Книга 4 Матрица зверя

Глава 7 Поединок с Азулой

В медицинском корпусе Кара меня отчитывала за несдержанность. Зря, видите ли, я отказался от присяги.

– Если надо, то новую принесу, невелика беда. Только смысла не вижу. А так у меня хоть руки развязаны, никто в предательстве не обвинит.

– Руки у него развязаны... в спальне нужно руки держать развязанными, а не тут. Ты дознавателям писал заявление о нападении? Нет! Так с чего ты вообще взял, что кто-то будет вмешиваться в дела свободного рода?

Я немного растерялся. Формально, конечно, не писал, но ведь те, кому надо, и так знают. А с другой стороны, если я не заявлял о покушении и не просил о помощи, то кто ж мне помогать будет? Да и дознавателям для проведения необходимых действий нужны основания, чем могло служить моё заявление. В общем, у меня пробелы в знаниях законов, и зерно правды в словах Кары есть. Она-то собиралась на высоком уровне решать дела, через главу клана... А моё отравление? Если я ничего не заявляю, то получается, что меня и вовсе не травили? Кара прочитала мои мысли:

– Ты в администрацию академии заявлял об отравлении?

– Нет. И не буду. Амилия, это ректор в корпусе дроу, считает, что в моём отравлении обвинят их. А если учесть, что я как бы и сам яды принимал в малых дозах по рецепту своего знахаря, то ещё и его могут обвинить. Ну, или меня самого, что это я дозу превысил. В общем, бумажки писать я не буду.

Кара ушла... в отличие от меня, её от занятий не освобождали. Договорились на том, что я сижу тише воды, а она, умница и красавица, сама всё решит. Меня осмотрели и подтвердили, что моей жизни ничто не угрожает, от чего я в голос рассмеялся.

– Извините, это я не над вами смеюсь. Просто жить мне осталось пару дней, как я думаю, а тут услышал от вас, что моей жизни ничто не угрожает. Это нервное, – лицо, назначенного мне лекаря Шейли выглядело озадаченным. – Да не берите в голову, жить вечно я и не собирался.

Она ушла и велела ждать её в общем зале. И чего суетится? Хотел извиниться и успокоить, а добился противоположного. В общем зале сидел здоровый мужчина лет пятидесяти. И если я что-то понимаю, то он явно щитоносец в каком-то клане или роду, уж слишком характерные у него габариты тела. У таких, как он, со здоровьем должно быть всё отлично, а он тут сидит.

– Ар Чужой, – представился я.

Он мазнул по мне взглядом и отвернулся. А затем ещё раз взглянул и поднялся:

– Тот самый?

– Не-е-е-е исключено.

– Адхам Коннор, тебе о чём-то говорит?

Коннор – это один из государственных кланов, щитоносцев. В первую очередь, они защищают интересы государства, во вторую очередь, играют роль гвардейцев и следят за порядком. А Адхама я лечил с Карой.

– Гостил не так давно у него в замке, – осторожно заметил я. Вроде как мы там никого не лечили, по официальной версии.

– Значит тот самый. Если нужна помощь, знай: любой из клана Конноров всегда готов будет тебе помочь.

– Учту, а сам тут что делаешь?

– Грунзель, – протянул он мне руку. – Тут на лечении, проблемы с сердцем. Никак не могут вылечить. Примерно раз в год прихожу, но лечения хватает на несколько месяцев, а потом возвращаются старые симптомы: боли в сердце, спазмы. Вот и сейчас сердце... фактически новое вырастили, через пару часов контрольный осмотр и отпустят.

– Встань, я тебя сам осмотрю.

Грунзель встал, а я переключился на метрическое зрение, но ничего необычного не видел. Плохо дело, если у человека за год истощается сердце, то его замена не устраняет проблему, а лишь симптомы.

– Пошли в качалку.

– А что это?

– Я видел тут один зал, там люди силовые упражнения делали, нужно нагрузку дать на твоё сердце, чтобы твоя проблема с сердцем проявилась, тогда я смогу её увидеть.

Но он не шёл и явно сомневаясь стоял и обдумывал моё предложение. А ну да, ему же с помощью местной магии жизни фактически новое сердце вырастили и сказали тихонечко сидеть и ждать пару часов.

– Ты кому больше доверяешь мне или этим шарлатанам? И заметь, шарлатанами их называет один очень уважаемый знахарь. Говорит, знаний у них кот наплакал. Всё за счёт магии жизни делают. А ею что порез лечить, что сердце заново вырастить – одно и то же. Магических сил только больше затрачивается.

Мне он доверял больше, и это радовало: приятно, тёмные их побери. Сердце мы его нагрузили, потом ещё раз и ещё раз.

– У тебя заноза в сердце, она его и разрушает, – сообщил я ему приятную новость.

– Не может быть, её бы давно заметили и извлекли.

– Не заметят её. Я назвал её занозой, потому что очень похожа на это, но таковой, в прямом смысле этого слова, не является. Это энергетическая заноза, – поднял я указательный палец вверх. – Как её можно заметить-то?

Он на меня посмотрел, как на дурака, ведь я же заметил.

– У меня... зрение хорошее, вот. У тебя было когда-нибудь ощущение, что в груди тяжесть, как будто там камень? Я вот про это и говорю, камня же на самом деле нет и заметить его посторонний не может. Это энергетический камень в груди, который появляется в момент сильной душевной боли или утраты. Тут то же самое.