Князь моей души, или Игра по правилам

Глава 6. Домовой и леший.

— Мария. Мария Фёдоровна, — я — проговорила растерянно, — Так вы и вправду домовой и леший?

— Правда, Маруся, — улыбнулся мне Лексей Потапыч, — Дёма, давай уже проявляйся. А ты пей чаек-то Машенька, пей. Ватрушечками вот угощайся, разговор у нас непростой да долгий будет.

Мысли в моей голове прыгали, разлетались в разные стороны, словно кузнечики на лугу. В груди сдавило.

Господи, вот это я попала!

— Я домой хочу! — прошептала я, и слёзы неожиданно даже для меня самой, брызнули из моих глаз.

— П-по-чему вы мме-ня сюда ппри-вели, я же домой хотела... — заикаясь и всхлипывая, спросила я лешего, — Это вы же меня сюда вывели?

— Ну, прости Машенька, не плачь. Не мог я тебя домой отвести, Марусь. Нет у меня такой власти, через грань людей переводить, — Лексей Потапыч присел рядом со мной, ласково погладил по голове. А я прижалась к его груди и, ухватившись за рубаху обеими руками, обильно смачивала её слезами.

— Кончай голосить, нат-ко утрись, — скрипучий голос домового заставил меня вздрогнуть.- Ишь, сырость тут развела, а вроде уже не маленькая. Успокаивайся давай!

Я взяла протянутое полотенчико, высморкалась без стеснения, и всё ещё всхлипывая, проговорила:

— А вы не командуйте! Лучше скажите, кто может помочь мне эту грань перейти? Кто может меня домой отправить?

— Да пожалуй никто. Не было у нас таких случаев, — задумчиво проговорил Потапыч, — не слыхал я об таком.

— И что мне теперь делать? — вытирая слёзы, бегущие по моим щекам, с отчаянием прошептала я.

— Как что? Обустраиваться. Жить, готовиться к зиме, и сопли на кулак не наматывать. Взрослая вроде женщина, а истерит словно девчонка малая, — пробурчал домовой.

Вот сейчас обидно стало. Посмотрела бы я, если бы его на старости лет закинуло непонятно куда. Я сердито глянула на Дементия и ехидно пропела: — Имею право на минуту слабости, я всё же женщина или кто?

— Ишь ты! Право она имеет на минуту слабости, — ворча, домовой поднялся с табурета и пошёл к печке, снова ставить чайник:

— Так и знал, что придётся ей чаёк успокоительный заваривать. Так щепотку душицы, щепотку тимьяна, корешок валерианы, ромашки немного и мяты. Ревёт, как белуга уже полчаса, а тоже на минутку слабости... На минутку... Минутка, блин

А я вспомнила, что так в детстве звал меня отец подруги, и снова разревевшись, проговорила:

— Да хоть и два часа, я всё же женщина, в конце концов. И я домой хочу...

— Ведьма ты! — проскрипел Дёма, — ведьма, а не женщина.

— А вы не обзывайтесь, Дементий Палыч! Какая я вам ведьма? — взвилась я.

— Надеюсь, не тёмная, — фыркает домовой.

— Дёма, прекращай давай, её троллить. Марусь, ты на него не обижайся. А ты, Машенька, действительно ведьма, только в силу ещё не вошла, — вступил в нашу перепалку Лексей.

— А чё, я ни чё. Подумаешь, разозлилась, зато реветь перестала, — буркнул домовой и, посмотрев на меня, спросил как ни в чём не бывало, — Ну ты как, Марусь, наелась или ещё блинчиков с мёдом попробуешь? У меня липовый есть. Так что доставать? И чаёк на травках подоспел как раз...

— Доставай Дёма, доставай, — рассмеялся леший.

Сказать, что я была в полной растерянности, значит, ничего не сказать. Я пила отвар, ела блинчики, макая их в душистый янтарный медок, и слушала сидящих передо мной мужчин.

Мир, в который я попала, назывался Атрор. Мир в основном магический. Но как я поняла, технологический прогресс и здесь не стоит на месте, и каким-то образом взаимодействует с магией. На все мои вопросы мужчины ответить не смогли, так как просто были не в курсе.

Леший знает, только то, что происходит на его территории. Ну и, естественно, слухи, которые узнаёт от посетивших его лес людей и птиц. А Дёма — так тот вообще почти нигде не был. Как пришёл в этот дом с ведьмаком, так и живёт уже который год безвылазно. Книжки, конечно, почитывал, вот что из них узнал, тем со мной и поделился.

В общем-то, как я поняла, на этой планете всего два материка с сотней островов больших да малых. Материк, на котором я оказалась, называется Муарави, также называется и королевство. Королевство Муарави — самое большое на этом материке. Кроме него, есть ещё парочка небольших государств. В горном Оспиле проживают в основном гномы, а в Лесвиле большинство жителей — это оборотни и друиды. Есть ещё материк под названием Джастроажи, но о нём мне почти ничего не рассказали, только название, да то, что там парочка каких-то государств.

Что касается Муарави, то власть здесь делят между собой король и конклав магов, во главе с магистром белой магии. Само же королевство поделено на семнадцать княжеств, где князь для народа и бог, и судья.

Так вот, место, где я сейчас нахожусь, относится к пограничным землям князя Зырянского, усадьба которого находится в деревне Зыряновка километров в пятидесяти отсюда. Так уж получилось, что граничит княжество сразу с двумя государствами: с Оспиле и Лесвилем.

Домик этот, как я поняла, перевалочный пункт для попаданцев, поставил его лет сто пятьдесят назад ведьмак по имени Борша. И жил здесь, пока не помер. Принимал гостей, вот таких, как я, учил и направлял дальше. Ближайшие населённые пункты к нему: деревушка на полсотни домов под названием Михайловка километрах в десяти отсюда, и город под названием Зеленск, ехать до которого примерно столько же, сколько и до усадьбы князя Зырянского, так как находятся они рядом. Кстати, по словам моих собеседников, люди сюда наведываются нечасто. Просто знают, что здесь давно никто не живёт. А охотники, те иногда появляются. Но чаще, поздней осенью, либо зимой.

Я, вздохнув, отставила кружку в сторону: — Замечательно! Просто, замечательно, всё! Вот какого фига, я сюда попала. Скажите мне, а? За какие такие прегрешения на старости-то лет. Просто зла не хватает! В книгах вон пишут, попаданки в тела молодые, здоровые, да красивые вселяются. А я со всеми своими болячками сюда припёрлась! Вот счастье-то привалило.