Книга отражений. Настоящее и прошлое

Часть вторая. Глава тринадцатая

Иллиана не помнила, как они вернулись в королевский замок. Только оказавшись в своих покоях и дезактивировав двойника, она нервно заходила по комнате, неосознанно пытаясь сбросить напряжение.

– Знаешь, я впервые чувствую такое… отвращение, – остановившись перед Брайном, сказала она. – Впервые мне жаль, что я… маг.

– Не надо, – тихо ответил воин, устало прикрыв глаза. – Ты не хуже меня знаешь, что ни в чём не виновата. И меня сейчас беспокоит совсем другое.

Дождавшись, пока Иллиана посмотрит на него, он продолжил:

– Ничего не изменилось, от того, что мы узнали правду. Как ни прискорбно, орден хорошо сделал свою работу: нам никто не поверит.

– Почему? – поражённо выдохнула девушка.

– Слишком глубоко укоренилась ненависть в сидхе. И в Чёрных, и в Белых. Ты же знаешь: никто так искренне ненавидит, как родственники…

Иллиана поёжилась от горечи, которыми были пропитаны эти слова.

– К тому же у нас нет доказательств, – помолчав, продолжил Ворон. – Даже если нам удастся убедить Бридорна выступить перед… широкой публикой, орден отвертится: тот как-никак ренегат, отступник.

– Должен быть способ! – упрямо воскликнула девушка. – Я раздобуду доказательства! Мне поверят, должны поверить: я сама маг, и не в моих интересах придумывать… такое.

– Хорошо, – неожиданно легко согласился сидхе. – Но сейчас тебе лучше отдохнуть. Завтра… уже сегодня мы рано выезжаем.

– Знаешь, впервые у меня появилась уверенность, что я на правильном пути, что я смогу сделать то, что всем представляется невыполнимым, – девушка подошла ещё ближе и вглядывалась в его лицо. – Ты веришь мне?

– Верю, – твёрдо ответил Брайн и, сняв её руку со своего плеча, легко коснулся ладони губами.

Только Брайн и Миртнех знали, что в торжественном и свирепо охраняемом кортеже, направлявшемся в Кэр-Атарион, едет двойник. Иллиана же, скромно одетая в серый мужской костюм и закутанная в плащ, под их охраной ехала другой дорогой.

– К кортежу мы присоединимся позже, – объяснила она своё решение. – Зорну мой двойник не обманет, а в месте, куда мы направляемся, лишние глаза и уши мне не нужны.

Девушка вздохнула с облегчением, когда её спутники не потребовали объяснений, зачем королеве понадобилось инкогнито посещать Богиней забытую деревеньку, сама же Иллиана понимала, что дольше тянуть с обещанием, данным Тарвин-Тегу, она не хочет.

Туда они приехали к вечеру, никем не встреченные, кроме собак: жители попрятались, приученные жизнью, что от вооружённых всадников ничего хорошего ждать не приходится.

– Это здесь, – тихо сказала Иллиана, спешиваясь около полуразвалившегося храма. – Пожалуйста, подождите меня снаружи. Внутри никого нет, кроме мышей и голубей.

Брайн некоторое время осматривал здание, потом медленно кивнул.

Внутри сквозь сумрак проступал расколотый алтарь и смутными пятнами серели уцелевшие статуи. Иллиана уверенно остановилась около пятой слева, вздохнула, настраиваясь. Пространство ответило едва слышным звоном, потом словно глубокий вздох пронёсся под провалившимся сводом. Резко потемнело. Девушка чувствовала отголоски грозных заклятий, довлеющих над этим местом. Мелькнула мысль, не из-за них ли храм оказался заброшен. Или, может, из-за злодейства, осквернившего священное место? Волшебница оставила всё постороннее, резко раскинула руки – и сложное движение пронизало пол под статуей. Призрачная фигура исполинских очертаний стала формироваться перед ней.

– Ты нашла моё тело, – в голове Иллианы родился шелестящий голос. – Доверши начатое.

Девушка кивнула и влила в движение ещё немного силы. Огонь вспыхнул сразу, жадно пожирая мусор, паутину, дерево, камень.

– Взойди на погребальный костёр, великий воин! Да примут небеса твою мятежную душу! Покойся с миром, Тарвин-Тег, пока не придёт пора твоего второго рождения!

– Кости врагов моих давно истлели, а я всё не обрёл покоя. Кто знает, найду ли я его на небесах, – в бесплотном голосе послышалась усмешка. – Ты освободила меня. Я теперь могу уйти. Прими мой прощальный дар, смертная. И не повторяй моих ошибок…

Огонь поднимался всё выше, ласково обнимая колеблющуюся, словно плывущую фигуру. Иллиане показалось, что она различает лицо с закрытыми глазами и умиротворённую улыбку.

– Прощай… – донеслось до нее, и огонь закрыл собой всё, поднимаясь жадной стеной.

– Прощай, забытый бог, – грустно ответила Иллиана, ощущая, как исчезает его присутствие. Развернувшись, она пошла к выходу, зная, что огонь смыкается за её спиной, уничтожая место, где столетиями покоилось тело, никем не найденное и не оплаканное.

Встав рядом с Брайном и Миртнехом, она несколько минут смотрела на взмывающее в небо пламя и какой-то частью души чувствовала, как Тарвин-Тег покидает и это место, и кромлех в Мор-Дидрен, где ему поклонялись, где его помнили. Убедившись, что пожар не распространится на другие дома, она кивнула своим спутникам, и они кружным путём покинули деревню, в которой тревожно загудел набат. Но отзвук остался в ней. Очевидно, это и был прощальный дар ушедшего бога.