Книга Мерлина

Сказание тринадцатое

о смерти герцога Родарха; о новом приступе безумия,
поразившем чародея Мерлина; о том, как верный Тельгесин
искал своего учителя и нашел его в замке леди Гвендолоены,
где свадебный пир обернулся тризной, и о том,
как Тельгесин излечил Мерлина

   Небо уже начало светлеть, когда Мерлин добрался до замка повелителя кумбров. Его поразил перекинутый через ров подъемный мост и отсутствие стражи у ворот замка. Беспрепятственно прошел он внутрь. Здесь пылали факелы, и множество молчаливых людей неторопливо двигались по двору, входя и выходя из центральной башни.
   Предчувствуя недоброе, маг прошел во внутренние покои. В центральной зале на дубовом столе лежало тело герцога Родарха, а его супруга Ганеида безутешно рыдала у скорбного ложа. Суровые воины подходили попрощаться со своим повелителем. Угрюмый священник, стоя у изголовья усопшего, бормотал молитвы.
   Мерлин подошел к мертвому другу и с грустью посмотрел на него. Только теперь он обратил внимание на то, что герцог был невысок и хрупок сложением. Чародей вздохнул, вспомнив, с каким достоинством принимал гостей Родарх, как величественна была его осанка и сколь неукротим был он в битвах. Вспомнил он и заботу, которой окружал его повелитель кумбров в замке, и долгие беседы с ним.
   Маг посмотрел на свою сестру. Ганеида подняла заплаканные глаза, но, не узнав брата, вновь предалась своему горю. Отозвав в сторону одного из вассалов
 герцога, чародей спросил его о причинах смерти Родарха.
   Не скрывая скорби, рыцарь поведал Мерлину о вторжении в Кумбанию  огромной армии скоттов и о том, как Родарх выехал им навстречу со своей дружиной.
   С возмущением рассказал он о предательстве вассалов герцога, заключивших союз с нападавшими. Не получив подмоги, Родарх, тем не менее, вступил в бой и бился отменно, зарубив самолично короля скоттов и многих его воинов. Кумбрам удалось выбить нападавших из своей земли, но раны, полученные герцогом в сражении, оказались смертельными. В замок его доставили на носилках, и здесь он скончался на руках безутешной Ганеиды.
   С трудом дослушав до конца речь рыцаря, Мерлин поблагодарил его за рассказ, повернулся и быстро покинул замок. В сердце его вновь заклокотала ярость. Невольно маг возвращался к мысли о неблагодарности и жестокости людей, не умеющих ценить благородства и снедомых завистью. Кровь фомора отравляла его разум.
   Едва успев добежать до опушки Калидонского леса, Мерлин отшвырнул свой магический посох, по-волчьи завыл и метнулся в чащу. Он поймал и растерзал зазевавшего зайца, метнул палку в какую-то птицу и, наконец, совершенно обессиленный, упал в заросли папоротника и уснул.
   Прошло два дня. Утром третьего дня лес наполнился множеством голосов, призывавших Мерлина. Благородная Ганеида после похорон супруга вдруг вспомнила пристальный взгляд бродяги, оказавшегося рядом с ней у тела герцога. Когда же сенешаль замка поведал ей о расспросах и поспешном исчезновении незнакомца, леди поняла, что это ее брат приходил к ним за помощью, но не решился отвлечь ее в минуту скорби. Герцогиня немедленно отправила своих людей на его поиски.
   Вассалы Ганеиды обыскали весь лес, перепугав зверей и разбойников, укрывавшихся в густой чаще. Люди герцогини нашли шалаш чародея и оставили в нем несколько человек, надеясь, что рано или поздно маг посетит это скромное жилище. Но ожидания их были напрасны. Время шло, выпал снег, но на нем не появилось ни одного человеческого следа, кроме тех, что оставляли разыскивающие Мерлина.
