Княгиня в огне

Глава 7.3

Оказавшись дома, я сразу почувствовала себя лучше. Мой мир заиграл новыми красками. Дни шли за днями. Словно река текла по мирному руслу без препятствий. Наверное впервые с тех пор, как я полюбила Тихомира, чувствовала себя словно все хорошо.

Я знала, что Демида избрали новым царем, а вдовая царица удалилась в монастырь. Но он не написал мне ни слова об этом. Официально я все еще носила траур по его родителям. Хотя я ни разу не надевали ни черные ни белые одежды. Они мне были противны. Я верила, что дочь может видеть меня моими глазами. И почти всегда одевала что-то яркое и красивое, а еще делала прически, иногда совсем простые, а иногда сложные. Мне нравилось выглядеть хорошо для нее.

А мой придуманный муж не звал меня в столицу и это было очень хорошо для меня. Мне не нужно было придумывать ничего для рождения дочери.

Еще я все время болтала с ней. Ходила в оранжерею и сад, показывала ей цветы, небо, деревья, облака, весь мир вокруг. Мне хотелось окружить ее красотой, еще до того как она появится на свет. Но вот выходить за изгородь поместья мне совсем не хотелось. Хоть в стране и наступил относительный покой, я все еще опасалась.

Все еще надеялась, что ко мне приедет Богдана, ведь она была совсем рядом. Но к сожалению она не навестила меня ни разу. Мне было от этого обидно, но не смертельно. Как мать я ее понимала, а еще, как жену с любимым мужем.

Возможно и вправду еще болела, но зная какая она талантливая знахарка, в это верилось с трудом. Я хотела бы узнать у нее о Тихомире. Мать мне так ничего и не рассказала толком, сослалась на то, что она не в курсе, что тогда случилось. А я боялась расспрашивать подробнее, вдруг она догадается о моей тайне.

Но в целом я была счастлива и готовилась к рождению дочери с огромным удовольствием. Меня больше не тошнило, я ела с аппетитом и улыбалась по утрам.

Лишь те моменты, когда я думала о любимом вызывали у меня приступы меланхолии. Я расстраивалась от того, что он никогда не узнает, что это его дочь. Что он будет ненавидеть ее только за то, что она для всех дочерь Демида. Я знала, что он будет расстроен тем, что не смог меня защитить. И он никогда не узнает правды.

Да и если я когда-нибудь решусь ему рассказать он не простит мне этого, а просто возненавидит. Это окончательно убьет во мне и так еле тлеющую надежду.

Иногда, я все же позволяла матери вытащить меня на рынок в Любечске. И как полоумная скупала кружева, ленты и пряжу для новых одежек. Ткани, готовые чепчики и платьица. к счастью мать не знала о том, что ждет меня, когда я рожу девочку. Меня навсегда запрут в вороньем гнезде. А Елизавета мечтала для меня, да и видимо для себя о другом.

Демид, хоть и не присылал писем, за-то исправно платил нам. Уж не знаю, страшило его то, что я расскажу или совесть играла, но он хорошо поправил наше состояние, чтобы мы могли жить на должном уровне. Расплатились с долгами, поправили свое состояние достаточно для того, чтобы и без его помощи справиться.

А мне было все равно, я просто жила и плыла по течению реки моей жизни.

Пока однажды не встретила на рынке Богдану. Она выглядела достаточно здоровой и цветущей. А под руку ее держал Тихомир, усадивший себе на шею племянника. С другой стороны шагал Ярослав с дочкой точно так же сидевшей на его плечах. Я шла сзади и не могла остановиться, пока мы не вышли на безлюдную улицу за пределы рынка.

Неожиданно, Тихомир обернулся вместе с племянником и взглянул в мои глаза. Опустил взгляд на мой вздувшийся живот и снова в глаза. Так пронзительно и больно. А я резко развернувшись и вернувшись в толпу шла так быстро стараясь затеряться, что мой живот начало тянуть и я поспешила к карете.