Князь моей души, или Игра по правилам

Глава 44.

Нет, я прекрасно понимаю, отчего это происходит со мной. Я бы волновалась, даже если бы не было предсказания, и не накручивала бабуля. Всё же первый раз еду на бал.

Чёрт бы их всех побрал с их предсказаниями!

Не хочу ничего! Ни этого бала, ни встречи с княжичем. Я просто хочу нормальной спокойной жизни. Влюбиться, выйти замуж, растить детей и заниматься любимым делом.

Меня знатно потряхивало, и я нервно теребила в руках платочек.

— Волнуешься, Маша? А в твоём времени, у тебя балы либо ассамблеи были?

Я хмыкнула: — Балы? Ну да, говорят где-то ещё есть, в Москве, Питере, в Кремле вроде как… А у нас: обычных людей вечеринки, дискотеки- для молодёжи, тематические вечера для тех, кто постарше, к примеру, для тех кому за 30. Но я только по молодости на дискотеки ходила, весело было, да.

— Расскажи, — попросила меня Сыльга. И я, прекрасно понимая, что она пытается меня отвлечь, начинаю рассказывать:

— Был у меня однажды такой случай, когда я ещё училась. Пригласили подруги в гости к ним в деревню на выходные, обещали, будет весело. У них там вечеринка намечалась. Поехали мы в пятницу после занятий. Пока доехали вечер уже, зимой-то темнеет рано. Приняли меня у подруги хорошо, накормили, спать уложили. В душу не лезли, утром встали, Маринка родителям по хозяйству стала помогать. Я тоже поучаствовала чем могла. А вечером привели себя в порядок и отправились на вечеринку. Надо сказать, что Маринка, вовсе не Маринка, а Миндиниса и башкирка по национальности. И в деревне, куда мы приехали, в основном башкиры и проживали. Ну, так вот; пришли мы в какой-то дом, народу там полно. Разделись, тепло. Правда двери туда-сюда без конца раскрываются, то приходит кто-то, то парни курить выходят. Разговоры, смех, подружку куда-то утянули. А я села в уголочке и глазами лупаю, на себе любопытные взгляды ловлю. И ничего не понимаю, словно на другую планету попала. Так как они на своём языке разговаривают. Весело, в общем… Потом танцы начались, забавные такие: топотушки называются. Девчонки, словно лебёдушки, плавно скользят, а парни как гусаки вокруг них. И ногами все притоптывают, дробный перестук каблучков задорный такой, как вспомню, до сих пор в ушах стоит. Потом по кругу пошли, меня вытянули, топотала вместе со всеми. И вправду весело было и странно.
Странно, потому что не знала никого, кроме Марины и Луизы. Несмотря на то, что подруги просили при мне говорить по-русски, молодёжь всё же предпочитала говорить на родном языке. А мне казалось, что говорили обо мне, так как ловила на себе взгляды. Разные: кто с интересом, кто с ехидцей, кто и с пренебрежением смотрел…

Пока рассказывала, не заметила, как наша карета подкатила к широкому крыльцу. Хотела же ещё со стороны посмотреть, что представляет собой княжеский особняк. Ну да будет ещё такая возможность, а вблизи так впечатляет. Монументальное такое зданьице, дворец натуральный.

Мы с Сыльгой поднимаемся по ступеням, перед нами распахиваются двери. Заходим в холл, и бабушка отдаёт наши пригласительные встречающему гостей дворецкому: — Любезный, где мы можем с внучкой, привести себя в порядок?

Нас провожают в большую светлую комнату, двери за нами закрываются, и я оглядываюсь. Стены и потолок комнаты голубого цвета и украшены цветочным орнаментом. В середине потолка шикарная хрустальная люстра. Диванчики, банкетки, пуфики и стулья, обшиты золотисто-жёлтым шёлком, фигурные деревянные ножки и спинки окрашены в белый цвет, а резные украшения покрыты позолотой. Напротив арочных окон, занавешенных тонким тюлем и обрамлёнными светлыми портьерами — тумбы с большими, и очень красивыми вазами. Меня так и тянет назвать их китайскими, но я останавливаю себя, мысленно хихикая, откуда здесь взяться китайским вазам. Думаю, здесь и свои мастера не хуже. На маленьких столиках графины с водой и кувшины с какими-то напитками. На подносе чистые стаканы из тонкого стекла. Вазы с крохотным печеньем и фруктами. В углу комнаты дверь в туалетную комнату, где за ширмами спрятались унитазы, над раковинами — зеркала во всю стену.

Я мою руки, пристально разглядывая себя в зеркало. Благодаря Зыряне, мои голубые глаза стали ярче и даже как будто больше, губы пухлее, а на щеках алел нежный румянец.

Я всё никак не могла привыкнуть к себе помолодевшей, мне не верилось, что это я. Вздохнув, вышла в зал и приняла от Сыльги стакан с каким-то приятным на вкус напитком. Пить хотелось. и я с удовольствием осушила стакан.

— Ну, что, ты готова? — спросила бабушка. Я, кивнув, ответила: — Всегда готова.

И вот перед нами распахивается двустворчатая дверь и зычный голос произносит: — Баронесса Сыльга Ольшанская с внучкой Марией Ольшанской…

И мы вступаем в зал.