Книга Мерлина

Сказание одиннадцатое

о предусмотрительности Мерлина;          
 о мудрости сэра Эктора и о том, как враги
Утера Пендрагона разыскивали 
его сына Артура
по всему свету

   Всей душой оценив мудрость советов Мерлина, Утер Пендрагон приказал тайно подготовить корабль для отплытия в Арморику. Король назначил посольство к своему родичу королю Хоэлю, намереваясь передать секретное послание. На этом же корабле должны были отправиться Мерлин с Тельгесином. Это обстоя тельство скрывалось особенно тщательно. Таинственность, с какой готовилась экспедиция, пристальное внимание к ее подготовке со стороны короля и его советника сделали свое дело. Вскоре уже любой бритт с уверенностью рассказывал, что младенца Артура укрыли от коварных убийц в Арморике, где он находится под защитой короля Хоэля.
   Когда корабль был готов к отплытию, на него с величайшей предосторожностью прибыл Мерлин со своим пажом. С отливом корабль вышел в море и взял курс на континент, но ночью к капитану прибежал заплаканный Тельгесин, сообщивший, что его господину стало плохо и он впал в такое же бессознательное состояние, в котором находился год назад.
   Скрепя сердце капитан повернул судно обратно. На берегу, бесчувственного Мерлина погрузили на носилки и под присмотром верного Тельгесина препроводили к горе Эрир. Корабль, как и было ему предписано, отплыл в Арморику.
   Едва сопровождавшие больного Мерлина воины, убедившись, что тело мага покоится на ложе в пещере, ускакали сообщить Верховному королю бриттов о тяжелом состоянии его советника, Тельгесин, тщательно занавесив вход в пещеру, влил в рот своего господина волшебный настой. Мерлин открыл глаза и тут же соскочил со своего ложа.
 – Отлично, Тельгесин! – радостно объявил он своему пажу. – Теперь надо обвести пещеру магическим кругом. Сумеешь ли ты это сделать?
 – Я попробую, - скромно отозвался юноша.
 – Я буду помогать тебе, не покидая пещеры.
Тельгесин принялся за дело.
 – Теперь мы должны дождаться ночи, – заявил Мерлин, когда юноша вернулся в пещеру.
   Приготовив немудреный обед и усевшись за стол, они долго беседовали. Мерлин давал своему пажу наставлении, а Тельгесин внимательно слушал своего учителя, время от времени задавая вопросы.
   Наконец наступила ночь, и чародей начал собираться в дорогу. Когда он уже накинул на плечи плащ, бесшумно откинулось покрывало, завешивавшее вход в пещеру, и в жилище Мерлина вошла Бригантия.
 – Кто ставил магический круг вокруг горы Эрир? – с ласковой улыбкой спросила она сида. – Для Мерлина он слабоват, а для Тельгесина слишком хорош.
   Юный паж зарделся.
 – Мой господин помогал мне.
 – Мерлин, – обратилась Бригантия к чародею, – Манавидану, кажется, понравилось путешествовать в твоем обществе. Он ждет тебя, а его кони бьют копытом от нетерпения.
   Мерлин вышел из пещеры.
   Через мгновение волшебные кони морского сида взметнулись в воздух. Мерлин летел слева от Манавидана, как всегда подгонявшего своих скакунов так, словно смысл существования этого сида заключался в вечном стремлении вперед. Так гнал он своих коней по морским волнам, так побуждал к бегу в ночных облаках под холодным наблюдением, какалось бы, равнодушных звезд.
   Но очень скоро Мерлин почувствовал, что кроме Манавидана его сопровождает еще кто-то. Слева от чародея на фоне звезд летел всадник, которого маг вначале принял за собственную тень.
 – Не тревожься, королевский прорицатель, – послышался рядом с ним глухой голос. – Неужели ты не узнал Шиэ?
 – Приветствую тебя, повелитель ветров, – выкрикнул Мерлин.
 – Шиэ частенько появляется там, где мои кони, – засмеялся Манавидан. – Ему нравиться носиться с нами наперегонки.
 – И обгонять их, прогудел Шиэ.
 – Иногда, – уточнил Манавидан.
   Мерлин усмехнулся, слыша как препираются два могучих сида. От бешеной скачки у него перехватило дыхание, голос Шиэ звенел в его ушах.
   Наконец кони опустились на землю. Мерлин увидел вокруг себя глухую стену леса.
