Кнопочка от партнера отца

Глава 5

Олег

Веселой и весьма странной троицей идем в дом моего отца. Надя, счастливая, что ее покормят, летит чуть ли не вприпрыжку и напевая.

— Она так любит есть? — шепотом интересуюсь у матери девочки.

— Она любит есть в гостях, — пожимает плечами Стефани, с улыбкой взглянув на дочь. — Ей нравится то, что обычно готовят все самое вкусное, когда гости приходят. И что она гость, ради которого будут стараться.

— Чем-то в меня в детстве напоминает, — хмыкаю в ответ на ее откровенность. — Я обожал, когда к нам гости приходили, потому что мама в эти дни готовила свои самые удачные блюда. Все самое вкусное. И стол сервировала по-особенному.

— Вы мыслите в одном направлении, — бросает она, но, понизив голос, добавляет: — Можешь только незаметно сказать отцу или Раиде, чтобы они заставили ее первое съесть. Я уже обедом ее кормить не буду. Все равно сейчас наестся.

— Сделаю! — обещаю ей и, придержав ворота, впускаю девушку внутрь.

Кнопка скачет к Антону, подбегает и тут же его обнимает, опустив голову ему на колени. Брат делает попытки улыбнуться, но выходит лишь одним уголком губ. И все же он ясно дает понять, что ему приятна и Надя, и то, что она делает.

— Знаешь, Антон узнал о тебе гораздо раньше тебя, — говорит мне Стефи. — Маша показывала ему фотографии, и часто там мелькал ты. Она много ему рассказывала о тебе и хвалила. Он улыбался. Тогда мы даже не догадывались, что он твой брат.

— До сих пор не могу простить отцу то, что он скрывал от меня его, — шепчу так, чтобы никто не слышал. Ни сам отец, вышедший из дома, ни Раида.

— Ты зол на него? — интересуется Царева.

— Да!

— Ненавидишь?

— Скорее нет, чем да, — честно отвечаю. — Наверное, это дурацкая черта, моя преданность, но я обещал маме быть с ним всегда. Несмотря на то, что он делает. Он так-то неплохой ведь, просто ошибок совершает вагон. Мне нужно время, чтобы все это переварить и вернуться к прежним отношениям.

— И ты готов ему все простить? — удивленно спрашивает Стефи.

— Со временем, наверное, да, — выдыхаю и замолкаю, потому что мы доходим до Раиды.

— Ребятушки, оставьте этих двоих, — просит она нас тихо. — У них явно взаимная любовь. Пусть поиграют.

— Так он не играет, — хмурюсь.

— Антон играет с ней по-своему, — отвечает за нее Стефани. — Он не может сделать то, что могут делать другие дети. Поэтому играет с ней глазами. Взгляни, — советует, и я перевожу взгляд на Надю с Антоном.

Девочка прячется от него то вправо, то влево, а затем неожиданно выскакивает. Брат ловит ее взглядом, пытается найти каждый раз, когда та исчезает. И улыбается, когда находит.

Он будто бы глазами с ней говорит, и она понимает его язык.

Меня раздирают чувства. Ужасает боль в моей груди. Мне больно за мальчика, что прикован к коляске. Мне больно, что я могу ему не помочь. Что все надежды окажутся напрасными.

Отец сказал, что для его выздоровления нужен донор.И лишь мой ребенок подойдет.

Только загвоздка в том, что я бесплоден. И в криобанке остался единственный экземпляр моего материала. Мой последний шанс на ребенка. Четыре другие попытки были потрачены. Раньше я думал впустую, но оказалось, что нет. Одна сработала.

А что, если та моя дочь или сын могут помочь Антону? Что, если не нужен новый ребенок?

Может, стоит сказать об этом отцу?

Нет! Я не хочу, чтобы он подключался к поискам моего ребенка с целью получить его кровь.

Сам найду и сам проверю!

И только тогда скажу.

Мой ребенок в первую очередь — мой ребенок! И лишь затем возможный донор для Антона.

— Олег, все в порядке? — спрашивает Стефани, дотронувшись до моей руки.

— Да, все отлично, Стефи, — одариваю ее улыбкой. — Ты с дядей не связывалась?

— Нет.

— Я дозвониться ему не могу, — тяну, в надежде, что она подскажет способ.

— Ой, знаю, — цокает и раздраженно выдыхает. — Папа тоже жаловался, что не может с ним поговорить. Он там что-то в документах накосячил. Что-то стер из личной базы клиники. Папа найти не может и понимает, что дядя конкретно что-то начудил.

— Что?..

Тут же понимаю, о чем идет речь. Моя просьба. Михаил не может найти то, что я его просил найти. И понимает, что это дело рук его брата, Александра.

Ясно! Этот гад и здесь следы подчистил!

— Не заморачивайся, — советует мне Царева. — Дяде прилететь от моего папы должно, как только он трубку возьмет. Чувствует, наверное. Поэтому не отвечает никому, — подбадривает меня, не понимая корня проблемы. — Я бы тоже ему вставила парочку раз, — добавляет мстительно.

— Что-то случилось? — спрашиваю. — Он и тебе что-то сделал?

— Да нет! Мелочи! Просто на вопросы мои отвечать честно не хочет. Но я не я, если не добьюсь своего.

Олег

— Прости, что сорвал тебя, — извиняется Михаил и торопливо садится за столик, — но по телефону о таком не говорят, — добавляет он и делает знак официантке, чтобы подошла.

Царев выдернул меня с семейного обеда, заявив, что нам срочно нужно встретиться. Пришлось отложить свои планы посидеть с младшим братом и помочь Стефани и Наде перевезти вещи. Но отец сказал, что своего водителя для них вызовет.

— Да ничего страшного, — вздыхаю и откидываюсь назад, готовясь его слушать. Однако я уже знаю все, о чем он хочет сказать. Результата нет. Ребенка не найти.

— Я не сильно оторвал тебя от дел? — спрашивает он, после того как делает официантке заказ на ромашковый чай .

— Я был у отца, — отвечаю ему. — Обедал с семьей и Надей со Стефани. Ваша внучка пыталась в меня всю еду затолкать. Была расстроена, что мой желудок не такой вместительный, как ей хотелось бы.

— Они у него? — удивляется и хмурится.

Царев не знал, куда уехали его дочь и внучка? Странно…

— Да.

Решаю пока не спрашивать, что произошло, но мужчина сам отвечает на мои незаданные вопросы: