Книжный герой

Глава 1

Жизнь Алисы текла подобно медленной, предсказуемой реке. Каждый день был похож на предыдущий, очерченный четкими, не глубокими берегами рутины. Это не было счастьем, но и не было несчастьем. Это было существование, отлаженное до автоматизма, где каждая эмоция имела свое дозированное место, а неожиданности были нежелательны.

Утро. Шесть тридцать. Будильник — не резкий звонок, а мягкая вибрация под подушкой. Подъем. Минимум движений. Душ — вода чуть прохладнее комфортной, чтобы взбодриться. Завтрак — овсянка на воде с горстью замороженных ягод, чай без сахара. Быстро, полезно, без изысков. Одежда — простые джинсы, свитер нейтрального цвета, удобные ботинки. Ничего яркого, ничего привлекающего лишнее внимание.

Квартира. Маленькая, однокомнатная, в пятиэтажке «хрущевского» типа. Чистота, граничащая с аскетизмом. Функциональный минимум мебели: кровать, шкаф-купе, письменный стол с ноутбуком, глубокое плюшевое кресло у окна — ее личный оазис. На стенах — ни картин, ни фотографий. Только одна длинная полка, доверху забитая книгами. Не просто книги — это были ее щиты и мосты. Щиты от серости за окном, мосты в миры, где что-то значило. Центральное место на полке занимал потрепанный толстый том в кожаном переплете с вытисненными золотом буквами: «Сага об Аррене Светоносном». Его корешок был самым истрепанным, страницы — мягкими от бесчисленных прикосновений.

Дорога на работу. Десять минут пешком до метро. Одинаковые лица попутчиков в вагоне — уставшие, замкнутые, погруженные в телефоны или в пустоту за стеклами. Алиса предпочитала смотреть в окно, на мелькающие огни туннеля, или закрывать глаза, мысленно возвращаясь к последней прочитанной главе. Сегодня это была битва в Пещерах Плача. Аррен, как всегда, бросился под лапы монстра, спасая раненого ополченца. "Опять..." — мелькнула мысль, привычная, как стук колес.

Работа. Городская библиотека, отдел редких фондов и рукописей. Ее царство тишины и пыли. Столы с зелеными лампами, бесконечные стеллажи, пахнущие временем и бумагой. Ее задача — сканирование ветхих документов, аккуратная запись в электронный каталог, выдача материалов по запросу исследователей. Коллеги — две женщины за пятьдесят. Доброжелательная Елена Петровна с вечными разговорами о даче и внуках-непоседах. И немногословная Валентина Семеновна, погруженная в изучение генеалогии своего рода. Их мир был простым, понятным, далеким от эпических битв и божественных даров. Алиса вежливо улыбалась, кивала на рассказы о урожае кабачков или найденной метрической записи, но ее мысли витали в Чернолесье, у подножия Гор Греха, где Аррен в сотый раз игнорировал призыв Лиреи к осторожности.

Обеденный перерыв. Чай в термосе, бутерброд с сыром. Иногда — короткая прогулка в сквере у библиотеки. Она садилась на скамейку, наблюдала за голубями, за прохожими. Мир протекал мимо, не требуя ее участия. Она доставала телефон, заходила на форум любителей фэнтези. Споры о магических системах, трактовках мотивов героев. Иногда она писала, чаще — читала. Многие считали ее просто осторожной. Лишь немногие догадывались о глубине ее погружения в миры, о которых она писала скупо, но точно. Никто не знал о том, что сердце ее сжималось не только от восхищения подвигами Аррена, но и от глухого раздражения его поступками.

Аррен Светоносный. Он был для нее не просто героем. Он был... проблемой. Яркой, сияющей, героической проблемой. Его сила, его Дар, дарованный богами — способность исцелять светом, невероятная мощь, выносливость — восхищали. Он был воплощением силы, направленной на добро. Но его безрассудная самоотверженность, его готовность броситься в самое пекло, подставить себя под удар, пренебрегая собственной жизнью — это бесило. Бесило своей бессмысленной расточительностью.

Она помнила каждую деталь его истории. Как он, юношей, получил Дар. Как собрал команду: спасенного из каменоломни молчаливого гиганта Торвина; дерзкого, виртуозного лучника Финнана, чьи шутки скрывали ранимую душу; целительницу Лирею, чьи руки несли не только исцеление, но и тихую, невысказанную любовь. Алиса видела, как Аррен влюблялся в Лирею. Как его взгляд задерживался на ней чуть дольше, чем нужно, как он невольно прикрывал ее в бою, как замирал, когда она смеялась. И как он упорно, тупо молчал. Занят. Долг. "Сейчас не время". "После победы". "Она заслуживает лучшего, чем я, вечно покрытый кровью и пылью битв".

«Идиот, – мысленно ворчала Алиса, перечитывая сцену у горного ручья, где Лирея, стирая кровь с его ссадины, заговорила о чем-то личном, а он резко вскочил под предлогом проверки коней. – Слепой, самовлюбленный идиот. Ты думаешь, твоя героическая смерть сделает ее счастливой? Ты думаешь, она хочет "лучшего"? Она хочет ТЕБЯ, живого!»

Ее раздражала его доброта без границ. Спасение раненого волчонка-оборотня, чуть не стоившее жизни Финнану. Прощение предателя-лорда, который потом снова поднял мятеж. Его готовность поверить любому, кто попросил о помощи, даже если все кричало об ловушке. Эта доброта казалась ей не силой, а слабостью, слепотой, опасной для него самого и для тех, кто за ним шел. «Он не герой, он – мученик, – думала она с горечью. – И тащит за собой в могилу всех, кто ему поверил».

И все же… все же она не могла оторваться. Его битвы завораживали. Схватка с Теневым Змеем в трясинах Имморталя, где его свет рассек ядовитый туман. Оборона горящей Деревни у Подножия от орды оскверненных гоблинов, где он, казалось, был везде одновременно. Проникновение в самое Логово Кошмаров, где он в одиночку противостоял Архимагу Скверны, и его свет, чистый и яростный, что разорвал чары тьмы. Она читала, затаив дыхание, восхищаясь его мастерством, его несгибаемой волей, его способностью находить выход из самой безнадежной западни. И тут же злилась, когда он, уже победив, вместо того чтобы позволить Лирее залечить глубокую рану на боку, бросался спасать какого-нибудь зазевавшегося ополченца, чуть не угодившего под обвал. «Позволь ей позаботиться о тебе! Хотя бы раз!»