   Как-то утром к Ганеиде привели мальчика-пастушонка. Содрогаясь от ужаса, юный виллан рассказал герцогине, как на стадо овец в загоне напал какой-то обросший шерстью получеловек-полузверь, выкрикивавший что-то на неизвестном мальчику языке. Пастушонок уже собирался позвать на помощь своего отца, но тут на его глазах овцы превратились в зайцев, а нападающий в огромного филина. Филин начал гонять выскочивших из загона зайцев по полю, закогтил одного из них и унес в сторону Скоттии.
   Услышав это сообщение, Ганеида смахнула слезу и, к изумлению мальчика, не только не усомнилась в его рассказе, но дала ему целый эстерлин. Это было печальное, но единственное известие о Мерлине.
   Исчезновение Королевского чародея не на шутку встревожило и Утера Пендрагона. Теперь по дорогам Британии разыскивали мага не только соглядатаи короля Лота. Люди Удьфиуса Риккардокского, преданные вассалы корнубийского герцога Кадора и слуги королевы Игрейны не менее тщательно обшаривали различные области Британии, впрочем, столь же безуспешно, сколь старательно.
   Из Арморики был вызван Тельгесин. Когда ученик мага ступил на родную землю, минуло больше года с того дня, когда Ганеида получила последнее известие о своем брате. Рассказ пастушонка оставался единственным слабым указанием на причину исчезновения чародея.
   Тельгесин поспешил в пещеру на горе Эрир. Здесь он впервые в своей жизни самостоятельно попытался вызвать сидов. На его призыв откликнулась Бригантия. Она рассказала молодому магу о великой битве сидов с фоморами у стен Каердубаля, об ошибке увлекшегося преследованием противника Нуаду, пропустившего к замку самого могучего из фоморов Эохо Эхкенда, о подвиге Мерлина, поразившего своего отца ради спасения Артура. Поведала она и о гневе Ллеу, из рук которого во время сражения вдруг исчезло волшебное копье Ассала.
 – Значит, светлый Ллеу доселе сердин на моего учителя? – с тревогой спросил Тельгесин.
 – С чего ты взял? – удивилась Бригантия. – Ллеу справедлив и мудр. Он воздал должное великому подвигу Мерлина, назвав его своим братом.
 – И тем не менее позволил своему брату скитаться в дремучих лесах, вместо того, чтобы помочь ему, – с горечью заметил юноша.
 – Сколь неразумны люди! – возмутилась Бригантия, но, тем не менее, начала терпеливо объяснять Тельгесину. – Нет, Тельгесин, сидам небезразлична судьба твоего учителя. Но для нас местонахождение – такая же тайна, как и для тебя.
   Может ли это быть?
 – Сознательно или нет, но Мерлин прячется и от людей, и от сидов. Чтобы поразить своего отца, он на время обратился в фомора и ощутил силу зла, скрывающегося в крови демона. Но на своего отца он поднял руку ради людей. Человек и демон начали в нем борьбу за обладание и душой и телом. Своим магическим заклинанием Мерлин сам помог возобладать демону. Опасаясь, что эта борьба разорвет его, он, как мне думается, решил обратиться взверя, чтобы яд фомора выплеснулся в инстинкт хищника. Сейчас Мерлин не человек, не сид, но и не зверь. Он какое-то совершенно особое существо. Поэтому мы и не можем найти его. Шиэ разыскивает его, носясь по Британии, Манавидан ежедневно осматривает все побережье, Мелт освещает своими молниями все, что покажется подозрительным Щиэ ночью. Тевтат выглядывает из каждого ручейка, надеясь, что Мерлин подойдет туда напиться. Но твой учитель неузнаваем.
 – Не мог ли он погибнуть в этом обличии?
 – Нет, – твердо сказала великая Сида. – В царстве мертвых его нет. Это единственное, в чем можно быть уверенным. Мерлин жив и находится на Британских островах.
 – Тогда я найду его, - решительно пообещал Тельгесин.
 – Мы будем помогать тебе, – улыбнулась Бригантия.
   И Тельгесин приступил к поискам Мерлина. Он посетил замок Ганеиды и сам расспросил пастушонка. На опушке Калидонского леса в кустах Тельгесин нашел магический жезл чародея. Он осмотрел лес и шалаш, который приготовил для себя Мерлин, но куда он не вернулся после посещения замка Родарха.