 – Здесь ты переночуешь, – сказал морской сид, указывая на шалаш под могучим деревом.
 – И вспомнишь леди Гвендолоену, – высвистнул Шиэ, закружившись вокруг мага.
   Мерлин вздохнул, вспомнив безмятежную жизнь в чаще Калидонского леса.
 – Лесная тропинка приведет тебя утром к Артуру, – сказал Манавидан.
 – Помни, я всегда рядом и готов передать от тебя любую весть сидам, – пообе
щал Шиэ.
 – Прощай, Мерлин! – Манавидан хлестнул своих коней и скрылся за стеной леса.
   Резкий свист ветра ясно указал магу, что Шиэ решил продолжить начатое состязание, но вдруг перед чародееми снова возник морской сид.
 – Шиэ совсем закружил мне голову, и я чуть не забыл самого главного, – рассмеялся он. – Наступают великие времена. Ты уже не прорицатель Вортегирна и не советник Утера Пендрагона. Отныне ты маг Артура. Прими же от сидов дар тебе, Мерлин.
   Манавидан протянул чародею тяжелую цепь с висящим на ней отполированным камнем.
 – Что это?
 – Это Амулет Великого Ллеу, изготовленный для него сидом Огмэ, повелителем тайного знания. Никто не сравнится магической силой с владельцем этого амулета. Будь осторожен с ним, Мерлин, не злоупотребляй его могуществом. Но, если Артуру будет грозить опасность, действуй быстро и решительно, тогда сама Генит отступит перед Амулетом Ллеу, который отныне и навеки люди будут называть Амулетом или Волшебным Камнем Мерлина.
   Мерлин поклонился и надел цепь на шею.
 – Да встречи, брат мой! – крикнул Манавидан, поднимая своих скакунов в воздух.
 – Доброй ночи, брат мой! – прогудел Шиэ и метнулся вдогонку морскому сиду.
   Минуту Мерлин молча стоял на поляне.
 – Здравствуй, брат мой!
   Мерлин обернулся. Рядом с ним стояла грозная Бадб, сида-воительница.
 – Что случилось, могучая сида? – тревожно спросил маг.
 – Пока ничего. Но ты сам решил укрыть Артура в самом опасном месте королевства Утера Пендрагона. Это было мудрое решение. Здесь никто не станет искать ни тебя, ни его.
 – Вряд ли Бадб стала бы тратить свое время на встречу со мной только для того, чтобы отметить мою мудрость, – почтительно заметил Мерлин.
 – Ты прав, брат мой, – согласилась сида, и ее суровое лицо несколько смягчилось. – Я решила помочь тебе. Чтобы никому не пришло в голову начать вынюхивать здесь след, нужна небольшая война. Через несколько дней скотты нападут на убежище Артура и, обещаю тебе, будут разгромлены. А потом появятся пикты, и им тоже не повезет. И я же побеспокоюсь об их исходе. Не волнуйся, Мерлин, и не хватайся за Амулет Ллеу.
 – Зачем же тогда я нужен Артуру? – с горечью спросил маг. – Если его защищают все могучие сиды, что делать мне?
 – Глупости говоришь ты, брат мой! – резко оборвала Мерлина Бадб. – Пока Артур мал и немощен, а против него настроены и люди и демоны, – надеюсь ты не забыл Генит? – мы должны помочь тебе защитить будущего короля. Ты же должен воспитать его королем и человеком. Этого сиды не могут. Мы вообще ничего не могли бы сделать без тебя, Мерлин. Ты – как мост, соединяющий замок сидов с миром людей. А теперь прощай. Помни, первыми нападут скотты. Ждите их через восемь дней и вступайте в бой смело, сколько бы вас ни было, победа будет за вами.
   Бадб взмахнула своим копьем и растворилась в воздухе. Мерлин вдруг почувствовал страшную усталость и медленно побрел к шалашу.
   Утром он проснулся бодрым, чувствуя, как вселяет в него силы Амулет Ллеу. Напившись из родника, чародей побрел по лесной тропинке. Он не спешил, оглядывался по сторонам, внимательно вглядывался вдаль. Когда тропинка вывела его на опушку леса, маг остановился. Он снял свой плащ, аккуратно свернул его и спрятал в мешок. Амулет Ллеу он скрыл за воротником простой холщовой рубахи. Тряпкой обернул свой меч Инген и повесил его за спину. Теперь Мерлин ничем не отличался от бродяг, кочующих по дорогам Британии. Опираясь на посох, он двинулся к возвышающемуся на скале замку Каердубаль.
