Книга отражений. Настоящее и прошлое

Глава 13

Полосатый Призрак перевоплощаться не стал. Зачем? В человеческом облике истинные оборотни тоже обладают чудовищной силой. Может, в этом было еще и презрение ко мне – не стоит прилагать особых усилий для битвы с нестоящим противником.

– А ты не боишься! – теперь в его голосе звучало истинное удивление.

– А что, надо?

Услышав насмешку, он прищурил глаза и усмехнулся. И прыгнул. С места, через одно биение сердца, адовым вихрем. Он был быстрее всех знакомых мне тигров. Быстрее Мигеля. Но не быстрее движения.

Смятой бумагой Призрак прокатился через комнату и с треском вломился в стену. Вниз полетели кнуты и клещи, посыпалась пыль. Все застыли: Мигель у возвышения, неприятно изумленный Онорио с рукой, которую он не успел поднять, оборотни. Только Винсент и Эдриан продолжали стоять друг напротив друга. Я успела бросить взгляд в их сторону и замерла: крови на рубашке Эдриана было больше. Она стекала струйкой, и вокруг его ног набралось уже небольшое озерко. И тут ад сорвался с цепи.

Повинуясь неслышному приказу, Серый Демон и Мертвая Голова рванулись к Мартину и Мигелю. Через секунду образовался рычащий клубок, полетели ошметки одежды и плоти. Через мгновение туда, как в воду нырнули Вишез и другие оборотни. Я успела только открыть канал и перебросить энергию Эдриану и Мигелю, услышала их мысли, но осознать не успела: Полосатый Призрак не только двигался, но и восстанавливался с невероятной быстротой.

Время застыло. Времени было море. Времени не было совсем. В последнюю секунду, уже ощущая его жаркое дыхание, я набросила на оборотня черную пляску и отскочила назад. Призрак рухнул на пол и забился в судорогах. Черная пляска проникает в каждую клеточку организма и заставляет ее вибрировать, плясать. Мышцы, кости, органы получают сотни противоречащих приказов, нервы сходят с ума. Полосатый Призрак пытался бороться, даже начал перекидываться. Потом он закричал. И кричал, извиваясь у моих ног, глядя мне прямо в глаза. Сопротивляемость у него была потрясающей: он не терял сознания.

Я обернулась к магу.

– Отлично, стерва! – его голос походил на шипение разъяренной змеи. – Посмотрим, что ты сделаешь против меня!

– Сначала ответь на мой вызов. Или ты не помнишь, как пытался меня убить? – спокойные слова Гвизефора были для меня звуком разорвавшейся бомбы.

Он встал передо мной, невозмутимый, уверенный, хладнокровный.

– Отлично! Ты сам, глупец, идешь в мои руки. О, я вижу, ты мне принес второй меч! Alyeved Ferhart, если не ошибаюсь? Знаменитый Солнечный Близнец?

Гвизефор не ответил, но его лицо преобразилось: так мог бы смотреть бог гнева и мести, если бы существовал в сидхейском пантеоне. Те же нотки гнева мне послышались и в пении меча, рассекавшего воздух.

Небрежно, словно отмахиваясь, Онорио встряхнул рукой. Ловким, невыразимо быстрым движением Гвизефор поймал на лезвие меча белую змейку разряда. Обратное движение меча – и заклятие улетело в стену.

– Смотри-ка, подготовился! А вот так? – и маг одно за другим метнул еще три заклятья белой смерти.

Это был танец. Гибкий, ловкий, как пантера, Гвизефор с мечом, казавшимся естественным продолжением руки, и преобразившийся в воина Онорио, с лица которого слетели остатки добродушной маски. Гвизефор был явно опытнее и сильнее, но что-то мешало мне бросить роль зрителя и поспешить на помощь оборотням. Я чувствовала подвох.

Стоило мне чуть отвлечься, как все случилось с непоправимой быстротой сходящей с гор лавины. Резко сменив тактику, Гвизефор бросил очередной разряд в лицо магу. Меч обратным движением пошел вниз, опускаясь на поднятую защитным жестом руку Онорио. Я почти видела, как лезвие проходит сквозь ее плоть и кости, рассекая голову, но, вывернувшись змеиным движением, маг схватил лезвие меча рукой. И тут же пустил по нему веточку заклятья. Гвизефор рухнул на колени, оглушенный, но не выпустил меча.

– Черт, жжется, – брезгливо отпуская меч, проговорил Онорио. – Простенько и красиво, а, Линда? Всего-то рука-меч, прием, который осваивается чуть ли не на первом году обучения. Но-но, стой на месте!

Я шагнула вперед, зная, что должна помешать ему. Танец продолжался.

– Это даже интересней, чем я себе представлял, – сказал Онорио, упругими шагами обходя меня по кругу. Я не отставала от него. Мы обходили друг друга, не сводя глаз, прокачивая защиту.

– Ты ведь не узнала меня, а, Линда? Тогда, семь лет назад, ты мне чертовски помешала. Зачем тебя понесло в парк? Зачем ты вмешалась, куда тебя не просили?

– Что у тебя за счеты с сидхе?

– Любопытная, да? Общаешься с сидхе и ничего о них не знаешь? В их стиле. Мне нужно их оружие. Кстати, кинжальчик-то мой. Когда я разделаюсь с тобой, ты мне скажешь, куда его дела.

– Оружие сидхе не терпит чужих рук.

– Знаток, да? А я не собираюсь с кем-то сражаться сидхейским оружием. Мне нужна их магия. Знаешь, для чего? Вот, например, для этого!

Вспышкой шаровой молнии надо мной раскрылся трехлепестковый цветок и мягко упал на меня, пытаясь окутать. Заклятие гнилого тумана, еще одна мерзопакостная штучка из арсенала чернокнижников. Наткнувшись на защиту, оно попыталось ее растворить, но не смогло и едкими каплями стекло в землю.

Онорио отступил, и на его лице впервые проявилась обеспокоенность. Я не собиралась давать ему время для размышлений. Ледяным ветром от меня к нему рванулось движение.

– Дрянь! Меня моим же заклятием! – крикнул маг, увидев, как хищно нацелилась на него зеленая сеть глухого невода.

Из его рук рванулись струйки голубого дыма, окутали сеть.

– Силы тебе не занимать, но в мастерстве ты… – начал с презрением говорить мне Онорио. Но не договорил.

Глухой невод впитал в себя дым рассеивающего заклятья и мягко, по-кошачьи, упал на мага, мгновенно опутав верхнюю часть его тела.

– Что ты наделала, глупая девчонка! – лицо Онорио покраснело, он дергался, пытаясь выпутаться, хотя прекрасно знал, что физические движения здесь не помогут.