Книга Королевских Близнецов

Глава 20. Артур.

Я не мог отвести глаз от удивленного лица Авроры. В нем читалась буря эмоций. От злости и ненависти до радости. Я никогда не видел такого спектра эмоций на лице человека, особенно в ней. В её глазах цвета кофе я увидел боль. Боль от слов сестры, от того, что произошло сегодня. Только сейчас я заметил, что её платье дымчато-розового цвета, как рассвет на горизонте, испачкано кровью и пеплом. Даже заплаканные глаза больше не сияли любовью.
– Аврора, – я хотел лишь прикоснуться к ее плечу, как она его отдернула и отошла на шаг назад.
– Вы меня обманывали? Вы обманывали нас всех? – ее голос дрожал, как и все тело. Вовсе не от холода, а от страха услышать правду.
– Мы это делали, чтобы почувствовать себя счастливыми, – мои слова будто током ударили девушку.
– Вы думали о себе! Я всегда знала, что люди при дворце высокомерные твари! Вы бесчувственные. Я даже не удивлюсь, если вы были лицемерны с нами, – её голос перешел на истерический смех.
Я никогда не видел её настолько злой и находящейся на грани истерики.
Мои глаза говорили сами за себя, я смотрел на неё с жалостью и скорбью. Я не мог смотреть в её глаза без ненависти к себе. В первую очередь, я сделал больно ей. Моей любви. Но я как наследник не мог допустить того, чтобы умирали ни в чем не повинные люди.
– То есть ваша история тоже выдумана? – мы молча кивнули в ответ. – Ты не помощник отца в рыбной лавке, а ты вовсе не швея?
– Аврора, это сейчас не важно. Наши чувства были настоящими, – я пытался утихомирить свою любовь.
– Не смей говорить о наших чувствах! Я была влюблена в Остина, но не в тебя, принц Артур, – её злоба, казалось, текла по жилам и венам. – Ты изначально знал, что нам не суждено быть вместе, но решил поиграться с крестьянской девицей ради своих королевских утех.
После сказанных ею слов я потерял речь. Все мои слова пропали, я не знал, что сказать и как действовать. Я продолжил стоять на месте, замерев от скованности. Её слова, её тон и грубость словно сковали меня в невидимые цепи. Я даже на мгновенье перестал дышать. Неужели я потерял то, что строил два года, как по щелчку пальцев?
– Аврора, во дворце мы тебе все подробно расскажем. Но не сейчас. У нас мало времени, – Мэри взяла на себя ответственность сказать эти слова.
Я оставил Аврору стоять посреди палатки и направился помогать герцогу. Мы взяли повозки и коней, чтобы перевезти людей из столь опасного места.
Люди перешептывались, показывая пальцем на меня. Они успевали благодарить меня за спасение их жизней. Мои мысли подсказывали мне, что я поступаю очень безрассудно, впуская во дворец людей из очага заражения. Но и бросить их здесь на погибель я тоже не мог. Мое сердце не такое каменное, как у отца. Я рад, что Доминик не решился с нами ехать.
Он не должен был видеть это ужасное зрелище. Люди лежали на земле почти бездыханные. Они метались от боли и мучений.
После сборов людей мы кое-как направились в сторону дворца.
Еванжелина отправилась вперёд, чтобы известить короля, дабы тот приказал подготовить место и лекарей к нашему приезду.
Сквозь летнюю дымку мы пробирались через лес по протоптанной тропинке. Эхом доносились крики страдающих людей. У некоторых появились первые признаки болезни. Сыпь.
Взгляд Авроры не изменился. Она смотрела на меня с презрением. Я её обманул.
– Как ты думаешь, что отец скажет? – Мэри практически вровень со мной скакала на коне.
– Думаю, он будет безусловно рад. Да настолько, что в тот же час отошлет нас.
– Тут я с тобой полностью согласна, – сестра подметила моё напряжение и беспокойство, – не переживай, всё образуется.
Я не хотел ей отвечать и лишь рванул поводья, вырвался вперёд. Значительно опередив всех, я увидел отца.
Он был со стражей и в окружении прислуги. Это означало, что он принял сообщение Еванжелины и решился помочь своему народу.
– Отец, я тебе потом все расскажу в подробностях, но не сейчас, хорошо? – от него не последовало никакого ответа. Он будто вовсе не обращал на меня внимание.
Придворные принимали людей и отводили их в крыло для прислуги, которое тут же изолировали. Пройти туда не мог никто кроме тех, кто изначально размещал их.

– Принц Артур и принцесса Мэри, Вас приглашает отец в свой кабинет, – сообщил нам секретарь отца.
Мы с Мэри переглянулись и пошли на расправу к отцу. Я не волновался, я вспоминал Аврору. Ее губы были слаще меда, а её прикосновения были для меня подобием шелка.
Я любил её по-настоящему, любил целовать и смеяться рядом с ней. Ведь её смех был для меня как колыбельная перед сном. Я обрёк ее на страдания своим обманом. Это худшее, что я мог для нее сделать. Я не видел смысла больше ни в чем. Я ей подал напрасные надежды и неизбежное разочарование.
Но как бы это ни выглядело, сейчас я, принц Артур, наследник престола и будущий король Исландии. Я не могу оставить народ, благородство и честь.