склонил вперёд.

– Помню, – отозвался летар. – Только потому они и живы до сих пор. Но у всякого обещания есть границы.

– Совершенно согласен. Тарин, в день нашей встречи, я заключил с моими спутниками уговор. Мне было интересно послушать про Запад, от обычных людей, и я не хотел, чтобы вас убивали. Но сейчас, я согласен с Немерком. Дальше затягивать нельзя. – Тарин поднял руки, амулеты на шее вновь засветились белым и красным. – Предлагаю остановиться на следующем. Я помогу тебе создать метку. Не такую высокую, конечно, да и в этом нет необходимости. С помощью простого плетения наблюдения ты без труда отыщешь и её. После чего оставим вас двоих здесь, вместе с камнями и прочим грузом. Можем даже оставить одного или двоих верблюдов, всё равно мы не съедим всех. Согласен?

– Зачем тебе это? –недоверчиво поинтересовался Тарин. Руки он не опустил и отошёл в сторону, чтобы удерживать всех в поле зрения.

– Мне интересно, – пожал плечами Хилен. – Ты можешь отказаться, но тогда я разорву соглашения с Немерком, а Ниала разорвёт тебя. Или сам Немерк. Ему вроде стало получше. Так как?

Тарин оглядел летар. Все трое с деланным равнодушием ужинали. Ну да, чего им переживать. Плетения на них не действуют.

– Согласен.

Амулеты на груди Тарина погасли и он опустил руки. Хилен поднялся и отряхнул штаны от песка.

– Пошли.

Они отошли на десяток шагов от лагеря.

– Так зачем тебе это? На самом деле? – вновь спросил Тарин.

– Я плохо создаю плетения огня, – вместо ответа сказал Хилен. – Потому тебе придётся сначала сотворить огонь, побольше. Не вытягивать из окружения, с этим я и сам справлюсь, если понадобится, а именно сотворить. После этого я перехвачу над ним контроль, ты создашь столб из песка, и я его сплавлю. Высоту выбирай сам. Чем больше сил вложишь, тем выше получится.

Тарин пытался разгадать, что задумал Хилен, но ни один мускул не дрогнул на лице силт ло. Тарина беспокоило это лицо. Несмотря на чёрную кожу, черты Хилена сильно отличались от его собственных. Казалось, взяли обычного жителя Востока и покрасили в чёрный цвет. Пустые глазницы вместе с отсутствием какой-либо растительности лишь усугубляли дело.

– Почему ты… такой? – вырвалось у Тарина.

Хилен повернул голову. Веки у него отсутствовали, и Тарину почудилось, что перед ним голый череп, настолько исхудалым стал силт ло.

– Всё имеет свою цену, – сухо ответил Хилен и жуткая улыбка исказила его лицо. Тёмные зубы не слишком выделялись на общем фоне. – Меня сюда привели мои желания, как тебя – твои. Давай, начинай.

Тарин глубоко вздохнул и закрыл глаза. Его почти не учили создавать плетения, и он в основном действовал наощупь. Вот и сейчас он потянулся словно внутрь себя, в поисках пламени, а когда нащупал его – выпустил наружу.

Его объял огонь, с каждым мгновением разгораясь всё сильнее. Хилен отступил назад и вытянул руки вперёд и вверх. Пламя дёрнулось, но осталось вокруг Тарина.

– Отпусти его, – сказал Хилен. – Выплесни вверх. И его понадобится больше, гораздо больше.

Тарин послушался и зачерпнул ещё. Он открыл глаза и увидел Хилена. К его рукам устремились огненные потоки. Они сжимались в шар между его ладоней, отбрасывая жуткие тени исхудалых пальцев.

– Ещё, ещё, – повторял Хилен.

Тарин почувствовал, что слабеет. Он и сам был не слишком способным, и решил остановиться на этом. Посмотрим, на сколько хватит этого пламени.