   Когда он постучал в запертые ворота, привратник обрушил на его голову поток отборной брани, что вызвало, как ни странно, несказанное удовольствие мага, убедившись в том, что его не узнали. Он быстро шепнул привратнику тайное слово, и тот, рассудив, что к хозяину явился один из его лазутчиков, нехотя впустил чародея в Каердубаль. Однако и здесь прибывшего не оставили без внимания. Двое суровых воинов, держась за рукоятки мечей, не отступая ни на шаг, сопровождали мага до покоев, откуда навстречу гостю вышел владелец замка. Чародей смог воочию убедиться, что меры предосторожности соблюдаются здесь неукоснительно.
   Хозяин Каердубаля, увидев вошедшего, никак не проявил своих чувств. Лишь отослав воинов, он крепко обнял мага.
 – Приветствую тебя, Мерлин! Мы не ждали тебя так скоро.
 – Как твой сын, сэр Эктор? Здоров ли Артур?
 – Мальчики здоровы и крикливы, как и полагается мальчишкам. А едят они так, что кормилица боится, не вырастут ли из них вампиры.
 – Никто ничего не подозревает?
 – Нет, – отрицательно покачал головой Эктор. – Мне удалось найти кормилицу, чей ребенок умер. Все принимают Артура за ее сына.
Заметив сомнение в глазах рыцаря, Мерлин поспешил его успокоить.
 – Все правильно, сэр Эктор. Лучшего невозможно придумать. Пусть даже считают Артура простолюдином, лишь бы сбить его врагов со следа.
 – Что говорят в Лондоне о моей ссоре с королем? – лукаво спросил Эктор.
 – О, наш король превосходно разыграл роль оскорбленного знатока соколиной охоты. Два дня он говорил только о ловчих птицах, обрушиваясь на каждого, кто пытался вставить хотя бы слово в его рассуждения. Он так увлекся, что оборвал даже леди Игрейну, которая обратилась к нему по какому-то делу. Потом они оба очень повеселились, вспоминая этот эпизод.
 – Они любят друг друга, – неожиданно заметил рыцарь.
 – Да, это настоящее чувство, и оба они достойны его, – согласился маг.    – Значит, я по-прежнему в опале? – рассмеялся сэр Эктор.
 – Да, но не в суровой. Король просто на время забыл о тебе. Но позднее он, конечно, простит тебя.
 – Я очень надеюсь на милосердие нашего короля, – смиренно заметил Мерлину барон, и оба они расхохотались.
   Некоторое время старые друзья болтали о пустяках.
 – В каком обличье намерен ты находиться в Каердубале, врачевателя или барда? – спросил сэр Эктор.
 – Ну нет, хотя это и невероятно, но слишком проницательные люди могут вспомнить, что некий Мэрлин часто выступал в этих обличьях. Здесь окраина владений Утера Пендрагона, а на границе всего нужнее воины. Пока я буду просто рыцарем, которого ты взял к себе на службу. Время от времени ты станешь посылать меня куда-нибудь с поручениями. Ну и, конечно, если возникнет нужда, я приму участие в сражении рядом с тобой…
 – Я не сомневаюсь, что ты прекрасный рыцарь, – покачал головой сэр Эктор, – Я ведь видел тебя в деле, но предпочел бы для тебя роль побезопаснее.
 – А эта и есть самая безопасная.
 – Пусть будет так. Я еще не обезумел, чтобы спорить с тобой, Мерлин. Место тут действительно тревожное. В любой момент могут напасть скотты или пикты.
 – Пикты пока не нападут, а скотты появятся через восемь дней.
 – Вот как? – пробормотал сэр Эктор, многозначительно посмотрев на мага. – Значит, пикты не нападут?
 – Пикты нападут потом.
 – А вот теперь все понятно, – только и сказал барон.
 – Что тебе понятно? – рассмеялся Мерлин.
 – Что через восемь дней нападут скотты, а пикты – только потом. Ну, скажи мне, с какой стати я буду забивать себе голову этой ерундой, если ты знаешь не только о последовательности набегов, но и их сроки? Вот когда нападут, тогда мы их разобьем.