   Год продолжались бесплодные поиски в чащах Калидонского леса. Затем Тельгесин, захватив с собой жезл и плащ чародея, осторожно перенес свои поиски в окрестности Каердубаля, в глубине души не веря, что его учитель мог оставить маленького Артура без надзора. Но и здесь ничего не указывало на присутствие мага. Опасаясь привлечь к замку соглядотаев Лота, Тельгесин двинулся на юг.
   Он бродил вокруг Лондона, возвращался к горе Эрир, несколько раз пересекал Кантию и Корнубию, неоднократно меняя маршрут, поскольку неугомонный Шиэ постоянно сообщал ему обо всем, что казалось подозрительным вездесущему сиду.
   Проходили годы. Тельгесин уже ничем не напоминал того мальчика, который в мрачной пещере ждал пробуждения чародея. Он возмужал и набрался опыта. Бесконечные странствия укрепили его дух и тело. Многочисленные беседы с людьми расширили его познания, а общение с сидами раскрыло ему тайны природы.
   Но сам он упорнр называл себя учеником и пажом Мерлина, ни на секунду не забывая о целях своих странствий, ни разу не помыслив об отказе службы своему господину. Тельгесин понимал, что он сам всего-навсего опытный чародей, сведущий в своей науке. Мерлин же был единственным в своем роде. Никогда не смог бы ученик Мерлина совершить то, что совершил маг в ночь смерти герцога Горлоя и потом под стенами Каердубаля.
   Два великих чуда были дарованы бриттам: Мерлин и Артур. И были связаны они звездными нитями. Всякий, кто пытался бы порвать эти нити, совершил бы страшное преступление. Но любой, охраняющий эту связь, становился героем. Тельгесин верил в свое предназначение и, не позволяя отчаянию войти в сердце, продолжал поиски. День за днем, от селения к селению, от замка к замку среди людей, животных и растений искал молодой человек своего хозяина.
   Однажды в своих странствиях он забрел в замок Роадан, принадлежавший леди Гвендолоене. Хозяйка замка, узнав, что ее посетил паж Мерлина, радушно приняла Тельгесина и после долгой беседы сообщила ему, что выходит замуж за благородного и знатного рыцаря, поскольку давно уже убедилась в безразличии к ней
Мерлина.
 – Сердце мое до сих пор трепещет при воспоминании о моем бывшем супруге. Но он забыл меня и ни разу не послал мне ни одной весточки о себе. Я надеюсь, что новое замужество хоть немного скрасит боль утраты.
 – Ах, леди, - покачал головой Тельгесин, - кто хоть раз столкнулся с Мерлином, уже никогда не забудет его, а кто имел великое счастье полюбить его, тот никогда не сможет избавиться от этого чувства.
 – Вы правы, друг мой, - задумчиво промолвила леди Гвендолоена. – В Калидонском лесу он называл себя безумным, а я не могла его понять. На самом деле безумной была я, когда посчитала себя равной ему в знании жизни. Но втройне безумной была я, решившись уйти от него и надеясь на излечение от любовной страсти. Сейчас я ищу в замужестве не любви, а покоя. Кроме того, мой долг – дать моим вассалам надежного защитника. Клянусь, я ждала Мерлина и готова была убежать за ним хоть на край света. Вы ведь тоже мой друг?
 – Я не жду, я ищу его, леди! – сурово ответил Тельгесин.
   леди Гвендолоена опустила голову. Воцарилось молчание, и Тельгесин хотел уже покинуть замок, но вошел сенешаль и попросил хозяйку замка принять какого-то виллана, имеющего, по его словам. Важное сообщение, хотя он заранее извиняется за его странную форму.
   Скрывая удивление, леди приказала привести к ней виллана, жестом показав молодому чародею, что она хотела бы вести переговоры в его присутствии.
   В залу вошел пожилой человек, нервно теребивший в руках шапку. На лице его сохранились следы недавно пережитого испуга. Низко поклонившись хозяйке замка, он начал с долгих и маловразумительных извинений за то, что нарушил ее покой, ссылаясь при этом на данное кому-то обещание. При этом он еще порывался принести свои поздравления леди в связи с предстоящим замужеством.
