Книга иного смысла

Глава 4: Розовый Фонтан и Шепот Тени

Наш розовый фонтан проработал ровно сорок семь минут, прежде чем городские стражи, возглавляемые мрачным капитаном с усами, похожими на спутанные горные корни, не вернули ему законный лазурный цвет. Но семя было посеяно. Не буквально, конечно, хотя несколько детей успели искупаться в розовой пене, к ужасу их матерей.

Слух о «розовом чуде» и «Безродном еретике», который смог переписать саму природу Потока, разнёсся по Акари-тани быстрее лесного пожара. Взгляды, которые я ловил на улицах, изменились. Раньше в них было любопытство и снисхождение. Теперь — страх, восхищение и откровенная враждебность.

Старейшина Каэде вызвал меня на очередную беседу. На этот раз в его кабинете пахло не только старыми книгами, но и грозовой напряжённостью.

— Я предупреждал тебя, Искра, — его голос был тихим, как шелест высохших листьев, и оттого ещё более грозным. — Твои игры опасны. Люди видят в тебе либо пророка, либо дьявола. И то, и другое может погубить тебя и внести раздор в город.

— Мы ничего не сломали, — попытался я защититься. — Мы всего лишь изменили частоту светового резонанса в воде. Это как...

— Я не интересуюсь твоими «как»! — он ударил кулаком по столу, и я вздрогнул. — Есть законы, установленные предками. Поток — священная река. Мы пьём из неё, мы плаваем в ней, но мы не меняем её русло! Ты понял меня? Никаких больше экспериментов.

Я вышел от него подавленным. Моя вновь обретённая творческая жила, моё вдохновение, снова упиралось в глухую стену запретов. Я чувствовал себя так же, как в своём мире — полным идей, но связанным по рукам и ногам.

Акико, конечно, мыслила иначе. Она нашла меня вечером в саду за моим домиком, где я в отчаянии швырял камешки в огородное пугало.

— Что, испугался грозного взгляда деда? — подсела она ко мне на забор.

—Он прав, — буркнул я. — Я снова чужой. Снова всё порчу.

—Ой, заткнись, — безжалостно ответила Акико. — Ты не чужой. Ты — дуновение свежего ветра в этом затхлом болоте традиций. Ты видел их лица? Некоторые смотрели на розовую воду как на чудо! Они в жизни такого не видели!

— Другие смотрели на меня как на исчадие ада.

— А на этих — плевать! — она ткнула пальцем мне в грудь. — Ты думаешь, все великие открытия здесь встречали с распростёртыми объятиями? Моего прадеда, который изобрёл кристаллический осветитель, чуть не сожгли на костре за «похищение звёздного огня». А теперь его «костры» стоят на каждой улице.

Её слова согревали меня лучше любого солнечного взвара. Я посмотрел на неё. В свете заходящего солнца её черные волосы отливали багрянцем, а в глазах плясали озорные искорки. Она была самой живой, самой настоящей вещью в этом мире. И в этот момент я понял, что моё сердце забилось чаще не только от возмущения.

— Спасибо, — сказал я.

—Не за что, — она улыбнулась. — Кстати, я кое-что проанализировала. Данные с твоего... «взлома».

Энергетический всплеск был крошечным, локализованным. Но я засекла странный эхо-сигнал.

— Эхо?

—Как будто твоё вмешательство... отозвалось где-то далеко. На самой границе моих сенсоров. В районе... Рва.

Это заявление заставило меня похолодеть.

—Культисты?

—Не знаю. Но что-то там есть. Что-то, что откликается на изменения в Потоке. Как будто... слушает.

— Мне нужно вернуться, — тихо сказал я.

—Что?

—В мой мир. Я принес сюда слишком много проблем. Для тебя, для твоего деда, для города.

Акико посмотрела на меня с таким неожиданным гневом, что я отшатнулся.

—Ты трусишь? После одного розового фонтана?

—Я не трус! Я пытаюсь быть ответственным!

—Ответственный — это остаться и разобраться! — она спрыгнула с забора и встала передо мной. — Ты думаешь, если ты исчезнешь, культисты скажут: «А, ну ладно, расходимся»? Нет! Они уже знают, что возможно нечто большее. Они будут искать способ повторить твои трюки без твоей «еретической» осторожности! Ты здесь не «принес проблемы», Кеншин. Ты стал частью этой проблемы. Или её решением. Выбирай.

Она повернулась и ушла, оставив меня одного с моими мыслями и горьким осознанием того, что она, как всегда, на сто процентов права.