Книжный демон. Потерянная

ГЛАВА 14

Картина на самом деле была уморительной и скорее поучительной: пташка сидела разинув рот и следила за каждым движением змея. Будь это поучительная история, то он обязан её сожрать. А будь уморительна, то обязательно это будет трагическая комедия.

- Сонная Лощина построена на крови, - говорит Конн Ли, - это место было убежищем для женщин, которых пытались спасти, когда там, сверху, всё горело и тонуло в крови. По легендам, это озеро стало солёным из-за пролитых слёз вдов и дочерей.

Хада вертела головой, пока демон расхаживал взад-вперёд. Сам Ли это делал, чтобы отвлечься, не смотреть на пташку, не думать об оставшемся времени. Всё, что угодно, но в мутной голове демона вертелась мысль, что десять дней – это абсолютно ничего. Пустота, пшик, моргнёшь, и нет этого времени. А сейчас она здесь, рядом, слушает и доверяет.

Громко выдохнув, Ли продолжил:

- Грязное море стало таким из-за тысячи тел, его воды отравлены трупами. Стены крепости крепкие и стоят века лишь потому, Хада, - демон пристально посмотрел на девушку, та склонила голову набок, ожидая ответа, - что в них вмурованы трупы захватчиков. Смешно это: они сбрасывали тела своих в море, а с помощью врагов стены становились крепче и выше.

- Сколько же лет этой крепости?

Демон сел рядом с ней, но на безопасном расстоянии для неё.

- Столько не живут, девочка. - Ли разглядывал свои босые ноги, - Поэтому никто не знает, сколько именно.

- Но... Неужели это правда?

Демон усмехнулся и чуть склонился к лицу девушки. Делал это не специально, но что-то всё равно тянуло к ней, будто невидимые путы связывали его по рукам и ногам, как те самые трупы, сжимали в тиски.

- Брехня всё это! - усмехнулся. - Частично, конечно, война же. Были трупы, их хватало, как и слёз. Но не быть мне книжным демоном, если принимать всё на веру. Любая морская вода солёная, Хада, крепость омывается ей уже тьма знает сколько, естественно, она проникнет в эту пещеру, вход в которую есть только оттуда.

Демон указал на озеро. Хада тут же выгнулась, чтобы посмотреть на дно озера. Но его не было.

- Как так?

- Пещера начинается в море и заканчивается здесь. Уровень воды в озере равен уровню моря, а это значит?... - и смотрит на девушку.

- Нам врут? - с сомнением протянула Хада.

- Именно. Магия в нашем мире есть, но ещё больше логики, поэтому... Будь он проклят…

Последнее прошептал на грани слуха, проклиная никого иного, как Совет с его правилами и ограничениями. И себя. Проклинал демон себя нечасто, но с какой же душой он это делал!

Резко наклонился, чтобы поцеловать алые губы. Однако в последний момент передумал: сжал отпрянувшую девушку в объятьях и нежно прикоснулся. Чтобы не спугнуть. Хада замерла, позволяла себя целовать лишь по причине неожиданности, остолбенела. Однако опытный мужчина совершил ошибку, принимая ступор за согласие.

Хада вновь провалилась по тьму. На этот раз упала на нечто мягко, а следом вес мужчины ощутила на себе. Истерика – вот что случилось с пташкой.

Но стоило мужчине уложить её на свою кровать, увидеть эти разметавшиеся волосы по покрывалу, большие глаза и приоткрытые губы, что хватали воздух, и ничего человеческого ни осталось, пришёл демон.

Сбросив с себя тряпку, сразу кинулся на губы девушки, кусая, высасывая жизнь для себя. Эгоистично брал, хватал, вжимал в себя и кровать. Хочет взять то, что по праву его.

- Нет!

Крик полный боли и обиды был поглощён новым поцелуем. Одежда Хады разорвана, проступившая чешуя царапала кожу, а глаза мужчины зверели.

- Пусти! - кричала, а после впилась ногтями в лицо демона.

Тот не чувствовал боли, зато похоть кипела.

Если демон говорит взять, значит нужно брать! Считаться с чувствами пташки? Глупости!

Ногти Хады обломались о твёрдую кожу змея, чешуя впивалась под ногти и все её страдания под пристальным взглядом змеиных глаз.

- Ли, пожалуйста, хватит!

Да, пусть и плохо, но девушка соображала, что с ней не мужчина, а демон. Почему-то глубоко внутри билась надежда, что он, именно Конн Ли, никогда бы не причинил ей боль. Но что она знала о нём? И что она знала о мужчинах?

- Заткнись! – прошипел змей, хватая за горло.

Пригвоздил к холодной простыне. Но Хада не молчала, одни глаза говорили за сотню поэтов. Вихрь эмоций, буря чувств и живая ледяная глыба.

- Ты не сделаешь этого, - хрипела синими губами, - не ты.

Что-то человеческое пробежало на задворках затуманенного сознания, но… Десять дней и демон умрёт! В расцвете сил, на пике своего могущества, подчинив себе все измерения. Эта дрянь – так рассуждал демон – даже не догадывалась сколько лет он бился над одними переходами, что только напугали Хаду, и ни капли восхищения.

Демон. Хочет. Жить!

- Ещё слово! – сильнее сдавил горло, до хрипа и закатившихся глаз, раздвигая ноги у ослабшего тела, - Ещё слово и я убью тебя! Хоть один звук…

Демон не остановится. Хада задыхалась, уставшая, испуганная уже готова сдаться, лишь бы не чувствовать этой пустоты. Какое забавное ощущение, когда уверен: твоё тело не твоё.