   Терпение Гвендолоены лопнуло. Она прервала виллана, но, взяв себя в руки, попыталась успокоить его. Ей это удалось. Убедившись, что синьора не намерена наказывать его, он поведал удивительную историю.
   По словам виллана, он со своими приятелями утром обсуждал предстоящую свадьбу. И он и его собеседник дружно превозносили красоту и справедливость сеньоры (в этом месте своего рассказа виллан вновь церемонно начал раскланиваться перед Гвендолоеной). Увлеченные беседой, они не заметили, как с дерева к ним спустилось странное существо, густо обросшее шерстью, – не то одичавший человек, не то какой-то невиданный зверь. Это существо принялось расспрашивать о леди. Правда, вначале вилланы, испугавшись, попытались убежать, но их собеседник проявил чудовищную силу и сноровку, удержав их на месте. Говорил же он вполне понятно и разумно. Получив ответы на интересовавшие его вопросы, он приказал рассказчику (тут виллан снова поклонился) пойти в замок и передать госпоже, что он помнит свое обещание прислать ей свадебные подарки.  Он велел также напомнить, что жених леди ни в коем случае не должен попадаться ему на глаза, иначе произойдет большое несчастье.
   Едва виллан закончил свое повествование, Тельгесин взглядом показал Гвендолоене, что не следует называть имени странного существа. Поэтому леди, сунув в руку рассказчика монету и пригласив его на свадьбу, быстро выпроводила его из покоев, накрепко замкнув двери, чтобы остаться вдвоем с молодым чародеем.
 – Это Мерлин, – вскричала она, не в силах более сдерживать обуревавшие ее чувства.
 – Несомненно, – кивнул головой Тельгесин.
 – Значит я увижу его.
 – Да, леди! Но передайте своему будущему супругу предостережение моего учителя, ибо никогда и ничего не говорит он понапрасну. Как бы ни был смел и любопытен ваш избранник, пусть смирит себя, хотя бы повинуясь вашей воле.
 – Я позабочусь об этом, – пообещала Гвендолоена.
 – Позвольте мне остаться в вашем замке и понаблюдать за появлением моего учителя.
 – Ты мой гость, Тельгесин, - просто ответила дама.
 – И еще одна просьба. Прикажите немедленно проводить меня на верхнюю площадку одной из башен вашего замка и оставить там одного.
   Гвендолоена позвала слуг, приказав им выполнить любое распоряжение Тельгесина и не присматривать за ним.
   Оказавшись в полном одиночестве на верхней площадке центральной башни, Тельгесин сотворил заклинание, и перед ним немедленно предстала Бригантия. Сида  искренне обрадовалась известию об ожидаемом появлении Мерлина. Тут же было решено, что ученик мага не станет появляться перед своим учителем в замке, если тот решиться самолично доставить свадебные дары леди Гвендолоене, как того требовал старый обычай. Но Шиэ, вездесущий Шиэ проследит за Мерлином в момент передачи даров, а затем  будет держать его постоянно под своим наблюденим и попытается обнаружить его убежище. В это время сиды решат, как поступить наилучшим образом, чтобы излечить великого чародея.
   Теперь оставалось только ждать. И вот наступил день бракосочетания леди Гвендолоены. С самого раннего утра замок зажил той суетливой жизнью, в которую обычно погружаются люди в дни редких по своей значимости событий. Хозяйка замка, обремененная многочисленными заботами, казалось, совсем забыла о возможности появления своего первого супруга. Тельгесин же, из предосторожности не решившийся спуститься во двор, приник к бойнице башни, наблюдая за въездными воротами.

   Около полудня за стенами замка послышался сильный шум, который, постоянно наростая, приближался к резиденции леди Гвендолоены. Привратник , покинув свой пост, побежал к своей хозяйке, усиленно жестикулируя. Он явно был чем-то взволнован. Его сообщение не оставило леди равнодушной. Быстро взглянув в сторону бойницы, за которой скрывался Тельгесин, она что-то приказала привратнику, и тот, со сдержанным неодобрением покачав головой, вернулся на свой пост. Молодой маг ощутил, как по его телу от нетерпения пробежала дрожь. Он видел, что леди Гвендолоена осталась стоять посреди двора, ожидая появления какого-то значительного гостя.