 – Все правильно, – согласился с рассудительным бароном маг.
   Затем Мерлин переоделся. Сэр Эктор предоставил своей челяди нового рыцаря и повел его осматривать замок: Мерлин сразу оценил достоинства выбранного им воспитателя для будущего короля. Эктор хорошо разбирался в военном искусстве. Каердубаль был ладно перестроен и надежно укреплен. В нем хозяин разместил все, что необходимо и для долгой осады, и для отражения штурма. Все было также предусмотрено и на случай внезапной вылазки.
   Но более всего порадовало Мерлина отношение челяди к своему господину. Эктора любили. Чародей почувствовал это сразу.  Впрочем, любовь в замке была взаимной. За суровостью и насмешливостью сэра Эктора скрывалась забота и об испытанных воинах, бок о бок с которыми он отбивал набеги скоттов, и о старой кухарке, чистящей овощи для рыцарского стола. Население замка ощущало эту заботу и платило хозяину неподдельной преданностью.
   Мерлин отметил и поведение привратника, видевшего его в одежде бродяги, но не высказавшего ни малейшего удивления, когда сэр Эктор представил ему этого же человека в рыцарском облачении. Не почувствовал маг и ревности у старых соратников барона, несомненно, заметивших, каким расположением хозяина пользуется только что прибывший в Каердубаль рыцарь. Люди безоговорочно доверяли сэру Эктору и умели держать язык за зубами.  
   Чародею понравилось, как в замке заботились о детях: маленькие Артур и Кей находились под должным надзором, но ничто не указывало на привилегированное положение одного из младенцев или связанную с ним тайну. Сам сэр Эктор появлялся рядом с малышами чаще, чем того требовали естественные чувства заботливого отца. Каердубаль жил обычной размеренной жизнью, быть может, несколько более настороженной, как полагалось в пограничных владениях.
   Семь дней прожил под гостеприимным кровом королевский маг, не испытывая ни скуки, ни беспокойства. На восьмой день утром он застал барона рассматривающим свои боевые доспехи и оружие. Во дворе без лишней суеты оруженосцы и конюхи помогали вассалам сэра Эктора подготовиться к выезду из замка. Порасспросив слуг, Мерлин выяснил, что еще накануне был назначен осмотр ленных владений рыцарским отрядом. Чародей улыбнулся и прислушался. У стен твердыни трубил рог. Со скрипом опустился подъемный мост, а затем поднялась органка. Мерлин облачился в доспехи и приказал подвести коня.
   Когда же к магу подъехал сэр Эктор, Мерлин уже знал, что рыцарям предстоит не дозорный выезд, а сражение.
 – Ты прав, друг мой, – весело крикнул барон, остерегаясь назвать чародея по имени, – первыми напали скотты. Возьмешь ли ты копье?
   Получив утвердительный ответ, сэр Эктор опустил забрало и поскакал к воротам. Маг последовал за ним. Рыцари быстро миновали подъемный мост и, сопровождаемые оруженосцами и отрядом лучников, вытянулись по дороге, извивавшейся среди мощных, покрытых лишайниками камней. Впереди скакал сэр Эктор и гонец, возвестивший о нападении скоттов.
   Отряд миновал рощу, обогнул озеро, затем другое, пересек вброд небольшую речку, спустился в лощину, где к нему присоединились рыцари из разъездных дозоров, постоянно контролировавших границу. Сэр Эктор придержал своего коня и вступил с ними в беседу. Выяснив все, что могло ему помочь в предстоящей схватке, он жестом подозвал Мэрлина, никак не проявлявшего до этого желания присоединиться к беседовавшим.
 – Противник за тем холмом, – указал барон на покрытую туманом скалу, – это большой отряд пеших разбойников, вооруженных пращами, луками и короткими мечами. Наибольшая опасность будет грозить нам в момент атаки. Берегите голову, мой друг. Стрелой они вряд ли достанут вас на скаку, а вот камни в этом краю тяжелы и остры. Наше спасение в стремительности. Мы должны успеть разогнаться. К счастью, дорога здесь хорошая, а за холмом – луг, чрезвычайно удобный для конной атаки. Постарайтесь держаться рядом со мной.
   Мерлин кивнул головой. После этого оба рыцаря взяли из рук оруженосцев копья и укрепили их на фокрах. Сэр Эктор перетянул со спины на грудь щит. Мерлин последовал его примеру. Их оруженосцы взяли пики наперевес, готовясь поддержать своих синьоров в предстоящей битве.
