Книга I Повелитель моря Часть 1

Глава 6 Тревожные вести

Выйдя из дворца, Анри увидел своих солдат. Пехотинцы прятались от палящего солнца под короткой тенью кабильдо и весело переговаривались со «жрицей любви», курсировавшей вдоль здания в поисках клиентов. Заметив Эль Альмиранте, они согнали с лиц улыбки и устремились к нему, но Анри остановил их жестом и направился ко входу.

Один из стражей кабильдо лениво прохаживался по арочной галерее под балконом, другой дремал, прислонившись к стене рядом с открытой дверью. Внутри было пусто и тихо. Найдя кабинет казначея, Анри постучал и, услышав: «Войдите!», толкнул тяжёлую дверь.

Щупленький лысеющий сеньор Луис Рейес Бланко сидел возле бюро красного дерева, инкрустированного ямайской сосной и серебром. Продолжая копаться в бумагах, казначей спросил о причине визита.

Анри подошёл ближе:

— Доброго вам дня, уважаемый сеньор Луис! Его превосходительство сеньор губернатор посоветовал мне подать заявку на энкомьенду, но не сообщил некоторых деталей. Вы окажете мне любезность, удовлетворив мой интерес?

Казначей поднял голову и взглянул подслеповатыми бесцветными глазками.

— А-а-а, это вы, сеньор Андрэ! — заулыбался сеньор Луис. — Весьма рад вас видеть! И премного вам благодарен! Снадобье, которое вы любезно доставили для моей дорогой Марии, поставило её на ноги, — он вскочил так быстро, что с носа слетели очки.

Анри не дал им разбиться, успев подхватить почти у самого каменного пола.

– Ну вот, вы опять выручили меня, сеньор Андрэ! – захихикал казначей, потрясая ему руку обеими своими худыми ручонками.

— Я очень рад, что сеньора Мария поправилась, — Анри протянул сеньору Луису очки, надеясь освободить правую руку из его цепкой благодарности. — Что вы можете сообщить мне о условиях энкомьенды, сеньор Луис?

Казначей отпустил Анри, водрузил очки на нос и сел за своё бюро. Нашёл среди бумаг нужную, пробежался по тексту и, ткнув в него пальцем, загундосил:

— Эта энкомьенда выделяется под строительство красочной мастерской, но, полагаю, вы это уже знаете, сеньор Андрэ. Под энкомьенду выделен участок каобового леса, что на север от Западных ворот. Ну, что ещё? Ах, да — срок пользования ограничили на двадцать пять лет, но, если энкомьендеро покинет сей бренный мир раньше, не оставив наследника, то энкомьенда вернутся Кабильдо до истечения срока.

Прикинув, какой доход за такой срок могла бы принести красочная, не допуская даже мысли о том, что его жизнь может оборваться гораздо раньше, Анри заявил, что хочет подать заявку.

Лицо казначея засветилось радостью:

— Если вы позволите, сеньор Андрэ, я напишу её за вас, — и, притянувшись так близко, как только позволил его малый рост, прошептал: — пока что вы единственный, кто проявил интерес. Если бы у меня уже были другие заявки, я бы всенепременно сообщил вам суммы залога, предложенные конкурентами. Но я ваш должник, сеньор Андре, так что у вас есть преимущество — я пока помечу, что вы предлагаете тысячу песо, но, если вдруг кто даст больше, вы же не будете возражать, если я перепишу заявку и самовольно увеличу эту сумму до нужной?

— Ну что вы, сеньор Луис, напротив, я буду вам премного благодарен, особенно если эта сумма лишь незначительно превысит конкурентную и не выйдет за пределы разумного, — так же тихо ответил Анри.

Казначей понимающе закивал и, уже не таясь, заверил:

— Будьте уверены, сеньор Андрэ! Всё будет к вашему наибольшему удовлетворению! Поскольку заявки должны приниматься до пятницы, о том, кто получит эту энкомьенду, будет решаться на заседании Кабильдо в понедельник до полудня. Как только примут решение, я тут же пошлю к вам посыльного. Вы где изволили остановиться?

— Вероятнее всего я буду у идальго Фернандеса, а если нет, то он потом сам разыщет меня. Хотя, воспользовавшись вашей любезностью, сеньор Луис, я бы предпочёл, чтобы решение Кабильдо было доставлено управляющему моей торговой конторой сеньору Хакобу.

— Как изволите, сеньор Андрэ! Кстати, думаю, вы можете уже сейчас считать ваше дело решённым – вряд ли кто из местных, будь он в здравом уме, узнав, что вы подали заявку, захочет конкурировать вам, — сеньор Луис заискивающе улыбнулся.

«Надо же, как много может сделать один маленький флакончик опиума!» — Анри вспомнил, как пару месяцев назад, будучи в Виллемстаде, по настоянию корабельного доктора накупил на рынке опиум для раненых. По возвращении в Белисе зашёл в казначейство, дабы уплатить пошлину. Вот тогда-то сокрушавшийся сеньор Луис и поведал о страданиях супруги от жесточайшей мигрени. Анри был наслышан о том, как трепетно бездетная пожилая пара относится друг к другу. Проникшись сочувствием к высушенному годами муниципальной службы казначею, подарил ему чудесный флакончик для лечения сеньоры Марии.

Вкушая плоды своей доброты, Анри распрощался с разлюбезным казначеем, не забыв пожелать здоровья и долгих лет его жене, и вышел на улицу.

Тяжёлый влажный и тёплый воздух лениво колебался над каменными плитами площади. Легкие порывы ветра слабо шевелили широкие поля шляпы, не принося существенного облегчения. Шлюха, не сумевшая соблазнить солдат, исчезла, а преданные своему долгу пехотинцы пили воду из городского фонтана, брызгаясь и веселясь, как малые дети. Часы на башне кабильдо указывали без четверти одиннадцать. Анри счёл, что до начала сиесты успеет зайти на рынок и посетить свою торговую контору. До конторы путь был неблизкий. Вместе с главным складом она располагалась на окраине города. Анри рассудил, что не стоит заставлять контессу ждать обещанных сладостей, окликнул солдат и направился на Торговую площадь.

Согласно «Закону для Индий», все колониальные города должны были строиться по единому плану. В нём определялось местоположение, размеры и форма площадей и кварталов, ширина улиц и даже ориентация ворот и стен. И, конечно же, размещение общественных зданий. Делением земли на участки предусматривались даже места для того, чтобы население и при сильном приросте могло бы расширять застройку в пределах города. Подчиняясь этому плану, строительство поселения начиналось с главной площади, которой в приморских городах надлежало находиться на морском берегу и служить одновременно пристанью. К ней с одной стороны всегда примыкал собор, с другой — дворец губернатора, а с третьей — административные здания, с обратной стороны которых располагалась Торговая площадь. Учитывая печальный опыт первых поселений здешних мест и несколько стихийное строительство при основании колонии, главная площадь — Пласо де Монтехо — оказалась довольно далеко от пристани и отделялась от неё рынком и могучим частоколом.