Князь моей души, или Игра по правилам

Глава18. Я буду с ним дружить

— А я?! Стой, ну стой же, не уходи! Меня забыли! — с отчаянием в голосе кричит мне в спину сова. Но я не оборачиваюсь, и вместе с Михасем захожу в дом. Уже закрывая за собой двери, слышу удар.

О чёрт! Хоть бы не поранилась серьёзно, маленькая вредина.

— Шлёпнулась, так ей и надо, — пищит Михась. Я осуждающе смотрю на мышь и качаю головой.

— А я?! Стой, ну стой же, не уходи! Меня забыли! — с отчаянием в голосе кричит мне в спину сова. Но я не оборачиваюсь, и вместе с Михасем захожу в дом. Уже закрывая за собой двери, слышу удар.

О чёрт! Хоть бы не поранилась серьёзно, маленькая вредина.

— Шлёпнулась, так ей и надо, — пищит Михась. Я осуждающе смотрю на мышь и качаю головой.

— Михась, Михась...

Я озябла, поэтому накидываю на плечи куртку и снова выхожу на улицу. Взъерошенная и помятая совушка сидит на крылечке, понурив голову.

— Сильно ушиблась? — склоняюсь над ней.

— Маша, а ты, правда, не хочешь, чтобы я была твоим фамильяром? — тихо и грустно спрашивает меня птица. Её оранжевые глазки подёрнулись дымкой и в уголках дрожат слезинки.

— Ну, так-то у меня уже есть помощник. Бросать ради тебя я его не намерена, — отвечаю я, — а вместе, боюсь, вы не поладите. А мне скандалы в доме не нужны.

— Нет, мы поладим! Мы обязательно поладим! Я его уже люблю! — горячо пытается убедить меня сова.

— Любишь? — переспрашиваю я.

— Да, да! Очень люблю!

— Кушать любишь? — улыбаюсь я.

— Да, да, люблю! — зачастила птица, но наткнувшись на мой ироничный взгляд и поняв, что сказала не то, поперхнулась. А потом затараторила в другой тональности — Что? Нет! Клянусь, я не стану его есть! Пусть меня на месте молнией расшибёт, если я вру! Я буду с ним дружить...

— Я услышал твои слова, — леший, как всегда, появился, словно из воздуха. Но сегодня это-то как раз и немудрено. Туман за последние полчаса сгустился, затянул всё вокруг молочной дымкой, и даже дерево, что в пяти шагах от дома угадывалось лишь смутной тенью.

— Ты знаешь, что тебя ждёт, если нарушишь свою клятву? - Он внимательно смотрит на совушку.

Та забавно кивает: — Да, да, знаю! Я не нарушу клятву...

— Доброй ночи, Маруся. Ну, что, возьмёшь к себе под крыло — эту заразу, — улыбаясь, обращается ко мне леший, — Не спала или эта вертихвостка разбудила?

— Доброй, Лёша. Нет, не спала, вначале за книгой засиделась, а потом гостья пожаловала. Взять, говоришь? Ну что же, можно попробовать, но с испытательным сроком. Заходи в дом, Лексей, чайку попьём. Ну и ты залетай, куда от тебя денешься, — позвала в дом и совушку.

— Дёма, Лексей в гости пришёл. Давай чаю попьём, — зову домового.

Он появляется из-за печи и скрипуче бубнит: — Десятый сон уже досматривать пора, а они чаи гонять собираются. А это что ещё за чудо? — Он удивлённо смотрит на птицу, что уселась мне на плечо.

— Ммм... Дёма, а это моя новая помощница. Как тебя зовут, девочка? — спрашиваю я.

— Зовут? А кто меня зовёт? Никто меня не зовёт... — совушка растерянно вертит головой, переминаясь на моём плече.

Я усмехаюсь: — Имя у тебя есть, красавица?

Птица горделиво встрепенулась и сразу поникла: — Нет. Имени у меня нет, — трагическим шёпотом произнесла она, и оранжевые глаза снова подозрительно заблестели.

— Маш, а Маш, ну зачем она нам такая, а? У неё даже имени нет! — закружился вокруг меня мышонок, — Не бери её! Пусть улетает! Это моя Маруся, кыш с моего плеча!

— Михась, успокойся, пожалуйста. Вот ответь мне: у тебя-то самого давно ли имя появилось, а? Я тебя очень люблю, правда. И поэтому прошу ради меня, давай, ты, дружок, подружишься с... Асей, — я посмотрела на совушку и спросила, — Тебе нравится имя? Будешь Асей?

— Нравится! Очень нравится! — она перелетела на стол и, слегка поклонившись, произнесла, — Здравствуйте. Разрешите представиться, меня зовут Ася!

Мужчины с улыбкой включились в игру и назвали свои имена моему новому фамильяру. Лишь Михась, нахохлившись, сидел в стороне.

— Михась? — я укоризненно глянула на мышонка. Тот вздохнул и произнёс: — Привет. Я Михась и я Марусин фамильяр.

— Ася, — величаво кивнула совушка и перепорхнула мне на плечо, — и я тоже Марусина.

— Ну вот и хорошо, — произнесла я, — давайте будем пить чай.

— Марусь, меня не будет пару дней, надо отлучиться по делам. Как только вернусь, пойдём с тобой в гости. Помнишь, я обещал?

— Конечно, помню. Возвращайся поскорее, мы будем скучать, — проговорила я и поняла, что действительно буду скучать. Как-то незаметно оба мужчины стали мне дороги.

Рано утром Лексей ушёл, а я собралась идти на огород. Ася напросилась со мной.

— Ась, а разве совы днём могут летать? Вы же днём не видите? — удивлённо спросила я.

— У тебя, Марусь, неверные све́дения. Совы днём видят куда лучше, чем ночью. Ночью мы больше полагаемся на тонкий слух. Хотя в темноте видим неплохо, — менторским тоном сообщила мне Ася.

— Ах ты, негодница! — воскликнула я, — Тогда получается, что ты мне ловко лгала в глаза при нашем знакомстве!

— Так, у меня и вправду глазки заслезились, когда ты меня на солнце вытащила. Я же прямо на него посмотрела. Аж круги перед глазами заплясали, — отбрехалась совушка.

Я засмеялась: — Ох, и хитрюля же ты! Ну, пошли тогда.

И мы отправились на огород, в последнее время, я его немного подзапустила и теперь, окинув взглядом грядки, вздохнула и принялась за дело.

Вот только сейчас почти все сорняки я вырывала аккуратно, так как большинство из них шли в дело.