Книга Третья. Имя мне - земля

4.1

-Войдите, – не оборачиваясь на стук ответила женщина, дожидаясь пока гость пройдет в комнату, прикрывая за собой дверь. – Передай своему отцу что, то что мы развелись не запрещает ему хотя бы раз лично поговорить со мной.

-Я пришла за Лиан и Нико.

Наоми знала, что заслужила этот холод в голосе дочери, но так и не смогла с ним смириться. Прошло уже больше пяти лет после развода, и ещё два, когда они последний раз виделись. И в отличии от Милисарда, который чуть ли не каждый месяц навешал детей в Корнуолле, женщина оградила себя службой и работой так что мысль о собственном поступке почти угасла в её голове. Невозможно простить то что сделала она.

-Я могу забрать детей на небольшую прогулку?

-Тебе не нужно моё разрешение, - констатировала Наоми, решив сменить тему. - Как Ивен?

-Всё ещё в Токио. Отец сказал его перевели на стажировку, так что в этом году он не сможет приехать. Как и в следующем тоже.

Сандра не старалась скрывать презрение в голосе к поступкам собственного брата. Она и не обязана была. Наоми обернулась, сцепляя руки в замок так что бы держать опору в этом жесте, но всё равно слегка подавляя вздох при встрече взглядом с глазами дочери. Замечая в её позе, осанке, глазах - её саму. Она больше не та маленькая упрямая девочка, подражающая брату и родителям и старающаяся всеми силами доказать, что она чего-то стоит. Сандре больше не нужна была её гордость, не нужна была поддержка, тем более жалость или оправдания, которые они обе знают, никогда не будут произнесены вслух.

-Лиан, Нико! – Сандра резко прервала контакт, оборачиваясь на комнату и выкрикивая имена так что уже через секунду за стеной послышалось движение.

Это мгновение позволило женщине выдохнуть, что бы дочь не успела увидеть слабость и усталость в глазах матери, накопившуюся за эти годы. Через минуту выбежавшие две маленькие фигурки, кинувшиеся на руки к девушке, прервали небольшую паузу заставив Наоми снова напрячься.

-Уже обустроились? – говоря одновременно на двух языках, спросила девушка и дети активно закивали. - Не против прогулки по городу?

-Все вместе? – без явной надежды в голосе спросила Лиан, обращаясь на Наоми.

-У меня сейчас много дел, но я буду ждать вас к ужину. – со слабой улыбкой ответила Наоми, рукой проводя по волосам дочери и убирая торчащий локон. – Слушайтесь сестру, и не натворите глупостей.

-Глупости - удел маленьких детей. – с упреком произнесла девочка.

-Каждый второй взрослый, в душе всего лишь ребёнок.

-Подождите меня в коридоре, хорошо? – обратившись к детям перебила Сандра, заметив, как поджала губы младшая сестра. – Всё нормально, я просто кое-что обсужу с вашей мамой и всё.

Сощуренный взгляд, потом лёгкий кивок после чего девочка, взяв брата за руку вышла из комнаты, оставляя мать и дочь снова наедине.

-«Вашей» - повторила та, когда Сандра поднялась, снова с бесстрастием посмотрев на Наоми.

-Гай сказал ты была на задании, и вместо тебя должен был приехать другой страж – проигнорировав фразу, спросила девушка. – Почему ты передумала?

-Парламент передумал. Они посчитали что здесь может понадобится моя помощь.

Наоми видела, что Сандра ей не поверила. Последний раз посмотрев на мать, она развернулась, замирая на пороге.

-Я рада что ты здесь.

Когда дверь за ней закрылась, женщина устало подошла к креслу, опустившись на него, и закрыв лицо рукой. Под её ладонью промелькнула улыбка.

***

В Асилуме кипела жизнь. Впервые за время моего пребывания здесь, почти все жилые комнаты обрели хозяев, коридоры постоянно преследовали чьи-то шаги, а нанятые повара не справлялись с таким количеством ртов. Всё началось с Реймуса и его свиты. Бриона с Наоми в сопровождении ещё десятка стражей, после чего подтянулись остальные просвященные, окончательно нарушив статус секретности о нахождении кольца на территории Чарльстона. Уже через неделю выяснилось, что все обратные рейсы забиты в панике покидающими город элементалами. Никто из них не хотел оказаться соседями самому парламенту стихий.

Ретта считала, что в этом есть и свои плюсы: меня окружало так много охраны что о будущих покушениях можно было забыть, но легче от этого не становилось. Любой, кого я встречала считал своим долгом расспросить меня о жизни среди людей, проявить лживое сочувствие о смерти отца и восхвалить великий род Морганов. Найджел был прав, когда говорил о цинизме этого народа. Никому из них на самом деле не было дела до того что я пережила.

Балкон на третьем этаже оказался моим единственным глотком воздуха в этом. Я выходила сюда по два раза на дню, иногда даже ночью, когда не могла уснуть напрасно, мечась на кровати. Мне итак долго пришлось привыкать спать с Трианом вместе так что без него я перестала спать вообще, пытаясь скомкать одеяло так что бы оно хотя бы отдалено напоминало человеческое тело. С этим балконом было сложнее: он был первым местом нашей близости, запечатлев на своём скате ни одно откровение. Сбегая сюда от одной проблемы, я самостоятельно погружала себя в другую, снова и снова прокручивая всё что произошло между нами за последний год и испытывая противоречивые чувства. Злость и разочарование в предательстве каждый раз сталкивалось с сожалением того что я не разобралась в проблеме раньше. Мне было проще винить себя в том, что я не уделяла Триану должного внимания чем принять тот факт, что человек которого я впустила в свою жизнь, так подло меня обманул.