   Но вот ворота замка распахнулись, органка поднялась, и во двор шумным потоком ворвалось стадо зверей: олени, вепри, туры, медведи, зайцы, еноты, барсуки, волки и прочая лесная живность. Они покорно ложились у ног леди. На спинах оленей были корзины с ягодами, фруктами и кореньями, связки ароматических и личебных трав, мешки орехов. Звери поменьше, подбегая к Гвендолоне, раскрывали свои пасти и клали перед ней по драгоценному камню. Два огромных медведя подтащили к ее ногам большой сундук и откинули его крышку. Сундук был набит золотом.
   Наконец из ворот выступил белоснежный олень, на спине которого сидело странное существо. Невозможно было определить, то ли это человек, закутанный в звериные шкуры, несчастный и небритый, то ли это покрытый шерстью зверь, оседлавший другого зверя.
   Слезы навернулись на глаза Тельгесина, когда он увидел, в каком состоянии находится его господин.
   Животные во дворе замка уже успокоились и покорно лежали, как бы ожидая дальнейших приказаний своего повелителя. Лишь белоснежный олень с благородным изяществом шествовал навстречу Гвендолоене. Затем и он остановился, преклонив колени. Сидящий на нем Мерлин долгим взглядом посмотрел в глаза хозяйки замка и наконец произнес глуховатым голосом, но ясно и отчетливо:
 – Приветствую тебя, леди! Я пришел, как и обещал, с богатыми дарами. Все, что ты видишь перед собой, - твое: и золото, и драгоценные камни, и звериные меха, и мясо этих животных. Прикажи своим слугам отвести их в стойла и в клетки. Ни одно из этих животных не посмеет убежать, эти звери никого не укусят, не напугают и не поцарапают в этом замке. Думаю, ни одна невеста не получала к своей свадьбе таких подарков. Но ведь и ты – не простая невеста. Кстати, ты стала еще прекраснее, и я рад этому. Тебе теперь осталось совсем немного: стать счастливой. Попытайся же, но не промахнись вторично. Лучники утверждают, что вторая стрела ложится ближе к цели, но это у слабого стрелка, у сильного же – наоборот. Мне бы хотелось видеть тебя счастливой.
   Мерлин замолчал.
   Некоторое время молчала и Гвендолоена, не находя слов и борясь с охватившим ее волнением.
 – Я надеюсь, ты почтишь своим присутствием мой свадебный пир, – наконец промолвила она, – дары твои необычны, несметны и прекрасны. Но самым драгоценным подарком для меня стало бы твое присутствие за моим столом. Неужели ты не разделишь моей радости в этот день?
 – Не проси меня об этом, Гвендолоена. Я уже обо всем честно предупредил тебя, – чародей недобро усмехнулся. – Ведь ты же не хочешь, чтобы брачный пир обернулся тризной? Помнишь, ты не раз и упрекала меня в страсти к превращениям и называла оборотнем? Я совсем не изменился, разве что стал еще опаснее.
 – Что проку вспоминать прошлое, Мерлин, – грустно отозвалась леди. – Я многое могла бы рассказать тебе. Мне жаль, что ты уходишь, не поговорив со мной. Многие годы мечтала я об этой беседе. Чио ж, даже это не суждено мне. Скажи мне что-нибудь, Мерлин!
 – Будь по-твоему, – кивнул своей косматой головой маг. – Прими же мой прощальный дар. Согласна ли ты принять от меня в подарок канцону?
 – Я не забыла, что ты еще и бард, с радостью приму я от тебя твой дар, щедрый Мерлин.
   В руках чародея немедленно по струны, явилась рота, и он, перебирая ее струны, запел сильным и звучным голосом так, что челядь в замке побросала все свои дела.
Леди, вы красой своею
Укротить сумели зверя!
А теперь – легко ль, не веря,
Сделать то, что я посмею.