 – Вперед! – скомандовал барон, давая шпоры своему скакуну.
   За ним устремился Мерлин. Стараясь держаться с Эктором стремя в стремя, поскольку дорога позволяла это. Вначале пришлось преодолеть небольшой подъем. Закованные в броню лошади шли тяжело, но когда всадники начали огибать холм, дорога плавно пошла вниз и мощные боевые кони начали набирать скорость.
   Перед глазами Мерлина раскинулся широкий луг, на противоположной стороне которого еще вились дымки от поспешно залитых костров. Скотты также не пренебрегли мерами предосторожности и, предупрежденные высланными вперед лазутчиками, приготовились встретить бриттов.
   Сэр Эктор направил своего скакуна в поле. Медленно опуская боевое копье, он пригнулся к луке седла. Мерлин старался не отставать от барона. Он видел, как рыцари Эктора веером рассыпаются по лугу слева и справа от своего сеньора. Тяжелый храп коней и топот их копыт слились в протяжный гул, предшествующий боевой схватке. Затем над полем взметнулся военный клич скоттов, и в воздухе потемнело от града камней. Над ухом Мерлина свистнула пролетевшая стрела, по щиту царапнул камень, но конь его стремительно летел вперед, приближая своего седока к колышущемуся строю скоттов, выставивших вперед копья в тщетной попытке остановить накатывающуюся на них волну закованных в броню бриттов.
   Скоттов было несравнимо больше, но щиты их, обтянутые кожей, были не прочны, а копья коротки. Мерлин увернулся от брошенного в него дротика и направил свое копье в щит угрюмого воина, вставшего на его пути. С хрустом наконечник распорол щит, копье мага напряглось и спружинило. Седобородый скотт неестественно раскинул руки и, взлетев в воздух, тяжело рухнул на спину.
   Следующего противника Мерлин не успел достать оружием и смял его ударом могучей груди своего скакуна. Третий попытался увернуться от копья чародея, и маг, стремясь не дать врагу уйти от удара, слишком низко опустил свое оружие.
Скотт оказался пригвожденным к земле, но от удара копье с хрустом переломилось.
   Рядом с Мерлином немедленно оказался широкоплечий богатырь, направивший свой меч сбоку под панцырь чародея. Однако ярость, горевшая в его глазах, внезапно погасла, сменившись на мгновение почти детским изумлением. На губах его выступила кровь, а из горла вырвался хрип. Это оруженосец Мерлина всадил ему между лопаток свою пику.
   Ловкий удар оруженосца позволил магу обнажить меч. Теперь Мерлин спешил на подмогу своему оруженосцу, на которого насели сразу три противника, пытаясь стащить юношу с седла. Инген взлетел в воздух и, сверкнув на солнце, молнией упал вниз, затем Мерлин нанес второму скотту колющий удар снизу. Третьего зарубил сам оруженосец.
   Рядом раздался нечеловеческий крик. Мерлин оглянулся. Сэр Эктор, держа в одной руке свой меч Фэбарбейм, а в другой – боевую секиру, крушил врагов, стремясь оттеснить их от рыцаря, придавленного бившейся в агонии лошадью. Маг выкрикнул приказ своему оруженосцу и бросился на помощь сэру Эктору. Вдвоем они отбили скоттов, а в это время ловкий юноша, выполняя распоряжение своего господина, помог поврежденному рыцарю. К счастью, тот оказался невредим. Оруженосец уступил ему своего коня, а сам бросился ловить мечущегося по полю без всадника скакуна.
   Сражение подходило к концу. Выучка и боевое снаряжение бриттов свели на нет численное превосходство скоттов. Противник дрогнул и побежал. Немедленно из за  спин рыцарей выехали лучники и пращники сэра Эктора метнувшие вслед отступающим тучи стрел и камней. Отряд скоттов таял на глазах. Но некоторым удалось скрыться за тяжелыми камнями, между которыми пролегла дорога в Скоттию.
   Бритты собрались вокруг своего предводителя, и в это время Мэрлин увидел на дороге облаченную в боевые доспехи Бадб, копьем указывающую в сторону Скоттии. Мэрлин, ни слова не говоря, дал шпоры своему уставшему коню. Эктор удивленно взглянул на чародея, но тут же отдал приказ преследовать противника и опустил забрало. Рыцари последовали за магом.
