Книга 4. На сломе времён

1. Отпустить меня не хочет родина моя

Поверив в то, кем мы можем стать, мы определяем то, кем мы станем.

Мишель Монтень

1. Отпустить меня не хочет родина моя

            Начинается третья неделя жизни в родной Мендерке. После всех экзотических приключений в Европе, Австралии и Петрограде, - столице Российской империи, наконец - то вернулся на круги своя. Деревенька, с раннего детства врезавшаяся в мою память, стала близкой мне и сейчас, после переноса в виртуальное прошлое. До шести лет, своей реальной жизни, жил здесь у бабушки. В памяти навечно сохранился запах цветов гвоздики в палисаднике, высоченные мальвы и придорожная канава в которой так приятно барахтаться после дождя. Есть и менее приятные воспоминания. Отлично помню животный дикий страх, когда заблудился в зарослях картошки, превышающей мой рост. Интуитивный испуг вызвали гуси, свободно бродящие по улице. Встреченные у родных ворот однажды, они многозначительно шипели и протягивали ко мне свои змеиные шеи. Именно потому и отбили желание исследовать дальние горизонты, к которым тянуло всегда. Собственно, по этой причине весь мой мир, тогда, ограничивался домом и двором бабушки.

Село Мендерское, конца шестидесятых годов двадцатого столетия, очень отличалось от нынешнего, второй половины тысяча девятьсот шестнадцатого года. Как ни странно, сейчас, во время первой мировой войны, Мендерка, выглядела много лучше, чем та, какой я её запомнил уже в двадцать первом веке. В нашем времени, давно разрушена церковь, являвшаяся главной достопримечательностью каждого православного поселения. Дома обветшали и покривились, тогда как сейчас, пахли свежей сосновой смолой и дорогой городской краской.

Только сейчас, успокоившись от непонятной гонки со временем, охватившей меня сразу после переноса в тело моего дедушки, позволил себе спокойно оценить приёмных родителей, соседей и односельчан. Спасибо сознанию девятилетнего дедушки, тело которого экспроприировал. Если его ограниченный разум был подавлен шквалом необыкновенных знаний из будущего, свалившихся в его голову вместе с моим интеллектом, то непобедимо яркие эмоции и чувства, благополучно подсказывали всю необходимую информацию. Почти каждого встречного в деревне, я мог оценить с позиций расположенности ко мне, безродному пастуху - сироте. Кто подкармливал и был добр, - тот и есть самый хороший человек. Эту простую и понятную жизнь, я променял на беспокойную и полную опасностей  долю путешественника по миру. Доставшиеся мне суперспособности, одним своим наличием, требовали глобального их приложения. Просто глупо, иметь силы и возможности, но не воспользоваться ими из скромности  или по глупости.

Примечательно, что у меня не было неотложных дел в иных местах планеты, где оставил новые поселения, женщин, большие сообщества спасённых от смерти военных и мирных жителей. Вернее, все они, были заранее настроены на самостоятельное существование, развитие и совершенствование. Включая  даже жён, которых заимел в родной деревне, в Австралии и на Борнео, нынешнем Калимантане. Впрочем, индонезийка Диана Сомчай, стала не просто женой, но помощницей и проводником моих намерений во всей малой Азии. Так как она была спасена мною от случайной гибели под ногами слона, её разум был полностью мне подвластен и управляем. Ведь в нынешней реальности, её бы уже не существовало без моего вмешательства. Девушка оказалась настолько разумной и преданной мне, что ни разу не пришлось проявлять власть и внушать что - либо необходимое, насильно. Не считая  моментальной передачи ей знаний русского языка, основ  пилотирования самолётов, нескольким курсам  марксистко-ленинской философии и знаний, преподаваемых в диверсионно - разведывательных школах. Если не обращать внимания на это пополнение информацией из нашего времени, других, специально нацеленных установок, Диане не внушал.

Моя законная индонезийская жена, разработала собственный план антиколониального восстания. Хотя, первоначальное задание, получила от меня, творчески его переработала под себя,  так как выполнять пришлось, почти полностью самостоятельно. Благодаря удобной легенде, - авиацирку, возглавляемому ею, она быстро охватила тайной пропагандой огромные территории от Австралии до Индии. Уже через месяц, у Диан был не один цирк, а целых пятнадцать! Главными авиаторами были девушки, так удачно отличившиеся при Брусиловском прорыве. Крылатые машины, были теми же самыми, на которых мы бомбили австро-германские позиции.  Благодаря шпионским и диверсионным знаниям из будущего, моя супруга придумала хитрый ход, чтобы снять возможные подозрения с себя и своих боевых подруг. Они предстали, в роли доверенных исполнителей, тайного мозгового центра грядущих волнений. Главным лидером будущей революции, конспираторша назвала мифическую личность, Вибаву. С сиамского диалекта, это переводится как сила и власть. Лишь однажды, мне пришлось предстать в роли Вибавы, чтобы новые соратники Дианы, полностью поверили в необходимость моей строжайшей  конспирации. Мои светлые волосы и белая кожа, настолько удивили индонезийских революционеров, что никаких вопрос больше не возникло. Пятерым, самым доверенным товарищам, признался сам,

— Я не англичанин и не француз. Моя родина, - Россия. Сейчас я борюсь, в своей стране, с буржуями и эксплуататорами. Поскольку Диана моя супруга, помогаю и ей. Ошарашив собравшихся, отличным произношением на тайском диалекте, молчаливо вышел. С тех пор, никаких сомнений в существовании Вибавы не возникало.

            Разжигание антиколониальных настроений в Малой Азии, продвигалось семимильными шагами. По своему старому плану, от которого пришлось отказаться, восстание должно быть намечено на октябрь этого года. Единственной причиной, послужившей отсрочкой восстания, стало опасение повлиять на ход предстоящей, через год, Великой Октябрьской Революции. Восстание такого масштаба, в англосаксонском мире, неизбежно повлияет на Россию и теперешних союзников, Британию и Францию. Решил не рисковать, не подстёгивать события, из опасения их непредсказуемого изменения. По этой же причине, выбыл из революционной борьбы на родине. Познакомился с основными действующими лицами Октябрьской  революции, и будет с меня. Причём, наши встречи с Лениным, Сталиным, Свердловым и некоторым другими лидерами РСДРП(б), прошли очень скромно, малозаметно. Но кто знает? Вдруг, мои, пусть малые усилия, окажут решающее значение в переломный момент истории России? Ведь чем больше событий  будет происходить иначе, тем труднее предвидеть ход будущего. Результатом всех моих вмешательств, может стать совершенно другой Советский Союз, чем то, что известен мне. Разумеется, в изменении существующей реальности и есть моя главная цель. Только меняться всё  должно, под строгим контролем, медленно, а потому и неотвратимо. Любые попытки по захвату власти, уместны только после того, как на сто процентов буду уверен в своих сила и возможностях. Хотя тайно создаваемые базы, успешно заполняются спасёнными на полях сражений, научно – промышленный потенциал этих искусственных обществ ещё очень мал. Я, обязан действовать как  Соединённые Штаты Америки, в  двадцатом и двадцать первом веках, - вступать в активные военные действия, только будучи уверенными в своём полном и безоговорочном преимуществе.