   Через некоторое время Мерлин услышал тяжелый топот: сэр Эктор догонял королевского чародея.
 – Сейчас будет река. Должны ли мы перейти границу? – прогудел он из-под забрала.
 – Да, – крикнул Мерлин, – мы должны преподать им урок!
   Скоро перед ними открылась река с перекинутым через нее мостом, сработанным еще римлянами. По мосту тянулись отступающие скотты. Вопль ужаса эхом отразился в скалах, когда они увидели настигающий их отряд. Вновь вперед выступили лучники барона, а затем по мосту прогремели копыта рыцарских скаку-нов, разбрасывающих в стороны и подминавших под себя, не успевших уйти от преследования скоттов.
   Родная земля не помогла последним из оставшихся в живых, после первого сражения, воинам. В короткой схватке, разгоревшейся уже на вражеском берегу, бритты довершили разгром противника и двинулись дальше.
   Еще через некоторое время они въехали в небольшое селение, где женщины и дети с нетерпением ждали вестей от ушедших в набег воинов. К своему ужасу, они увидели лишь их победителей, медленно проезжавших мимо хижин на усталых лошадях.
   Слепой старец-друид вышел навстречу бриттам, ведомый мальчиком-поводырем, и бесстрашно встал посреди дороги. Мерлин бросил поводья оруженосцу и, спешившись, подошел к жрецу.
 – Все убиты? – тихо спросил старец.
   Мерлин увидел, как из его незрячих глаз покатились слезы.
 – Мы не звали их на свою землю, – твердо произнес маг.
 – Я отговаривал их, – кивнул головой друид, а сейчас за глупость и жадность мужчин предстоит расплачиваться женщинам и детям.
 – Возможно, – сухо ответил Мерлин.
 – Вы убьете всех или только сожжете селение? – поинтересовался друид.
 – Дым пожарища может привлечь вражеских воинов, – уклончиво сказал маг.
 – Рядом нет воинов. Лишь за лесом стоит небольшой отряд юношей, еще ни разу не участвовавших в битвах.
 – Что же они там делают?
 – Они ждут известий об успехах тех, кто пал от вашего оружия, чтобы присоединиться к ним, если ваша мощь окажется сломленной. Это юноши из знатных родов, и их решили уберечь от первой, самой жестокой схватки.
 – Вот как? – задумался Мерлин и, помолчав, сказал. – Нам не нужна ваша кровь. Нам нужен мир. Мы разбили ваших воинов, но некоторые из них еще живы и корчатся от ран на нашей земле. Пошли кого-нибудь за ними.
 – Что ты задумал? – с тревогой спросил друид.
 – Мы не станем жечь ваше селение, не тронем ваших женщин, детей, стариков. Но отряд юношей, стоящий за лесом, возьмем в плен и отведем на наши земли. Они будут заложниками. Если скотты вновь перейдут границу не с товарами для торговли, а с боевым оружием, первой прольется кровь этих благородных мальчиков. Но прочный мир сохранит им жизни, а я обещаю тебе, что обращаться с ними будут с должным почтением, соответствующим их происхождению.
 – Можно ли тебе верить?
 – А у тебя нет другого выхода, – холодно бросил Мерлин.
   Он немедленно сообщил сэру Эктору все, что узнал от друида, и рыцарь, многозначительно покачав головой, в который раз подивился мудрости и находчивости Королевского чародея. Осталось лишь осуществить задуманное.
   Бросок бриттов через лес был стремительным и внезапным. Несколько опытных воинов, оставленных с юношами, не успели даже понять, что произошло. Они мгновенно были обезоружены и связаны.
   Дав отдых измученным лошадям и утолив голод, в захваченном селении, бритты двинулись в обратный путь. Навстречу им тянулась печальная вереница грубых повозок, на которых стонали раненые скотты. Однако более печальная картина предстала перед их взорами у моста, разделяющего земли бриттов и скоттов: навстречу им катились повозки, из которых не раздавалось ни звука, хотя они и были нагружены телами скоттов. В этих повозках везли убитых, чтобы похоронить их в родной земле.
   Длинный день подходил к концу. Солнце скрылось за горизонтом. Лошади тяжело ступали по вечерней росе. Из леса послышался охотничий клич вышедших на добычу волков.